Знак расставания
Шрифт:
Как говорила Аймир, имена были единственным протестом Конора против их тусклого образа жизни, всего их уклада, и Дэн вполне разделял негодование жены по этому поводу. Но как можно было вложить столько средств и сил в такую бестолковую мелюзгу и не обращать внимания на то, что действительно важно, — на способности Эран? Но море давно наложило свой отпечаток на рыбака, усыпив в нем всякое желание к перемене образа жизни.
— Но, может, у Эран еще что-то и получится, Аймир? Возможно, она пойдет в вечернюю школу и будет бороться несмотря ни на что? — спросил Дэн.
— Да ведь
Это было вполне оправданно: у других учителей были дети, домашнее хозяйство, полные хлопот и забот вечера. У Аймир не было причин так громко укладывать тарелки в буфет, но она сердилась.
— Послушай, Аймир, тебе еще целых тридцать шесть лет работать до пенсии. Многие твои самые блестящие ученики за это время вынуждены будут отказаться от образования и пойти работать в официанты и на бензозаправки; но нельзя же принимать все так близко к сердцу, — заметил Дэн.
— Я принимаю это так, как могу! Пойми, на мне лежит ответственность! Да, меня безумно разозлила сегодняшняя сцена с «благородным» папашей и молчаливой покорной мамашей. Да я бы просто заорала на них, если бы они и без того не выглядели так жалко. А бедняжка Эран вообще чуть не разрыдалась, — резко ответила Аймир.
— Но это же не их вина. Они старались изо всех сил, а больше они действительно ничего сделать не могут, — сказал Дэн.
— Да уж точно! Ведь они не из тех, кто поднимает детей или работников ночью вычищать свиной помет, а потом платит этак месяцев через шесть — десять, — ответила Аймир.
— Но ведь и фермерство не легче рыболовства, ты прекрасно знаешь это, Аймир. Ведь ты сама решила остаться здесь после университета, поэтому должна все это знать, — сказал Дэн и подумал, что, если у них когда-нибудь будут дети, им тоже придется нелегко, и когда-нибудь Аймир перестанет думать о проблемах других родителей. Дэниэл отложил газету и приблизился к жене, увидев, как закатный свет отразился в ее озабоченных карих глазах.
— Семестр почти закончен, дорогая. Когда придет лето, обещай мне хорошенько отдохнуть и перестать переживать за Эран. Хочешь, мы снова возьмем напрокат машину и отправимся во Францию? — предложил он.
Аймир слабо улыбнулась мужу и отвернулась к окну, где на лужайке их спаниель Сэмми ловил бабочек. Сэмми был подарком фермера взамен оплаты за уроки. Фермер сказал тогда, что собачонка принесет молодоженам удачу и станет чудесным другом их детям. С тех пор прошло пять лет, но детей у Рафтеров до сих пор не было.
— Да, я отдохну, Дэн, но никуда не поеду, пока все не уладится с Эран, — ответила Аймир.
Он мягко обнял ее за талию, и они молча взглянули на закат над морем. На горизонте были видны силуэты знакомых траулеров, возвращающихся в гавань по золотистой в лучах вечернего солнца воде. Трюмы даже самых удачливых были лишь наполовину наполнены
Со смешанным чувством облегчения и беспокойства Эран Кэмпион шла по коридору в учительскую, куда ее вызвала миссис Рафтер. Девушка постучала, и дверь тотчас же отворилась. Но миссис Рафтер не пригласила ее зайти, а вышла в коридор. Она была в пальто.
— Бери куртку, Эран. Съедим бутерброды на берегу, — сказала Аймир.
Удивленная Эран прихватила свою куртку и пакетик с бутербродами, завернутыми в простую пергаментную бумагу. Сверток выглядел неуклюже по сравнению с аккуратной пластиковой коробочкой миссис Рафтер. Да и жакет на девушке был не из лучших; хорошо еще, что ее сестра Валь носила тот же размер. Эран чувствовала, что будет неудобно ей самой начинать разговор на щекотливую тему о ее вынужденном уходе из школы, поэтому шла молча. Они миновали школьный двор, вышли из ворот и направились к белой линии песчаного пляжа.
Выдавали ли девушку красные, заплаканные глаза? Догадывалась ли миссис Рафтер, что девушка проплакала всю ночь в подушку, слушая приглушенный разговор родителей о том, что они сделали единственно возможный правильный выбор?
Хорошо, что хотя бы Валь и Шер не было рядом! Сестры вечно смеялись над ней, называли «книжным червем», а теперь вся спальня принадлежала ей одной. Но даже самому отъявленному злыдню не пришло бы в голову посмеяться над ее теперешним положением. Несмотря на то что миссис Рафтер была намного старше, она была в большей степени сестрой для Эран, чем Валь и Шер.
Дойдя до большой скалы, закрывавшей вид на школу. Аймир села на камень и жестом предложила Эран присесть рядом.
— Ты любишь сыр. Эран? Съешь-ка бутерброд с сыром.
Аймир выложила свою коробку, и Эран взглянула на ее содержимое: четыре больших бутерброда с сыром — и все это для одного человека! Хлеб был какой-то особенный. Эран раньше такого и не видела. Да и сыр не был похож на серые невкусные куски из здешнего магазина. Не в силах противостоять искушению. Эран протянула руку и взяла один бутерброд, скромно предложив учительнице взамен свою пищу:
— У меня только латук и помидоры. У нас дома этого добра хватает.
Эти слова не были полной правдой. Все же овощи вносили некоторое разнообразие в монотонный рацион Кэмпионов. Конечно, в этот сезон завтрак девушки редко состоял из чего-то другого, но миссис Рафтер вряд ли об этом догадывалась. А зимой бывало и того хуже: все, что Эран могла бы предложить учительнице тогда, — бутерброд с рыбой, а всю деревню тошнило до смерти от одного запаха рыбной пищи. Наверное, рыбу кто-то и любит: ведь ее отправляли в Дублин огромными грузовиками, а порой даже и в Лондон на пароме. Недавно в Данрасвей переехали французы, чтобы разводить креветки и моллюсков, на которых быстро рос спрос в Европе. В этом была и хорошая сторона торгово-экономического соглашения, которое отменило запрет на экспорт. Это было выгодно, несмотря на приход сюда больших кораблей, загрязняющих чистые воды, в которых все увеличивался масштаб улова рыбы. Отец всегда говорил, что главное — это соблюсти баланс. Но эта задача была не из легких.