Чтение онлайн

– Мак-Кей, вы понимаете эту чепуху? – поинтересовался Бильдун.

Мак-Кей сглотнул. Он начинал понимать, что хотел сказать Тулук.

– Вы думаете, что калебан видит только эту… эту утонченную разницу?

– спросил он.

– И ничего больше, – ответил Тулук.

– Тогда он видит нас не как фигуры или измерения или…

– Нечто вроде протяженности во времени, так как мы понимаем время, – сказал Тулук. – Для него мы, может быть, ничто иное, как модуляция неизменных волн пространства. Для него время как бы выдавливается из тюбика. Оно не больше, чем линии, которые перекрещиваются

в нашем сознании.

– О-о-ох! – выдохнул Мак-Кей.

– Я не вижу, каким образом это мажет помочь нам, – сказал Бильдун. – Наша глазная задача – разыскать Эбнис. Вы, Мак-Кей, имеете представление о том, куда забросил вас калебан?

– У меня в памяти запечатлелось, как я лежу на полу, привязанный к колышкам, – ответил Мак-Кей. – Прежде, чем я уйду, мы должны сделать запись моих воспоминаний и дать компьютеру для проверки узор звезд на небе этой планеты.

– Предположим, что узор звезд имеется в памяти компьютера, – сказал Бильдун.

– Кто теперь охраняет калебана после того, как убили Фурунео? – спросил Мак-Кей.

– Двое наших людей внутри шара и четверо снаружи, – ответил Бильдун.

Мак-Кей вздохнул.

– Тогда, боюсь, для меня вы сможете сделать только одно: вы отзовете охранников, или я это должен сделать сам?

– Один момент, – сказал Бильдун. – Я знаю, что вы должны вернуться в этот шар, но…

– Один, – сказал Мак-Кей.

– Почему?

– Юридически будет правильно, если я перед свидетелями потребую обратно голову Фурунео, – сказал Мак-Кей. – Я также попробую вызвать калебана на дискуссию. Но самое главное, что она будет искать меня. Я улизнул от нее, и она не знает, сколько или как много я знаю об ее уловках и планах. Она должна быть в ярости и попытается снова поймать меня.

– Итак, вы будете приманкой?

– Я не сказал бы этого, – ответил Мак-Кей. – Но если я снова буду один, она может попытаться сторговаться со мной.

– Она может даже попытаться оторвать вам голову, – пробурчал Бильдун.

– Единственная ваша охрана будет заключаться в том, что один из тапризиотов будет все время наблюдать за вами.

– Мак-Кей станет беспомощной жертвой, если он войдет в транс, находясь в шаре калебана, – сказал Тулук.

– Ничего опасного, если контакт через тапризиота будет длиться пять или десять секунд, а по мере надобности и до одной минуты. По продолжительности это будет как повторяющийся звонок телефона, не больше. Но пока я не позову на помощь, тапризиот не должен отвлекать меня, – сказал Мак-Кей. – Хорошо?

– Мне это не нравится, – сказал Сайкер. – Что если…

– Вы думаете, что Эбнис и ее помощники будут говорить со мной открыто, если увидят в шаре столько охранников? – спросил Мак-Кей.

– Верно, – сказал Тулук. – Мы должны позволить контакт между Эбнис и Мак-Кеем, если хотим ее найти.

– Хороший аргумент, – сказал Мак-Кей. – Только через контакт с ней можно определить ее местопребывание. Шар калебана – прочная позиция на Сердечности. С другой стороны, местоположение этой планеты известно. В момент непосредственного контакта шар укажет местоположение в пространстве – линию наименьшего сопротивления контакту. Дальнейший контакт укажет на признаки, по которым…

– Где

нужно искать Эбнис, – добавил Бильдун. – Предположим, вы верно поняли ситуацию.

– Мы должны попытаться установить связи через открытое пространство, – объяснил Тулук. – Между точками контакта не должно быть ни больших звездных масс, ни водородных облаков…

– Я достаточно знаю теорию, чтобы представить себе, что она может сделать с Мак-Кеем. Ей потребуется не больше двух секунд, чтобы сделать прыжковую дверь над его головой, а потом… – Он чиркнул указательным пальцем по горлу.

– Тогда позаботьтесь о том, чтобы тапризиоты установили со мной контакт в эти две секунды, – сказал Мак-Кей.

– А что вы будете делать, если Эбнис не станет с вами говорить? – спросил Бильдун.

– Тогда мы будем действовать как саботажники, – ответил Мак-Кей.

«Непредубежденный наблюдатель, который находился бы внутри шара калебана, не смог бы отрицать некоторого уюта», – подумал Мак-Кей. Здесь было жарко, но эта жара необходима его жителю. Существовали разные существа, некоторые из них жили в зонах с жарким климатом. Гигантский «половник», в котором в настоящее время находился калебан, можно было сравнить с удобной постелью. Потолок был низок, но низкорослый человек, каким был Мак-Кей, мог стоять выпрямившись, не втягивая голову в плечи. Красноватый свет был не более странным, чем любой другой, и был приятен для глаз только что проснувшегося человека. И настил пола был мягким, как мех. Правда, Мак-Кей на мгновение почувствовал запах освежающих и дезинфицирующих средств, который появился в воздухе.

Мак-Кей сидел спиной к стене, все время прихлебывая из кружки с холодной водой, которую захватил с собой. Через две секунды после того, как он проснулся, он почувствовал сигнал тапризиота – слабое жужжание, сопровождаемое подергиванием в голове. Это было очень похоже на слабый удар электрического тока. Он начал уже привыкать к этому.

– Тапризиоты посылают вам свои сообщения через пространство таким же образом, как это делают калебаны? – спросил он. – Я имею в виду, видят ли они это сообщение?

– Тапризиоты очень слабы, – ответил калебан. – Тапризиоты не обладают энергией калебанов. Собственной энергией калебанов. Собственной энергией, вы понимаете?

– Не знаю. Может быть, понимаю.

– Тапризиоты видят очень слабо, очень слабо, очень коротко, – сказал калебан. – Иногда тапризиоты просят о… об усилении? Калебан дает усиление. Тапризиоты платят, мы платим, вы платите. Все платят энергией. Вы называете потребность в энергии голодом, не так ли?

– Верно, – сказал Мак-Кей. – Но как…

Толстая рука паленки, держащая бич, просунулась в отверстие за «половником». Бич щелкнул, вызвав в красноватой полутьме фонтан зеленых искр. Рука с бичом убралась прежде, чем Мак-Кей успел среагировать.

– Фанни Мей? – прошептал он. – Вы все еще здесь?

Молчание. Потом:

– Вы называете это неожиданностью. Внезапность этого удара бичом.

Мак-Кей медленно выдохнул. Он отметил время происшедшего и сообщил об этом по радио людям Фурунео в местном отделении Бюро, чтобы они там установили координаты.