Золотой город
Шрифт:
Нора расхохоталась.
— Остальные уже отправились на костровой круг, — произнес Сквайр. — Может, расскажете, с кем мне придется иметь дело? Случайно, не с компанией профессоров, решивших устроить увеселительную прогулку?
Пожалуй, маленький ковбой начинал ей нравиться. Она ничего не имела против его ироничного тона.
— Увы, не могу удовлетворить вашего любопытства, — улыбнулась Нора. — С большинством участников экспедиции я сама еще не знакома. И понятия не имею, что они собой представляют. Люди часто думают, будто все археологи похожи на Индиану Джонса. Однако многие из них довольно редко покидают свои лаборатории и кабинеты.
Она вспомнила о Слоан, дочери Годдара. Интересно, знает ли эта вчерашняя студентка, с какого конца подходить к лошади? Ее собственный протеже Холройд уж точно не знает.
— Отлично, — изрек Свайр. — Небольшая перепалка иногда служит неплохим развлечением. К тому же, хорошенько поругавшись и помирившись, люди становятся друг другу ближе. — Он отправил в рот еще одно печенье. — Думаю, вас все же ждут у кострового круга.
Костер полыхал к северу от загонов, за небольшой кедровой рощицей. Нора двинулась по тропе, ориентируясь на огонек, мелькавший между деревьев. Место под него отвели у самого подножия отвесной скалы, чью поверхность усеивали темные провалы многочисленных пещер. Огромный камень на самой вершине, казалось, вот-вот обрушится вниз. Языки пламени отбрасывали на шершавую стену разноцветные танцующие отблески. Обычай собираться у костра перед дальним путешествием был в ходу у древних индейцев, и Нора ничуть не удивилась, когда Годдар предложил начать экспедицию с того же самого ритуала. После эпизода с похищенными из могил сосудами Нора поняла, насколько председатель совета уважает традиции давно исчезнувших племен.
Она выбралась на освещенный участок. Несколько человек, сидя на бревнах вокруг костра, тихонько переговаривались. При ее появлении все дружно повернулись в ее сторону. Нора сразу узнала Арона Блейка, известного археолога из Пенсильванского университета. Внешностью тот обладал весьма представительной: рост не менее шести с половиной футов, череп благородной формы, красивые руки. Манера держать голову подчеркнуто прямо, с высоко вздернутым подбородком, придавала ему несколько заносчивый вид.
Впрочем, заносчивость вполне соответствовала репутации Блейка. Нора встречала его на многочисленных симпозиумах, и всякий раз в разгар научного спора он ухитрялся выдвигать аргументы, не оставлявшие камня на камне от смелой, но шаткой теории кого-нибудь из коллег. Роль ниспровергателя ему явно приходилась по вкусу. Хотя Блейк считался непревзойденным знатоком по части установления дат, многие побаивались обращаться к нему за консультацией. Казалось, его надменный взгляд принадлежит человеку, ни разу в жизни не допустившему ошибки или неточности. По слухам, именно так оно и обстояло в действительности.
— Доброе утро, доктор Блейк, — произнесла Нора, приближаясь к нему. — Я — Нора Келли.
— Рад приветствовать. — Он поднялся и пожал протянутую руку.
На лице ученого отразилась некоторая растерянность. Возможно, его не слишком радовала перспектива работать под руководством молодой женщины. Прежде Нора видела Блейка лишь в галстуке-бабочке и безупречно сшитом костюме. Теперь он отправлялся не на симпозиум и потому вырядился в стиле сафари, словно минуту назад сошел со страниц модного каталога. Пожалуй, с этим типом хлопот не оберешься, отметила про себя новоиспеченная начальница экспедиции. Если только он не умерит собственных
Подошел Холройд, пожал руку, неловко обнял и, смутившись, ретировался в темноту. Он весь сиял, зеленые глаза светились, как у бойскаута, впервые отправившегося в поход с ночевкой.
— Доктор Келли? — раздался из темноты незнакомый голос.
: Повернувшись, Нора увидела невысокого темноволосого человека лет пятидесяти пяти, буквально излучавшего какую-то беспокойную, тревожную энергию. Лицо его выглядело довольно необычно: смуглая оливковая кожа, глаза с поволокой, длинный крючковатый нос и гладко зачесанные назад волосы.
— Я — Энрике Арагон. — Он слегка пожал ее руку.
Такие изящные нежные пальцы могли бы принадлежать женщине. Каждое слово Арагон произносил отчетливо, однако в манере говорить ощущался легчайший мексиканский акцент. Его Нора тоже неоднократно встречала на симпозиумах и конференциях, где он всегда держался немного замкнуто и отчужденно. Арагон имел репутацию едва ли не лучшего антрополога Америки и к тому же являлся весьма опытным, разбирающимся во многих вопросах медиком. По всей вероятности, именно это, весьма ценное для любой археологической экспедиции сочетание определило выбор Годдара. Нора вновь поразилась, как за сколь короткое время председателю совета удалось заручиться согласием таких высококлассных специалистов. Как все-таки необычно — почтенные ученые мужи находятся у нее в подчинении. Вздохнув про себя, она тут же отогнала прочь все сомнения. Возглавить экспедицию доверено именно ей, следовательно, она должна вести себя как руководитель, а не как ассистент профессора, боящийся пикнуть в присутствии старших коллег.
— Мы тут уже познакомились друг с другом, — с улыбкой заметил Арагон. — Разрешите представить вам Луиджи Бонаротти, нашего повара и организатора лагеря.
Сделав шаг в сторону, он указал на человека с темными сицилийскими глазами, стоявшего рядом.
Тот с легким поклоном пожал Норе руку. Его прическа и костюм из плотного хаки выглядели безупречно. Нора уловила тончайший аромат дорогой туалетной воды. В элегантных манерах чувствовался европейский лоск.
— Мы и правда собираемся проделать верхом весь путь до места раскопок? — осведомился Блейк.
— Нет, — покачала головой Нора. — Какую-то часть пути нам придется пройти пешком.
На лице Блейка отразилось откровенное неудовольствие.
— Не понимаю, почему бы нам не воспользоваться вертолетом. По-моему, для нас, археологов, это самое удобное средство передвижения.
— Не в этих краях, к сожалению.
— Кстати, а где журналист, который собирается вести летопись нашей экспедиции? Я хочу с ним познакомиться.
— Он присоединится к нам на пристани в Вовипе, вместе с дочерью профессора Годдара.
Нора опустилась на бревно, наслаждаясь теплом, смолистым запахом дыма, потрескиванием кедровых поленьев. Вокруг костра колыхались темные человеческие силуэты, перемещаясь время от времени с места на место. Издалека донесся голос Блейка — тот все сетовал на необходимость путешествовать верхом. Языки пламени освещали поверхность скалы, выхватывая из темноты зияющие отверстия пещер. Внезапно внутри одной из них Нора заметила непонятный отблеск. В следующее мгновение свет исчез. Показалось, решила она. А вот если бы там, в пещерах, действительно кто-нибудь жил, пронеслось у нее в голове. Наверное, тамошним обитателям, следящим за нами под покровом ночи, мы бы представились весьма диковинными созданиями.