Чтение онлайн

Именно тогда Гундут, точно рассчитав момент, огромным прыжком преодолел разделявшее их пространство и нанес серию молниеносных ударов дубиной, кулаком и ногами. Один из ударов палки пришелся по кулаку баддо. Державшая оружие рука разжалась, меч со звоном упал на каменные плиты пола, а воевода мощно толкнул врага плечом, так что тот опрокинулся навзничь, основательно стукнувшись затылком.

Огромный кочевник быстро вскочил на ноги, но Гундут уже подобрал его меч.

Из толпы пленников послышались крики восторга, завоеватели вопили проклятья.

Кто-то поспешно

кинул воину-баддо другой клинок. Противники снова сошлись, и начался фейерверк стремительных выпадов, парирований, уклонений.

Не отводя глаз от голограммы, Сергей поднял стоявший возле его ног пулемет ПК, наполовину отвинтил нужную гайку и повернул газовый регулятор, совместив с фиксатором штифт, около которого была нарисована цифра «3». Это означало, что теперь при стрельбе будет работать канавка, обеспечивающая более мощный поток пороховых газов, как и требуется для ведения огня в условиях низких температур.

Затем, поставив регулятор на место и снова завинтив гайку, майор немного поработал шомполом, насухо протерев канал ствола. Оружие было готово к бою.

Бывший командир «кальмаров» присоединил к пулемету коробку с лентой на 250 патронов, заправил ленту и передернул затвор.

— Каростин, я читаю твои мысли, — сообщила обеспокоенная его приготовлениями Диана. — Ты собираешься вмешаться.

— Еще не решил, — почти искренне ответил Сергей, вешая на плечо сумку с осколочными гранатами.

А в холодном, нетопленном храме продолжался изнурительный поединок. Баддо явно переоценил возможности своего грубого физического превосходства. Старый воевода несколько уступал по части силы и длины рук, но гораздо искуснее обращался с оружием. Острием своего меча он уже оставил кровоточащие отметины на не закрытых доспехами участках тела противника и, несомненно, готовился нанести решающий удар — рубящий, с оттяжкой, со всего размаха.

Подходящий момент настал быстро — Гундут отразил неловкий выпад кочевника, а затем его лезвие устремилось к шее баддо. Буквально в последний миг царский охранник успел прикрыться круглым щитом, который тут же разлетелся на куски.

Следующим ударом меч светлогривого, пробив рукав кольчуги, перерубил кость.

Боль, вероятно, была адская, но гигант баддо оказался невероятно силен и вынослив: не обращая внимания на страшную рану, он отчаянным выпадом выбросил вперед здоровую руку, и острие меча пронзило бок Гундута. В ту же секунду клинок воеводы описал полукруг в горизонтальной плоскости, аккуратно обезглавив телохранителя царя царей. Поединок завершился чистой победой.

Вскинув вверх обе руки, Гундут издал торжествующий вопль. Его поддержали остальные пленники, радость которых не знала границ. Баддо громко сокрушались, самые темпераментные даже вырывали клочья из своих грив. А воевода вызывающе спросил заметно избавленного от спеси предводителя кочевников:

— Может, сынка своего дашь мне в супротивники али сам сюда подойти не побоишься?

В оригинале эта фраза оказалась более длинной, поскольку старик разбавил вызов чудовищным сквернословием, смачно описав подробности извращенного распутства всей родни Лабуа по материнской

линии, а также раскрыв тайну его рождения из-под хвоста самого грязного степного грызуна, который питался исключительно экскрементами, а потому был болен всеми мыслимыми и немыслимыми недугами. Кроме того, воевода в доступных выражениях объяснил, как в скором времени поверженного царя царей подвергнут групповому надругательству, после чего превратят в подстилку для сексуально невоздержанных вьючных животных, но при этом станут строго следить, чтобы в порыве страсти хищные звери не загрызли презренного степного паука, а продолжали получать удовольствие в течение максимально возможного промежутка времени.

— Талант! Какой талантище! — громко восторгался Николай. — Так материться даже капитан Хребтов не смог бы… Правда, Серега?

— Точно, — согласился майор. — Только сейчас ордынцы за такое ораторское искусство начнут рвать его на куски.

Он немного ошибся. Лабуа равнодушно ответил Гундугу, что угрозы пленного трупного червяка мало тревожат повелителя половины Вселенной. А за ратное мастерство и мужество, проявленные в поединке, он, царь царей, дарует старому воину неслыханную милость.

— Видишь это стадо своих соплеменников? — осведомился вождь завоевателей.

— Сегодня вечером они пойдут на корм нашим боевым скакунам. И этих князей, которые не сумели защитить свои уделы, тоже сожрут голодные звери. А тебя я помиловал, ты умрешь без лишних мучений. Но сначала ты увидишь, как крепкие зубы моих хищников разгрызут кости светлоголовых дикарей. Стража, взять его!

Гундут попытался сопротивляться, но баддо, окружив его, стали размахивать трехметровыми копьями, а подкравшийся сзади воин огрел старика по незащищенной голове чем-то вроде кистеня — медным шаром на длинной цепи. Воевода тяжело осел, схватившись обеими руками за голову. Его обезоружили, крепко связали и кинули обратно к пленным князьям и военачальникам.

Зрители на станции Калка бурно переживали все перипетии этих гладиаторских игрищ. Аркадий озабоченно сказал:

— Братишки, у здешних лошаков башка невероятной прочности. И вдобавок кольчуги. Серега, я боюсь, пуля их не возьмет.

— Пулемет пробивает стальную каску за полтора километра, — сообщил майор своим штатским сотоварищам. — Автомат делает то же самое за двести-триста метров. Так что беспокоиться не стоит, а надо только быстренько перезарядить магазины бронебойно-зажигательными.

Тем временем в святилище Духа Ночных Цветов продолжалась торжественная часть. На импровизированную арену вывели двух пленников помоложе. Это были князья Бишмес и Чхан. Лабуа пообещал жизнь, возвращение наследных вотчин и место в своей свите тому из них, кто победит в поединке. Князьям выдали нечто вроде коротких мечей или длинных кинжалов и велели начинать схватку.

— Доволен, дурак? — злобно спросил Чхан, до недавнего времени правивший княжеством Бану. — Не было у тебя, подлеца, охоты вдарить сбоку по пехоте врага. Небось думал отсидеться за нашими спинами, приберечь дружину для завтрашней усобицы? Вот и подыхай теперь с нами вместе!