Жизнь для тебя

Эмилия сидела в гостиной маленького домика своей матери. Сегодня она хотела поговорить с Лорой по душам, но, как всегда, стоило лишь в разговоре упомянуть мужа Эмилии — Барни, мать тут же занимала глухую оборону и категорически отказывалась говорить о нем что-либо хорошее. Эмилия не понимала, почему мать так не любит зятя. Еще когда Эмилия только объявила о своей помолвке, Лора предупредила дочь, что Барни — не тот человек, за которого стоило бы выходить замуж кому бы то ни было, а особенно ее любимой

А Эмилии тогда был двадцать один год, она училась в местном колледже по специальности «менеджер». Ее самой большой мечтой было вырваться из маленького городка Дьюрант на самой границе штатов Оклахома и Техас. Эмилии казалось, что она знает по именам все сорок тысяч жителей родного городка. Все чаще она ловила себя на мысли, что ждет, когда же приедет тот единственный мужчина, который заберет ее из этого провинциального ада. И вот на ее горизонте появился Барни Берроуз. Он предложил хорошенькой Эмилии руку и сердце, а так же Даллас — главный город «самого свободного штата Америки».

Рыцарь был служащим средней руки в далласком отделении «Интернешнл коммершиэл бэнк». Он обещал, что Эмилия никогда не будет думать о завтрашнем дне, потому что он все сам устроит. А его милой женушке следует просто сидеть дома и готовить обеды. Это был тот самый тихий рай вне Дьюранта, куда хотела убежать Эмилия.

Вот уже пять лет она жила с Барни. Милая и кроткая Эмилия никогда не решалась перечить мужу и поэтому послушно бросила колледж в Далласе, куда ей с таким трудом удалось перевестись. Она терпела выходки Барни, когда он возвращался домой нетрезвым. Старалась не обращать внимания на запах женских духов, тяжелым облаком окружавших припозднившегося мужа. Эмилия плотно закрыла свои огромные голубые глаза и шла на поводу у судьбы.

Лора видела, что ее дочь несчастна в браке, как бы Эмилия ни пыталась это скрывать. Но ничего поделать не могла. Ее девочка, казалось, ослепла. Лора просто решила устраниться и ждать, чем закончится семейная жизнь дочери. Она только надеялась, что девочка не повторит ее судьбы: муж-алкоголик, от которого пришлось бежать в другой штат с маленькой Эмилией на руках и тридцатью долларами в кармане. Слава богу, дьюрантской школе требовалась учительница начальных классов. Лора привыкла к городу, привыкла к косым взглядам степенных матрон. Она была довольна жизнью в той мере, в какой могла себе это позволить. Но будущее дочери внушало ей серьезные опасения.

— Эмилия, милая, может, ты все же останешься у меня еще на пару деньков? Ты так редко навещаешь меня. Раньше ты ездила чаще, — укорила она дочь.

— Прости, мама, но послезавтра — пятая годовщина со дня нашей с Барни свадьбы. Я должна быть с мужем.

— Не напоминай мне об этой страшной ошибке, — проворчала Лора.

— Мам, я же просила тебя не говорить так о моей семье! Я счастлива с Барни, у нас все хорошо. Вот если бы мы еще смогли родить ребенка, — мечтательно сказала Эмилия.

— Боже упаси! — воскликнула Лора. — Я не переживу, если мой внук будет

— Давай прекратим этот бесполезный разговор, — устало попросила Эмилия. — Мы уже обсуждали эту тему, и не раз. Я теперь никуда не уйду от Барни. Я только и умею, что быть женой. У меня нет профессии, нет таланта, нет, в конце концов, желания что-либо менять в своей жизни.

— Эмилия, я всегда считала, что ты можешь добиться большего, чем муж клерк и кутила. В колледже говорили, что ты подаешь большие надежды. Это все твой проклятый Барни! Девочка моя, прошу тебя, подумай хорошенько, сможет ли человек, лишивший тебя будущего, быть отцом твоего ребенка? Я прошу тебя, не повторяй мою ошибку.

— Мамочка, Барни совсем не похож на моего отца. Он добрый, ласковый. Даже если иногда возвращается домой после того, как посидит с друзьями в баре, нетрезвым, никогда он не позволяет себе даже притронуться ко мне Пальцем. Мам, пойми, Барни меня любит и бережет.

— Поэтому ты работаешь по дому как лошадь? Ты когда в последний раз была в каком-нибудь баре или ресторане? Или у Барни есть деньги только на его развлечения?

— Ну почему ты так говоришь?! — возмутилась Эмилия. — Я просто делаю то, что должна делать любая жена: готовлю, стираю, убираю. И мне не надо никаких ресторанов, я предпочитаю домашнюю еду.

— Барни мог бы тогда уж купить и кухонный комбайн, и микроволновую печь. Для такой образцовой жены ему не должно быть жалко денег.

— Барни не так уж много зарабатывает, как тебе хотелось бы думать. У него много недоброжелателей среди сослуживцев. Он ведь там один из лучших сотрудников, а вот уже три года ему не дают повышение. Это все происки Эда из отдела операций с иностранной валютой.

— Да, конечно, Барни — непризнанный гений! Кстати, если бы он так часто не ходил с друзьями в бар, вы давно бы жили в районе поприличнее.

— Нет, я не должна заставлять его отказываться от всех удовольствий. Он и так ради меня перестал играть на тотализаторе.

— Ну это еще неизвестно, — сердито сказала Лора.

— Мам, ты же понимаешь, что ни к чему хорошему этот разговор не приведет. Я не брошу Барни. Возможно, ты когда-нибудь сможешь полюбить его так же, как люблю я? — тихо добавила Эмилия. Она искренне верила, что такого человека, как ее муж, должны любить все вокруг, и недоумевала, что же такого сделал Барни, что ее мать, — самый близкий и дорогой ей человек, после мужа, конечно, — так его ненавидит.

— И не надейся! — резко сказала Лора. — Твой Барни ничтожество. Ты скоро поймешь это. И как только останешься у разбитого корыта, сразу же примчишься ко мне, чтобы я тебя успокаивала, говорила, что все еще уладится, что твой муж вернется. Но, милая, запомни: этого не будет. Когда Барни тебя бросит, я тебя, конечно, приму, но ни успокаивать, ни тешить надеждой не собираюсь. Я вообще считаю, что тебе давно пора найти себе работу.

— Я не могу, — тихо ответила Эмилия.