Чтение онлайн

Меня услали из дому, когда мне было шесть лет, – сказали, что мне будет легче на орбитальной станции с дедами. Я там смогу спать при низкой гравитации, получу доступ к лучшим врачам. Имелось в виду, что легче станет всем остальным. Казалось бы, к сегодняшнему дню я должен был научиться снижать свои ожидания.

Но вряд ли я буду долго переживать на эту тему – и на любые другие.

Унигласс делает свою работу, и над консолью выскакивает виртуальный экран. Поток облегчения – как наркотик. Вот с

этим я умею работать. Не с людьми, а вот с этим.

Делаю шаг назад и поднимаю обе руки, будто дирижирую оркестром, углубляюсь слой за слоем в древние алгоритмы обслуживания. Сжимаю их в кулаке, сметаю в сторону протоколы безопасности и подаю импульс мощности зажимам, удерживающим на месте шаттл сильдратийцев. Слышится отдаленный вскрик, переданный униглассом Тайлера, и нервирующий звук плазменных резаков вдруг смолкает. Это нам даст тридцать секунд.

Приступая ко второму раунду, ныряю в головокружительную неразбериху кодов.

Снова подаю электрический разряд в зажимы, но сильдратийские техники уже обнаружили меня. Движением руки сметая дисплей, я переношу вес тела на пятки, и костюм тихо шипит, компенсируя нагрузку.

Может, получится спутать показания их датчиков, убедить их компьютер, что в грузовом отсеке не хватит воздуха, чтобы выровнять давление. Для этого потребуется непосредственная работа руками.

Выдергиваю мультиинструмент из металлического паза в теплом изгибе между ребер, сдергиваю крышку с шеренги компьютеров, чтобы залезть внутрь. Очень надеюсь, что мой костюм заземлен, иначе сам себя поджарю. Но даже если это сработает, вечно держать не получится. Уже руки дрожат. Обычно они в порядке, особенно учитывая тонкие нити стимуляторов, тянущиеся к кончикам пальцев; больше всего помощи нужно моим ногам – усилениям колен и тазобедренных суставов.

Но качнуть достаточно адреналина – и все становится веселее, а сейчас дефицита адреналина не наблюдается.

Мысленным взором я вижу, как Несломленные врываются в грузовой отсек, съедают моих товарищей на ужин и ломятся сюда за десертом.

Я смогу продержаться и встретить их лицом к лицу?

Или буду прятаться, а они меня вытащат?

Столько разговоров мне еще предстоит провести. Надо было быть помягче с дедами. Надо было извиниться перед родителями. Перед почти всеми, с кем был знаком, но от моих извинений всегда становилось только хуже.

И все-таки сейчас, быть может, мой последний шанс.

– Зила, послушай, – говорю я. – Насчет твоих родителей. Я не хотел…

– Сэр, я приняла передачу от штурмовика Армии Обороны Терры, – говорит она. – Название – «Беллерофонт». Только что вышли из ворот Складки в ответ на наш сигнал и говорят, что находятся в одиннадцати минутах до радиуса действия оружия.

Тайлер спрашивает:

– Ты уверена?

Понимаю его недоумение. Ни за что в жизни АОТ в такую вот кашу не полезет. Ни за что в жизни они не появятся в такой дыре, не говоря уже о том,

чтобы нарушить нейтралитет Земли с Несломленными…

– Абсолютно, – отвечает Зила без малейшего промедления.

– Дай мне связь с сильдратийцами, Зила, – говорит Скарлетт.

– Включаю вещание.

– Сильдратийские захватчики! – начинает Скарлетт тоном «со мной лучше не связываться». – Обращаем ваше внимание, что нас поддерживает Армия Обороны Терры, чей корабль вы вполне можете наблюдать в свои телескопы. Если вы хотите сохранить собственные шкуры, советую вам немедленно отступить. А можете остаться и проверить, чего стоит сильдратийский «Призрак» против терранского штурмовика с полным вооружением. Вам выбирать.

Вам не кажется странным, что как только эта девушка использует тон «со мной лучше не связываться», я готов связаться с ней в любой момент, когда она захочет?

Мы все на секунду забываем дышать. Я остаюсь на месте, стоя на четвереньках, наполовину внутри древней вереницы компьютеров. Зила надо мной и мускулом не шевельнет, и в наушниках я слышу тихое дыхание и шелест удерживающей позицию команды внизу, в грузовом отсеке.

И тут с дребезгом и вибрацией сильдратийский шаттл отрывается от нашего корпуса.

– Они отступают, сэр, – докладывает Зила тем же самым тоном, которым говорила перед нашей, казалось, неизбежной гибелью.

Что за странность у этой девчонки?

Тайлер произносит в коммуникатор:

– Кэт, штурмовику АОТ сообщи, кто ты, чтобы они тебя по ошибке не сожгли. Зила, ты нам нужна здесь для медпомощи. Финиан, ты тоже.

Я отползаю назад, и мы с Зилой переглядываемся.

Какого черта требуется медицинская помощь, если никто не прорвался на борт?

В грузовом отсеке все сильдратийские беженцы стоят вместе, изо всех сил стараясь сохранять надменность и спокойствие вопреки тому, что избежали только что верной и лютой смерти. Близнецы Джонсы склонились над молодой сильдратийкой, лежащей на полу без сознания. Серебристые волосы рассыпались ореолом, руки раскинуты.

Кэл маячит где-то рядом, вместе с нашей безбилетной пассажиркой. Я теперь вспомнил ее имя – Аврора – и где я его раньше слышал.

Это ее Золотой Мальчик вытащил с «Хэдфилда».

Но что она тут делает?

Зила распахивает контейнер с медицинской техникой, и я помогаю ей дотащить комплект туда, где лежит сильдратийская девушка. Кто-то ей хорошо двинул, и она затылком треснулась об стену. Возможно, это наша Аврора, потому что сейчас, когда я, прищурившись, смотрю на нее, замечаю расквашенный нос. Вид у нее безумный, она стоит на одном колене, на щеках будто слезы, одной рукой пытается остановить кровь. И что самое непонятное и необычное – радужка правого глаза у нее абсолютно белая.