Злое счастье
Шрифт:
— Мэй, — прошептала Хелит, пользуясь удобнейшим моментом. — Подзови купцов по очереди, и спроси у каждого, под каким именно деревом к ним приставала женщина. Но так, чтобы они не могли заранее узнать ответы друг друга. Ты все сразу поймешь.
Сердце Хелит отчаянно трепыхалось в груди, горло пересохло от волнения, а ладони стали мокрые и холодные, словно лягушачьи лапки.
Рыжий поднял руку, призывая к порядку и тишине.
— Пусть обвинители по одному подойдут ко мне, — заявил он.
Первым приблизился Медноголовый
Хелит сразу почувствовала уверенность Мэя, он даже расслабился немного, чуть поведя плечами, разгоняя накопившееся напряжение. Значит, все получилось! Она поспешила скромно опустить веки. Иначе любой, у кого есть глаза, сразу же обо всем догадался бы.
А Мэй встал со своего кресла, чтобы огласить решение. Высокий, гордый, уверенный в собственной правоте, точно Сайгэлл-Судия.
— Слушай же, Кристан по прозвищу Летний Ветер. Слушайте все и не говорите потом, что не слышали! — голос Мэя звенел туго натянутой струной. — Женщина невиновна. Её оклеветали и опозорили без всякой вины. Проси прощения у жены, Летний Ветер, и не слушай больше наветов. А заодно проверь, насколько честны с тобой в делах твои компаньоны. Гвифин, — приказал князь ведуну. — Поднеси чашу женщине по имени Миасс.
Купчиха без всякого страха сунула пальцы в жертвенную кровь, подержала ее там положенное время и достала совершенно неповрежденной. А вот её обидчикам грязный поклеп обошелся тяжелейшим ожогом.
Подданные Рыжего восторженно завопили. Воля Богов проявилась яснее ясного.
— Право Судии! Право Судии! — кричали они.
— Виру с обманщиков!
— Плетей им!
А Мэй стоял себе и улыбался, словно ничего такого особенного не случилось. Наверное, попроси сейчас Хелит принести ей голову Повелителя Дэй'ном или, например, одну из лун и солнце с небес, он бы пошел и принес. Запросто, от широты душевной.
— Вот теперь я точно у тебя в долгу, — шепнул он, когда они рука об руку покидали Парадный зал.
— Они назвали разные деревья?
— Точно. Один сказал: «То была скаба», второй назвал литу, а третий — вообще, глирн.
— Это называется — перекрестный допрос, — усмехнулась Хелит. — Только не спрашивай, откуда я знаю о таких вещах.
— И не собирался, — как ни в чем ни бывало пожал плечами Мэй. — Мне интересно другое: почему они решили, будто я не смогу выяснить истину?
Говорили потом, будто равного веселья, как Сайгэллов день в год Черного Волка, не было в Эр-Иррине еще пятьдесят лет. Брешут, естественно. Но именно в тот день началась самая удивительная история этого Мира. Именно в эту ночь…
Впрочем, всему свое время. Всему свое время.
Столы накрыли
Теперь, когда на землю снизошло благословение Великого Духа, можно было с чистой совестью напиваться, орать неприличные песни, отплясывать, не щадя ног, и целовать жен и девиц без всякого счета. Чем, собственно, и занялись подданные Рыжего. Благо, день выдался долгим, а погода солнечной.
Уже много лет никто из соратников не видел Мэя таким счастливым и радостным. Оказалось, что Рыжий не забыл ни танцевальных движений, ни слов бесчисленных здравиц, ни правил веселых игр. Словно вернулись прежние времена, воскрес из пепла прежний Веселый Мэй, не знавший устали в забавах и танцах, словно никто и никогда не называл его Отступником.
— Повезло нам с тобой, Хелит из Алатта, — улыбнулся понимающе Тайгерн, едва вырвав её из рук Дайнара, чтобы пригласить на очередной танец. — Не зря Мэй без устали хвалит твой ум. Может, пойдешь в советницы к Верховному Королю?
— А Мэй отпустит?
— Сомневаюсь, — усмехнулся тот. — Ты сама-то хоть понимаешь, как ему помогла сегодня?
Хелит промолчала в ответ. Её уже успели просветить в этом вопросе, и теперь она с ужасом думала о том, что случилось бы, ошибись она с подсказкой. Самое меньшее, Рыжего обвинили бы во всех бедствиях, начиная от неурочного дождика и заканчивая падежом скота. Если Великий Дух отказывается покровительствовать князю, значит, тот недостоин ни венца, ни власти. Тут и до бунта не далеко.
— А раньше… он мог вершить Право Судии? — спросила Хелит.
— Чего он только не мог, — вздохнул Тайго. — Насквозь всех видел и ничем не уступал отцу. Разве только в рассудительности превосходил.
Хелит бросила взгляд на смеющегося Рыжего и поймала себя на мысли, что сердце её сжимается от невообразимой печали. Ведь на деле ему не смешно и не весело. Останься он сейчас наедине с собой, то, скорее всего, просто снова зарылся бы с головой в книги, а может, спать лег. Умом он понимает, как здорово и удачно все обернулось, а по-настоящему обрадоваться не получается.
— Это своего рода игра — в прежнего Мэя. Она не настолько утомительна, как тебе кажется, — великодушно утешил её Рыжий. — Сила привычки… Да и не хочется обижать этих людей. От них зависит, насколько сильно будет мое войско, когда придут дэй'ном. Пусть радуются наступающему лету, пусть пьют и едят, а я немного подыграю их чувствам.
— Чтобы они решили, будто их князь приятный во всех отношениях парень?
— А еще общительный, открытый и гостеприимный.
— Гостеприимный — да, а в остальном…