Звёздный Кадет

Объект был древним. Император любил старину и очень интересовался археологией. Не удивительно для человека, живущего уже третью сотню лет по счислению Капитула. Всегда приятно чувствовать, что, по сравнению с некоторыми другими явлениями в нашей Вселенной, ты вовсе не такой уж и старый.

Зеленовато-серый борт стеной вздымался почти вертикально вверх. Разумеется, ни намека на проход тут не было. Его только собирались сделать –

с помощью специально установленного по такому случаю локального мезонного дестабилизатора. Обтекаемый аппарат хищной тенью навис над древним объектом, как клювозубый дельфин над древней псевдожемчужницей в океане Пультоса, курортной планеты, где император неизменно проводил по два месяца в стандартном году.

Разумеется, аппарат был многократно проверен имперской службой охраны. Равно как и любой материальный объект на площадке радиусом не менее десяти километров.

Император еще раз внимательно оглядел борт объекта, цепляясь взглядом за каждую из многочисленных оплавленных язвочек. Следов микрометеоритов было много.

– Удалось определить возраст? – спросил он нейтральным голосом, стараясь не выдать внутреннего волнения от встречи с такой древностью. Подлинные эмоции – они слишком ценны, чтобы ими можно было так просто делиться на виду у подданных.

– Да, ваше величество, – кивнул советник по науке – полный лысый человек неопределённого возраста, – объект был создан более трех миллиардов стандартных лет назад.

Брови Императора удивленно взлетели. Три миллиарда лет… это еще до появления Первой волны Союзов!

– Локализация? – спросил он, – где это сделали?

– Структура и возраст атомов отличаются по сигме от исследованных норм нашей галактики, – осторожно сказал советник.

– И что это должно значить?

– Вероятно, объект имеет… – советник чуть запнулся, машинально потёр подбородок (ему прощалось такое нарушение придворного этикета), – имеет внешнее происхождение.

Император блаженно улыбнулся, и на секунду прикрыл глаза.

– Опасность тактильного контакта? – поинтересовался он.

– Эмпирически тестировалась на добровольцах. Последствий не выявлено. Полагаем, объект имеет что-то вроде нейтральной скорлупы из налипших за время путешествия микрометеоритов и отдельных атомов. Поверхность химически нейтральна и биологически безопасна.

Император подошел, и потрогал рябой борт. Осторожно провёл пальцами, ощущая оплавленные края мелкого метеоритного кратера. Он не переставал улыбаться.

– Напомните мне, на настоящий момент сколько внегалактических артефактов обнаружено среди государств соглашения? – спросил Император, убирая руку и аккуратно протирая ладонь антисептической салфеткой.

– Два, ваше величество, – охотно ответил советник, – первый из шарового скопления, происхождение второго остается предметом диспута. Оба объекта принадлежат чужим.

– Значит, мы попали в элитный клуб, – удовлетворенно хмыкнул Император.

– Да, ваше величество, – охотно кивнул советник.

– Как он оказался здесь? Есть соображения?

– Э-э-э… – советник снова почесал подбородок, – мы полагаем, что, так сказать, своим ходом.

– В релятивистском пространстве? Серьезно? – Император коротко хихикнул, – эта громадина не выглядит примитивной!

– Сканирование обнаружило внутри

следы очень сложных систем. Мы предполагаем, что источником питания служил вероятностный мюонный реактор – а такую технологию даже наша Империя получила каких-то полсотни лет назад!

Император поморщился.

Советник сообразил, что ляпнул жуткую бестактность, принижающую роль Империи в сообществе Соглашения. Но, к счастью, Император никак не стал комментировать эту реплику. Повезло.

– Мюонный реактор и релятивистские скорости… как-то не вяжется, да? – сказал монарх.

– Ближайшая к нам внешняя галактика, туманность Илимы, лежит вне зоны Лолли, – пояснил советник, – червоточину на таком расстоянии невозможно сфокусировать с нужной точностью.

– Может, промежуточный скачок? – предположил Император, – сбой системы навигации? Они прыгнули в межгалактический войд? И дрейфовали долгие миллиарды лет, не в силах сфокусировать оборудование для обратного прыжка?

– И это возможно, – кивнул советник.

– Вы правда думаете, что мне стоило пропустить это историческое событие? – Император обратился к главе своей охраны, молодому на вид человеку очень спортивного сложения.

– Ваше величество, наша аналитическая служба оценивает риск непредсказуемых последствий как неприемлемо высокий.

– Бла-бла-бла, – перебил его Император, – ладно. Командуйте начинать вскрытие.

– Ваше Величество, не желаете ли проследовать в орбитальное убежище? – осторожно заметил глава службы охраны.

– У нас тут эмиттеры силового поля десятого класса. Оно способно защитить от излучения даже на поверхности голубого гиганта, не так ли? – ответил Император.

Конечно, именно он первым увидит то, что скрыто внутри объекта. Хотя какую-то сотню лет назад он даже помыслить не мог о такой авантюре. Император незаметно для себя самого, медленно, но неуклонно проигрывал давнему врагу, который обеспечивал хоть какую-то сменяемость власти в обществе, где элитная верхушка могла обеспечить себе неограниченное продление биологической молодости. Этот исконный враг – скука. Вечная молодость не была полноценным бессмертием, но опасно к нему приближалась. Опасно для обычного человеческого разума. Но, к счастью, риски несчастных случаев никуда не девались. Со временем поведение монархов становилось все более авантюрным; пресыщенность всеми возможными впечатлениями, достижение и передостижение жизненных целей делали риск разумной платой за право почувствовать себя живым.

Иногда этот риск оказывался слишком высоким. И тогда Империю ждал короткий промежуток борьбы за власть между ключевыми клановыми игроками, по заранее установленным правилам, которые никто не рисковал нарушать.

В результате спустя короткое время на трон садился новый, почти бессмертный правитель, который наилучшим образом балансировал интересы и обеспечивал стабильность. Народ при этом, разумеется, считал, что выбрал нового Императора совершенно самостоятельно.

Когда-то давно, на заре становления Империи, были попытки установить наследственную монархию – то есть полностью скопировать систему, характерную для древних государств. Но после того, как пару раз Империя оказывалась на краю гибели и даже под угрозой поглощения чужими расами, новые правители остерегались иметь детей.