Чтение онлайн

– Никто.

– Зубейда, - Идель улыбнулся, но как-то вымученно, словно бесконечно устал от этой истории, - острова окружают три кольца миражей, которые не чета обычным иллюзиям. Начинающему магу пройти сквозь них не по силам. У вас был сообщник.

– Зимка.

– Зимка?

– Моя аклу, - Зубейда опустила взгляд.
– Миражи видят только люди, а Зимке они не преграда. Я завязала глаза, заткнула уши, и она довезла меня до другого берега.

– Сами додумались?

– Сама.

– Потрясающе.

Зубейда почувствовала в сказанном

подвох, но так и не поняла, какой именно, и недоверчиво посмотрела на Иделя. Уж не смеялся ли?

– Нет, правда, - он улыбнулся снова.
– Отличное решение. Но Дичь - странный выбор.

– Мой отец был дивом.

– Я слышал другое.

Все друзья и знакомые Люсии считали, что Зубейда - приятное последствие её последнего путешествия по Небесному Союзу. На это намекало и выбранное для дочери имя, и время рождения. Мать не спешила опровергать их догадки. Зубейда сама узнала правду не так давно.

Накатила злость, ладони сжались в кулаки.

– Вы слышали ложь, - выдохнула она.

Внутри всё закипало, но нельзя, нельзя, нельзя было выплёскивать гнев на того, кто не имел никакого отношения к больному вопросу! И всё же Зубейда не смогла промолчать:

– Когда я спросила, кто на самом деле был моим отцом, Люсия ответила, что один целитель из Северной Дичи. Она его даже не любила, называла чудаковатым мужичком. Ей просто стало интересно, что окажется сильнее: дар мага или дар оккультиста. Такой... эксперимент!

Закрыв глаза, Идель сжал переносицу и тяжело вздохнул.

– Я могла бы это понять, если бы ей хоть раз хватило смелости взглянуть на настоящий результат, а не тот, который она себе придумала! Люсия никогда, - Зубейда ударила кулаками по кушетке, - никогда не замечала мои способности к оккультизму и не хотела признавать, что я страдаю от конфликта магий! Последние полтора года в Мираге были настоящим кошмаром!

Она сорвалась на крик и, поняв это, потрясённо замолчала. Что такое на неё нашло? Словно все обиды разом встали перед глазами. В голове пульсировала едва ощутимая боль - теперь стало ясно, что болит чужая голова. Иделю было тяжело слышать громкие звуки, тяжело думать, тяжело даже просто сидеть в кресле.

"Если бы ты хотя бы иногда думала перед тем, как что-то сделать, ничего такого не случилось бы!"

Зубейда закрыла лицо руками, пытаясь прогнать все мысли и сосредоточиться на собеседнике. Её ощутимо замутило. С помощью заклинаний маги могли улучшить самочувствие, остановить кровь, удержать себя или другого на этом свете до прибытия помощи, но исцелять по-настоящему умели далеко не все. А тот дар, что достался ей от отца, и вовсе лежал за гранью понимания Старших.

– Люсия знала?
– спросил Идель, не меняя позы.

– С тех пор, как она отказалась говорить со мной об оккультизме, я ничего ей не рассказывала. Я отправилась сюда, чтобы стать целителем.

– Так вы хотите изучать оккультные практики? Боюсь, с этим будут проблемы.

– У меня есть талант!
– выпалила Зубейда.
– Неужели вы не верите?

– Я не...

Он

не успел договорить, как она уже поднялась и дотронулась до его виска. Продолжая движение, пальцы коснулись волос, потом замерли, не доходя до затылка.

– Сейчас у вас болит голова, вы чувствуете себя очень плохо.

– Терпимо.

Зубейда встретилась с ним взглядом. Сколько раз она представляла что-то подобное - и гнала эти мысли прочь.

– В Мираге было очень тяжело унимать боль, - отчего-то вместо уверенного голоса снова получался испуганный шёпот, - но здесь всё иначе. В поезде я вылечила коленку Дениса Павловича, а потом помогла одной женщине. У неё случился приступ. Не знаю, получится ли с вами, никогда не пробовала помогать Старшим...

– Я постараюсь не мешать.

Второй рукой Зубейда накрыла лоб Иделя и сосредоточилась, ощутив знакомое неприятное покалывание. Оно медленно поднималось и успело дойти до локтей, прежде чем головная боль утихла.

"Получилось!"

Сделав шаг назад, она опустилась на кушетку, всё ещё не до конца веря, что смогла. Идель коснулся виска, прислушиваясь к чему-то внутри себя, и вдруг изумлённо поднял брови - над левой остался только едва заметный шрам.

– Невероятно.

От этого шёпота её бросило в жар.

– Я поговорю с Люсией, - глаза амеджи сверкнули, - совершенно очевидно, Зубейда, что с таким дарованием нельзя долго находиться в Мираге, но и здесь...
– он нахмурился.
– Здесь тоже придётся непросто.

– Непросто? Почему?

– Не хочу огорчать, но это лучше знать заранее: Ветлицкий, декан факультета оккультных практик, терпеть не может нас и тем более наших детей. Делает всё, чтобы они не могли сдать вступительные экзамены. Виктор борется с этим, но у него здесь мало влияния. Как и у меня.

– Разве не всё решает талант?

– Не всегда.

Зубейда не могла поверить, как такое возможно: отвернуться от человека, у которого есть способности, есть желание чему-то учиться. В Мираге это было немыслимо. Потому её и задело поведение матери.

"А здесь, оказывается, никого бы не удивило".

Идель нетерпеливо постучал пальцами по подлокотнику. От прежней усталости не осталось и следа. Амеджи выглядел сосредоточенным и полным решимости. Зубейде не хватило бы смелости прикоснуться к нему сейчас, хотя таким он нравился ей гораздо больше.

– Мы что-нибудь придумаем, - пообещал Идель.
– Я не вернусь в Осков до осени, поэтому дам все советы сейчас.

Она кивнула, приготовившись слушать. Речь была недолгой, но из неё Зубейда узнала гораздо больше, чем за все предыдущие годы. Целителей не обучали отдельно. Многие из них жили в лесах и передавали знания детям или ученикам, а если и хотели получить образование, то выбирали экзорцизм. Во многом принципы работы целителей и экзорцистов были схожи, просто одни возвращали здоровье телу, а другие - разуму. В благостном университете Оскова без одобрения Ветлицкого получить эту специальность было практически невозможно.