Чтение онлайн

– Колонисты Паука передвинут свою энергетическую установку примерно на тридцать километров вниз по течению, – сообщил Панков, вручая Роману видеозаписи и подписанные документы для официального отчета «Драйдена». – Никаких других уступок от них не требуется.

Роман почувствовал на себе пристальный взгляд Трента.

– А что насчет самого поселения? – спросил он, принимая бумаги. – Разве с передвижением энергетической установки им не придется переместиться самим?

Панков состроил гримасу.

– Некоторым да. Но не всем.

– А на какие уступки идут темпи? –

вмешался в разговор Трент.

Панков устремил на него холодный официальный взгляд.

– В данном конкретном случае, – ровным голосом ответил он, – темпи оказались правы. Энергетическая установка воздействовала на миграционные маршруты четырех видов птиц и животных.

Трент фыркнул.

– Любой вид животных, которые не способны адаптироваться к изменениям, вызванным работой одной-единственной энергетической установки, заслуживает вымирания, – проворчал он. – От этих проклятых хорнов все равно никакого толку.

Панков сдержался, но с трудом, заметил Роман.

– От хорнов – да, может быть, чего не скажешь о мруллах. Они, как известно, позволяют удерживать на приемлемом уровне популяцию родунисов на полях, а те, в свою очередь, как привязчивые щенки, повсюду следуют за хорнами. – Не дожидаясь ответа, посол перевел взгляд на Романа. – Кист-паа также рассказал мне, что у них возникли новые проблемы. Браконьеры – в смысле, люди – воруют в их йишьяр-системе Кемваннинни звездных коней.

– В их системе? – пробормотал Трент, достаточно громко, чтобы его расслышали.

Панков хмуро посмотрел на него.

– Да, в их системе. Нравится это кому-то или нет, старший помощник, Сенат отказался от всех претензий на эту систему. Темпи могут использовать ее как нечто вроде «водопоя» для звездных коней, люди – нет. Вести себя, точно собака на сене, недостойно цивилизованных людей.

Речь посла текла плавно, заметил Роман, с автоматизмом, выработанным долгой практикой. Скорее всего, он уже много раз произносил эти слова.

– Думаю, доводы Сената нам всем понятны, – вмешался он в разговор, не дав Тренту ляпнуть что-нибудь, о чем тот мог впоследствии пожалеть. – Тем не менее существуют, мне кажется, не менее веские причины, почему полный отказ от системы многим кажется не таким уж хорошим решением.

– Ну, теперь с этим уже ничего не поделаешь, – кисло заметил Панков. – В любом случае, капитан, – он указал на бумаги в руке Романа, – темпи дают вам и «Драйдену» свое официальное разрешение на вход в йишьяр. Доставьте меня обратно на Соломон, отправляйтесь туда и постарайтесь поймать того, кто причиняет им беспокойство.

С Паука на Соломон, а оттуда в йишьяр. Да, все интереснее и интереснее.

– Я высоко ценю ваши усилия успокоить темпи, посол…

– Моя работа состоит не в том, чтобы успокаивать темпи, капитан, – холодно прервал его Панков. – Я выполняю приказы и пожелания Верховного сената Кордонейла… И в данном конкретном случае желание Сената состоит в том, чтобы не получившие разрешения корабли людей держались подальше от темпийского пространства. – Он вперил в Романа холодный взгляд. – Может, вы сомневаетесь, что я вправе дать вам

такое распоряжение?

Ну, по этому поводу, по крайней мере, вопросов не возникало. Роману уже приходилось видеть сенатскую карт-бланш; он знал, какой властью эта бумага наделяет.

– Я не ставлю под сомнение ваши властные полномочия, сэр, – сказал он. – Просто для корабля размера «Драйдена» полет сюда – уже достаточно длительное путешествие. Теперь две недели до Соломона и еще дольше до йишьяр-системы. Плюс шесть недель на обратную дорогу. Итого получается три месяца, не говоря уж о том времени, которое нам придется провести там в ожидании вашего браконьера.

– Не хотите же вы сказать, что ваш экипаж не в состоянии продержаться в глубоком космосе несколько недель? – с вызовом спросил Панков.

– Нет, сэр, – спокойно ответил Роман. – Я хочу сказать, что мы сэкономим пару из этих недель, если вы попросите Кист-паа сделать небольшой крюк и доставить вас на Соломон.

Вид у Панкова сделался слегка ошеломленным.

– А-а… Понятно.

– Если, конечно, – продолжал Роман, глядя прямо ему в глаза, – вы в состоянии продержаться несколько часов на темпийском корабле.

На мгновение у него возникло ощущение, что вот сейчас профессиональный фасад дипломата даст трещину. Однако Панков прекрасно владел собой.

– Вряд ли с этим возникнет проблема, капитан. Включайте радио и…

Спустя десять минут все устроилось, а спустя час Роман сидел на капитанском мостике и смотрел, как звездный конь совершает прыжок.

Захватывающим это зрелище назвать было трудно – в отличие от всего остального, имеющего отношение к звездным коням. Только что звездный конь и его корабль были на дисплеях, а в следующее мгновение исчезли.

– Хотелось бы, черт побери, чтобы и мы так могли, – пробормотал Трент.

Роман неотрывно смотрел на дисплей, на пустое место, где только что был темпийский корабль.

– Да уж. И не только мы, но все на Кордонейле. Ничего впечатляющего, да… если не думать о том, что на самом деле произошло. Мгновенное перемещение в межзвездном пространстве… с одним-единственным ограничением: звездный конь должен видеть звезду, куда собирается перенестись. Сама эта идея вызывала у Романа ощущение бегущих по спине мурашек.

– Может, когда начнет осуществляться проект «Дружба», мы узнаем кое-что о том, как приручать звездных коней и управлять ими.

Трент фыркнул.

– Никаких шансов… сэр.

– Вы не верите, что люди и темпи могут научиться работать бок о бок на борту одного корабля, старший помощник?

– Не думаю, что это когда-нибудь произойдет, сэр, – резко ответил Трент. – По моему мнению, проект «Дружба» не более чем дымовая завеса, придуманная темпи и протемпийски настроенными сенаторами для того, чтобы складывалось впечатление, будто они способны решать проблемы находящихся в совместном владении миров. Никогда в жизни Звездному флоту не снарядить ни одного подобного корабля; но даже если это произойдет, взаимная предубежденность членов экипажа будет настолько велика, что пробный полет потерпит полную неудачу.