Змея и крыса

Наибольшее удовлетворение в жизни Марк Грей получал от кормления своего любимого питона крысами. В двухкомнатной квартире, которую занимал Грей, одну комнату он отделил своему любимцу.

Каждый раз, когда наступало время кормления, Марк запускал крысу в узкий туннель, ведущий в комнату с питоном. Не имея возможности повернуться в проходе, крыса, через автоматически раскрывающиеся двери попадала в ярко освещенную комнату и оказывалась один на один с голодным питоном.

Эти мнгновения были самыми интересными! Раздавался отчаянный писк, возвещающий

о надвигающейся опасности. Крыса прыгала в сторону, стараясь убежать от стремительного врага.

Иногда Маре наблюдал за этой сценой через небольшое окошко в стене комнаты. Но чаще всего он сидел в своей комнате перед микрофоном и наслаждался истошным визгом крысы и звуками борьбы.

Шла Третья Мировая Война и Управление Чрезвычайного Планирования забыло установить ограничение цен на крыс.

Крысоловы, как и все другие гражданские лица, были призваны на военную службу. Те немногие, кто остался в резерве и находился в тылу, старались перейти на такую работу, которая давала бы им освобождение от фронта. Снабжение крысами резко упало.

Марк, который раньше получал крыс у знакомого крысолова, теперь не имел такой возможности. Крысолова забрали на войну, и Марк Грей больше о нем ничего не слышал. Поэтому, чтобы прокормить своего любимого питона, Марку самому пришлось заняться отлавливыванием крыс.

Но все же питон питался нерегулярно, потому что Марк часто задерживался на основной работе, на которой ему дали бронь от военной службы. Но как только выдавалось свободное время, он устремлялся на развалины и помойки в поисках крыс для своего любимчика.

Однажды Марк Грей рыскал в старой части города в поисках пропитания для своего питона. Возле большого серого здания он остановился посмотреть, как разгружают грузовой космический корабль, который привез оборудование и питание для людей, находящихся в тылу. Черные ящики исчезали в глубине этого здания, не тронутого атомной бомбардировкой.

Марк Грей подошел поближе и увидел вывеску у дверей: «Исследовательские лаборатории». Прошмыгнув за рабочими в слабо освещенный коридор, Марк остановился перед дверью, на которой было написано: «Администратор Плоуд». Постучав и не дождавшись ответа, Марк толкнул дверь и оказался в комнате. Он присел на краешек стула и приготовился ждать.

«Конечно, работать сразу на двух местах будет тяжело, — думал он, — но не оставлять же бедного питончика без еды. А в этих лабораториях наверняка используют крыс для опытов…»

В кабинет вошел маленький человек с загорелым лицом. Он удивленно поднял брови и посмотрел на Марка. Марк поспешил представиться и изложил причины, которые заставили его прийти сюда. Когда он закончил расписывать всеми красками своего голодающего питона, маленький человек рассмеялся. Марк тоже было хихикнул, но увидев холодные глаза администратора, чуть не подавился.

Администратор, закончил скалить зубы и хмуро сказал:

— Ничего у вас не выйдет.

И еще: держитесь подальше от наших крыс. Да, мы исследуем их и проводим эксперименты со скрещиванием, но если вы попадетесь на воровстве, мы отдадим вас под трибунал.

После таких слов Грей и не мог бы прийти к мысли совершить кражу подопытных крыс. За исключением своей преданной любви к питону, Марк Грей был законопослушным человеком.

Когда Марк вышел, администратор Плоуд немедленно отправил человека проследить за ним. Затем, угрюмо ухмыляясь, прошел в комнату, на двери которой висела табличка: «Директор»

— Хелло, Хенк! — весело сказал он, обращаясь к полному старику, сидящему за столом. — Думаю, что у нас кое-что наклевывается.

— Да? Приятно слышать! Это лучшее известие от тебя с тех пор, как нас перестали снабжать военнопленными, — сказал администратору директор Хенк Кэррон.

Это заставило администратора Плоуда насторожиться. — Но ведь вы не знаете военных, — нахмурясь сказал он, — они намереваются использовать наше оружие на ничего не подозревающем противнике. Но они хотят, чтобы мы провели целый цикл исследований, чтобы исключить всякие неожиданности. Наверное, поэтому, из-за этой конвенции о военнопленных, нам прекратили поставлять опытный материал.

Он немного помолчал, а потом добавил:

— И тут нам в руки попадает очень интересный материал. И к тому же, учтите, этот экземпляр пришел к нам совершенно добровольно! Полагаю, что если сильно поднапрячь воображение, мы могли бы смело назвать его ЧЕЛОВЕКОМ.

— Что он, больной?

— Не думаю.

Плоуд описал Марка и его хобби, закончив свой рассказ такими словами:

— Эта птичка сама летит к нам в сети. Я не особенно удивлюсь, если однажды ночью он прокрадется сюда, чтобы украсть наших крыс… О, он не знает нашего питона! Ха-ха!..

И, засмеявшись, он добавил:

— Можно ли предвидеть более тяжкое, чем воровство крыс? С нашей точки зрения, конечно, а?

Хэнк Кэррон на мгновение заколебался, но потом, отбросив все сомнения, махнул рукой. Ведь им, гуманоидам с планеты Альфа системы Лебедя, разрешено было проводить исследования на планете Земля. Ведь земляне вели войну с кроксами — людьми из соседней галактики. И им было необходимо новое оружие.

Военнопленных кроксов предоставляли для опытов. Но для полного завершения испытаний гуманоидам из системы Лебедя был нужен человеческий экземпляр.

Но все упиралось в конвенцию, по которой гуманоидам запрещалось проводить опыты на людях…

«Необходимо закончить испытания именно на человеческом экземпляре, — думал Хенк, — поскольку, если что-то пошло бы не так на полях сражений, то эффект неожиданности мог быть потерян безвозвратно…»

— Давай! — согласился он. — Думаю, что против нас будет трудно найти улики. Кроме того, я полагаю, что у этого экземпляра не все в порядке с психикой. А потому, вперед!