Золотой город
Шрифт:
Свайр, сунув револьвер за пояс, направился к животным.
— Возьмете Приятеля, — сказал он Смитбэку, накидывая сбрую на спину лошади. — Этот парень слишком глуп, чтобы пугаться.
Нора выбрала из кучи седел принадлежавшее ей, отыскала взглядом Разумницу и пошла седлать. Потом она крепко держала кобылу под уздцы, в то время как Свайр снимал с нее подковы. Ковбой молча орудовал молотком и обсечкой, прилагая все усилия, чтобы не повредить копыто. Нора не уставала дивиться его ловкости и умению. На ее памяти встречалось не так уж много мастеров, способных подковать
— Уверены, что сможете с этим управиться? — Ковбой протянул ей подковы, ковочный молоток и горсть плоских гвоздей.
Нора кивнула. Свайр махнул журналисту, и тот забрался в седло.
— Прошлой ночью в долине был сильный ветер. — Подтянув подпругу на его лошади, он вручил Смитбэку поводья. — Намело целые горы песка. Скорее всего, здесь, внизу, никаких следов вы не найдете. Может, вам повезет на вершине или на другой стороне хребта.
Нора прикрепила к седлу сумку, проверила подпругу и вскочила на спину Разумницы.
— Биллу тоже понадобится оружие, — сказала она.
После секундного раздумья Свайр вручил журналисту свой револьвер и пригоршню патронов.
— Я бы предпочел винтовку, — заметил Смитбэк.
— Нет, — покачал головой ковбой. — Она может пригодиться мне самому. Вдруг придется встретить непрошеных гостей.
— Прежде чем стрелять, убедитесь, что это не мы с мисс Келли, — усмехнулся журналист.
Нора в последний раз обвела глазами долину.
— Роско, спасибо вам за лошадей. — Она погладила Разумницу по холке.
Свайр устремил на нее непроницаемый взгляд.
— Желаю удачи, — едва слышно проронил он.
Они двинулись прочь от ручья по направлению к громаде хребта, накрывшего тенью добрую половину долины. К журчанию воды и щебету крапивников примешивался низкий ровный гул, похожий на жужжание трансформатора. Поднявшись на небольшую возвышенность, Нора и журналист наткнулись на останки Птахи и Шалопая. Мухи вились над ними черной тучей.
— Господи боже, — пробормотал Смитбэк.
Разумница испуганно заржала и замотала головой. Нора свернула налево, объезжая трупы с подветренной стороны. Она лишь краешком глаза видела синеватые зловонные внутренности, сплошь обсаженные летучими насекомыми. Оставив мертвых лошадей позади, начальница экспедиции спешилась.
— Что это вы задумали? — поинтересовался Смитбэк.
— Хочу как следует все осмотреть.
— Не возражаете, если я останусь здесь? — напряженным голосом произнес ее спутник. — Боюсь, подобное зрелище надолго отобьет у меня аппетит.
Нора молча вручила ему поводья Разумницы и пешком направилась назад. Мухи, потревоженные ее появлением, взмыли в воздух отвратительным звенящим роем. Ветер и в самом деле разметал верхний слой песка, однако она сумела различить старые следы лошадиных копыт и свежие — койотов. Единственными человеческими следами оказались отпечатки сапог Свайра. Как и рассказывал ковбой, кишки убитых лошадей лежали на земле спиралью. Из мертвых глазниц торчали ветки с привязанными к ним перьями попугая ара. Яркая, нарядная, пугающе-неуместная деталь общей жуткой картины. Из вспоротых животов также
Нора уже собиралась двинуться прочь, как вдруг заметила еще одну особенность. На лбу каждой лошади темнела круглая ранка. С их голов кто-то вырезал по маленькому кусочку кожи. Нагнувшись над трупами, она разглядела точно такие же отметины на боках и на животах. Кому и зачем могли понадобиться лоскутки лошадиной шкуры? Что все это означает?
Теряясь в догадках, Нора вернулась к поджидавшему ее Смитбэку.
— И кто только мог сотворить подобную мерзость? — произнес он.
Саму ее данный вопрос занимал на протяжении по крайней мере последнего часа. А предполагаемый ответ она боялась озвучить даже мысленно.
Через двадцать минут путники добрались до подножия хребта. Еще через двадцать, поднявшись по узкой тропе, достигли его вершины. Нора спешилась и окинула взглядом расстилавшийся перед ней пейзаж. Повсюду, насколько хватало глаз, простиралась изрезанная каньонами земля. На севере, в голубой дымке, она различила смутные очертания вершины Барни, на северо-востоке — плато Кайпаровиц.
А прямо перед ней начиналась узкая извилистая тропа, серпантином убегавшая вниз. Туда, где лежали трупы трех лошадей — Урагана, Красавчика и Задиры.
— Ох, неужели нам опять предстоит развлечься на этом кошмарном аттракционе? — вздохнул Смитбэк.
Начальница экспедиции ничего не ответила. Опустившись на корточки, она внимательно разглядывала землю, выискивая следы на песке между камнями. Однако никаких следов ей обнаружить не удалось. Впрочем, вполне вероятно, их успел уничтожить ветер.
Нора оглянулась на тропу, ведущую из долины. Все время подъема она не спускала с нее глаз, но смогла различить лишь старые отпечатки копыт, принадлежавшие их собственным лошадям. Каким же образом попали в долину ее таинственные преследователи? Ведь никакого другого пути не существует. Но если неведомые убийцы лошадей прошли здесь, как они ухитрились не оставить следов?
Нора переключила внимание на предстоящий спуск. Петляя меж камней, узкая дорожка скрывалась за ближайшим выступом. Движение вниз по ней куда опаснее подъема. Жуткое воспоминание о раскрывшей объятия голубой бездне заставило ее содрогнуться. Она взглянула на пальцы, несколько дней назад судорожно вцепившиеся в камень. Пластырь с них уже сняли, но зажившие ссадины заныли снова.
— Пожалуй, я спущусь пешком, проверю дорогу, — обернулась Нора к Смитбэку. — А вы подождите здесь с лошадьми.
— Проверяй не проверяй, а хуже этой не сыщешь, — изрек журналист. — Лететь на полной скорости, конечно, еще менее приятно, зато хоть внизу быстрее окажешься.
Нора медленно двинулась по тропе. Никаких следов загадочных всадников ей по-прежнему не попалось. Впрочем, тут удивляться не приходилось — на скале отметины не оставит даже подкова. Но вот камень сменился песком. Она застыла, увидев след. Свежий отпечаток копыта, оставленный неподкованной лошадью.
— Ну что, все-таки спускаемся? — без особого энтузиазма поинтересовался Смитбэк, дождавшись ее на вершине.