Зимний сон Малинки
Шрифт:
– Зачем?
– Боюсь, что у нее войдет в привычку водить за нос нашу компанию. А мне это не по душе.
Как бы это самонадеянно ни прозвучало, а в упорство Димки я верила. Когда такси подъехало к отелю, и мы вышли, попросила:
– Тогда расскажешь мне, как все прошло? В Ресторане? Можешь позвонить, я еще долго не буду спать. Ох, ну и денек!
На улице уже заметно стемнело, вокруг зажглись фонари, и пошел снег. Мы стояли
– И не подумаю. В ресторан мы идем вместе, Малинкина, и это не обсуждается.
Я так растерялась, что оставила нотки без внимания. Только остановилась и обернулась.
– Дим, ты серьезно сейчас?
– Более чем.
– Но я не могу.
– Почему?
– Гордеев, не прикидывайся, что не понимаешь.
Димка подошел ближе и сунул свободную руку в карман расстегнутого пальто. Посмотрел прицельно.
– На встрече за ужином будет Ольховский с компанией, будут конкуренты и будут вопросы – моего внимания на всех не хватит. Я постараюсь отстоять наши интересы, но мне нужна поддержка. Я не могу в такой важный момент тебя отпустить. И что я должен понимать, уточни?
Я нахмурилась, поправив воротник пуховичка. Повесила сумку на плечо, убирая со щеки прядь волос. Он прикидывается или и правда не понимает?
А впрочем, уточнить не трудно. Шикарный ресторан, наверняка, лучший в городе, светился огнями всего в двадцати метрах от нас, и я не поленилась указать на него рукой.
Глава 17
– Издеваешься, Гордеев? Посмотри на «Гранд-Континенталь» и на своего младшего инженера, который собрался в командировку за три часа. Да меня туда просто напросто не впустят! Или ты хочешь, чтобы я сидела в своем сером офисном платье в ресторане, в котором такие, как Ольховские, бронируют столы за месяц вперед, и всем своим видом олицетворяла перед компанией самый успешный и мега-крутой «ГБГ-проект»? Да кто поверит? Еще не хватало, чтобы ты меня стыдился. Ну уж нет. Я не пойду, и только попробуй меня за это уволить!
Накинув на голову капюшон, добавила ворчливо в озадаченное Димкино лицо:
– И вообще, предупреждать надо было о ресторанах, или Петухову с собой брать. А я в них сроду не была. Так, я пойду? – кивнула на вход в отель.
– Значит, ты считаешь, что я могу тебя стыдиться?
Вот спорить я не собиралась, я еще не забыла свой первый день в офисе и его реакцию на мое появление, поэтому просто пожала плечами и очень удивилась, когда Гордеев преградил мне путь.
– И Петухова, значит, мне больше подходит? – Димка
Э-эм, это он сейчас что имеет в виду? Я проследила взглядом за безобразием. Как-то двусмысленно прозвучал вопрос, нет? Или мне показалось? Наверно, все-таки последнее. Мало ли что одинокой девушке может послышаться в безобидной фразе молодого мужчины.
– Ну, если брать во внимание ресторан, то вообще-то да. А разве нет?
– Уверен, что нет! – И так это Димка сказал, как отрезал, что я даже брови вскинула: неужели ему не нравится Леночка? А как же татуировка «Кошачьи глазки», визгливое «Димочка» и офисные слухи?
Гордеев поднес запястье к глазам и взглянул на часы. Махнул рукой еще не отъехавшему таксисту – стоять, мол! Шагнув вперед, уверенно обхватил мои плечи, увлекая за собой.
– Поехали, Малинкина! У нас есть два с половиной часа. Должны успеть!
– В смысле поехали? Куда? – я, растерявшись, затопала рядом по снежку каблуками. Ох, сильный какой!
– Как куда? В магазин! – на меня грозно рыкнули, и крепче прижали к боку.
– Будем менять олицетворяющий образ нашей компании. Ты права, докажем всем, что «ГБГ-Проект» лидер, а не шиш с маслом. Пусть только попробуют нам не поверить, что он мега-крут!
И почему мне кажется, что Димка сказал это с сарказмом?
– Ч-чего? – жалко проблеяла овечкой. На лице снова застыло выражение «Ась?». С ним и села в такси, не успев возмутиться. Все-таки начальник. Но когда отъехали от отеля, сунула мордочку между передними сидениями, коснувшись плеча парня. – Гордеев, а может, не надо? Так и быть, пойду в ресторан, в чем есть. Я же не знала, что ты такой восприимчивый!
– Поздно, Малинкина.
– Да тут вернуться всего ничего! Один поворот!
Ох, лучше бы я промолчала, потому что на меня снова рыкнули:
– Сядь и не спорь, а то уволю! Даже в секретари не возьму!
Ехать оказалось пять минут – запросто могли и пешком пройтись. Зато вышли, как белые люди, практически у стеклянной двери-вертушки, ведущей в модный торговый центр. В него-то мы вошли и огляделись. Остановились в широком холле возле высокой и нарядной елки. Застыли, как два буйка, мимо проплывающих рыбных стай.
Рука Гордеева лежала на плече, сам он молчал, и я попыталась выкрутиться из захвата. Но где там! Пришлось смириться и обиженно поджать рот. Вот если он так решил надо мной пошутить, то сейчас самое время признаться. Ну не вздумал же он и в самом деле мне что-то там покупать?
– Стой здесь, Малина! И только попробуй сбежать! – приказал, как будто я могла исчезнуть. Нет, я бы может и попробовала, но решишься тут, когда командировочный лист и билеты на поезд у него.