Золото стрелка Шарпа
Шрифт:
Стрелок встал и посмотрел на Лассау.
– Надо бы Кокса найти.
Город лежал в параличе, тишину нарушали только треск огня да рвота и кашель солдат, которые находили изувеченные тела товарищей. В воздухе витал запах горелого мяса, как в захваченной англичанами Талавере, – но тогда не было ничьей вины, просто ветер случайно раздул пожар, а этот хаос, это видение ада – дело его, Шарпа, рук, ведь это им продырявленная бочка оставила за собой пороховой след.
Мертвецы лежали нагими, мундиры с них
Он выбросил эту мысль из головы, шагая следом за Лассау по пандусу крепостной стены, с которой Кокс обозревал руины. Все было кончено, каждый понимал, что город теперь беззащитен. Но Кокс еще на что-то надеялся. И оплакивал гибель своего детища.
– Как это могло случиться?
У штабных офицеров были убедительные ответы. Бригадиру сообщили, что за миг до катастрофы на площадь у собора падали французские ядра. Офицеры смотрели со стены на растущую толпу французов, вышедших из окопов полюбоваться на громадную брешь в неприятельских укреплениях и чудовищный столб дыма. Наверное, так чернь взирает на некогда гордого короля, взошедшего на эшафот.
– Ядро, – объяснял Коксу один из офицеров. – Должно быть, подожгло патроны.
Бригадир храбрился, говорил, что они будут сражаться, но все знали, что Альмейда обречена. Как сражаться без боеприпасов? Наверное, это понимали и французы. Они не будут открыто злорадствовать, а предложат достойные условия капитуляции. Напрасно Кокс искал лазейки в безвыходной ситуации, напрасно вглядывался с надеждой в черный дым. В конце концов ему пришлось смириться.
– Завтра, джентльмены, завтра. Еще одну ночь подержим флаг.
Он двинулся сквозь толпу и увидел Шарпа и Лассау, томящихся в ожидании.
– Шарп! Лассау! Слава богу, вы живы. Столько жертв!
– Да, сэр.
Кокс едва сдерживал слезы.
– Какое несчастье!
«Выжил ли Том Джеррард?» – подумал Шарп.
Кокс заметил кровь на мундире стрелка.
– Вы ранены?
– Нет, сэр. Все в порядке. Разрешите вывести роту, сэр?
Кокс машинально кивнул. Ему было не до золота – он проиграл войну.
Шарп дернул Лассау за рукав.
– Идем.
Внизу у пандуса их дожидался Цезарь Морено, он поднял руку, останавливая Шарпа.
– Где Тереза?
Шарп улыбнулся, глядя в растерянные глаза испанца. Улыбнулся в первый раз после взрыва.
– Цела и невредима. Мы уходим.
– А Иоахим?
– Иоахим? – Лишь через секунду Шарп понял, кого имеет в виду отец Терезы, и вспомнил поединок на крыше церкви. – Мертв.
– А это что? – Оглядывая руины, Цезарь Морено не выпускал рукава Шарпа.
– Несчастный случай.
Морено посмотрел
– Я потерял половину людей.
На это Шарпу было нечего ответить.
Лассау вмешался в разговор:
– Как кони?
Морено перевел на него взгляд и снова пожал плечами.
– Их не было в рухнувшем доме. Все целы.
– Мы их возьмем. – Немец пошел вперед, а Морено удержал Шарпа за руку.
– Теперь, наверное, она будет командиром?
Стрелок кивнул.
– Драться она умеет.
Морено печально улыбнулся.
– И знает, на чьей стороне можно победить.
Шарп поглядел на дым, на объятую пламенем вершину холма и вдохнул запах гари.
– А мы с вами разве не знаем? – Он рывком высвободил руку и повернулся лицом к седоволосому партизану. – Я за ней когда-нибудь вернусь.
– Знаю.
В окопах на севере не осталось ни одного француза – все они стояли на виду у португальцев и глазели на дымящийся пролом в стене. Никто не задерживал роту. Люди взяли золото и пошли сквозь дым на запад, к армии Веллингтона.
Война не была проиграна.
Эпилог
– Так что же случилось, Ричард?
– Ничего, сэр.
Хоган тронул повод, и конь направился к островку сочной травы.
– Я вам не верю.
Шарп поерзал в седле – он терпеть не мог верховой езды.
– Там была девушка.
– И это все?
– Все? Особенная девушка.
С моря в лицо дул прохладный бриз, вода искрилась миллионами отблесков, словно огромная армия улан со сверкающими пиками, а на фрегате, шедшем к северу, в сторону Ла-Манша, ставили серые паруса, и за его кормой тянулся белый след.
– Посыльный, – сказал Хоган.
– Новости о победе? – спросил Шарп с иронией.
– Они не поверят. Очень уж странная победа. – Хоган смотрел на далекий морской горизонт с вершины холма. – Видите вон там флот? Конвой возвращается на родину.
Шарп крякнул – в заживающей руке стрельнула боль.
– Новые деньги для чертовых купцов. Почему бы им сюда не прислать деньжат, а?
Хоган улыбнулся.
– Ричард, денег всегда не хватает. Всегда.
– А сейчас лучше бы хватило. После всех наших подвигов.
– Каких еще подвигов?
– Да никаких, я же вам рассказывал. – Стрелок с вызовом посмотрел на вежливого ирландского майора. – Нас послали, мы добыли, ну и принесли.
– Генерал доволен, – произнес Хоган ровным тоном.
– Еще бы он не был доволен, черт его дери!
– Он уж было решил, что вы погибли. – Конь Хогана снова двинулся вперед, щипля траву. Майор снял треуголку и, как веером, помахал у лица. – Вот только Альмейду жаль.
– Вот только Альмейду жаль. – Шарп состроил горестную мину.
Хоган терпеливо вздохнул.