Живодерня
Шрифт:
– Вот китайцы проклятые… – Хотя никого, кроме них и голубей, на крыше не было, приблизив лицо вплотную к лицу Ильи, зашептал Свинцов. – Где еще у них квартиры – не знаю. Но здесь слежу. – И вдруг расхохотался весело и беззаботно, словно и не трепетал от страха несколько секунд назад. – Ты про Джека Потрошителя слышал? Так это я. Вот в этих бидонах… – Он ласково потрогал крышку одного из них. – Да, я потрошитель… И слава обо мне, как о самом жутком потрошителе…
Илья смотрел на него уже со страхом.
"Боже мой! Ведь он безумен. Совсем сумасшедший…
Свихнувшийся следователь говорил о всемогущих китайцах, о китайце-чукче (вероятно, смешав в своем больном сознании две национальности), о спутанных кишках и залитых кровью стенах… Но Илья слушал рассеянно, уже не стараясь вникнуть и поспеть за безумной мыслью, а только все больше и больше ужасаясь безнадежности своего положения и удивляясь тому, что сразу не узнал в нем безумца, хотя все признаки были налицо. Как же он влип! Какой там подземный народ! Вот оказаться нос к носу с маньяком на безлюдной крыше…
– Уже шесть часов, – взглянув на часы, сказал Свинцов. – Я сейчас в магазин спущусь, еды куплю. Тебе здесь на недельку спрятаться нужно. По крыше не разгуливай, а то несчастный случай очень даже возможен… – при этом как-то по-особенному посмотрел на Илью.
Изумленный Илья не знал, что ответить. Такого поворота он ожидал меньше всего. Он заверил следователя, что, конечно, будет хорошо себя вести, ждать его здесь и ни за что не уйдет.
– И учти, Илья, что бы я тебе ни говорил, тебе грозит опасность.
И странно, но почудилось Илье, будто глаза Свинцова в это мгновение просветлели от безумия, и что говорит он ему сейчас самое главное – ради чего притащил сюда, а все то, что он нес мгновение назад, не имеет значения.
– Учти, Илья, – опасность,-настойчиво повторил он.
"Может быть, притворяется? – мелькнула у Ильи странная мысль. – Но почему? Зачем?! – И тут же хохотом Свинцов разрушил эту зародившуюся в голове Ильи надежду. – Нет! Все-таки безумен!"
Илья проводил взглядом крадущуюся по крыше фигуру свихнувшегося следователя, подождал минут пять, потом вышел из избушки на воздух.
Жирные голуби лениво паслись на крыше, не находя удовольствия в полетах и не опасаясь человека. Илья, крадучись, с ужасом ожидая, что вот-вот появится Свинцов, пошел к лестнице.
Он благополучно достиг земли, через проходные дворы вышел к Неве, а там спросил, где Галерная улица,
Глава 6
В СТРАШНОМ ДОМЕ
Илья продвигался по Галерной улице, предусмотрительно озираясь и присматриваясь к случайным прохожим. А вдруг следователь уже поджидает его где-нибудь в темном уголке с другом закадычным Парикмахером: "Не хотите ли побриться? Заодно посмотрим, что у вас внутри". – "А я, Илья Николаевич, следствие проведу…"
"Не слишком ли много сумасшедших в одном месте? – подумалось Илье. – Хотя, если верить легендологу, который сам не в себе, то кому еще жить в великой бредне Петра?"
Однажды настороженному Илье почудилось, что сзади кто-то чересчур проворно шмыгнул в парадную, но, больше ничего подозрительного не заметив, он двинулся дальше.
Из подворотни с воем вылетела машина "скорой помощи". Илья еле успел спрятаться в парадную и, прижавшись к стене, через пыльное стекло двери пронаблюдал, как машина в охоте за безумцем промчалась мимо. Когда все стихло, вышел и заспешил к дому Егора Петровича.
На звонок ему открыла Глюка и тут же ушла.
В комнате Егора Петровича было темно. Илья зажег верхний свет и со вздохом облегчения рухнул на диван. Денек сегодня выдался нервический. Здесь хоть можно было расслабиться, отдохнуть. Посидев несколько минут, пошел к столу, на нем обнаружил деньги и записку: "Скоро вернусь. Из комнаты лучше не выходи. Будь осторожен, закройся на задвижку. Если не вернусь до ночи, иди сам знаешь к кому. P.S. Обязательно выпей настой травы".
На столе прикрытые салфеткой стояли чашка с настоем травы, картошка в мундире, масло, хлеб. Илья с удовольствием поел и снова уселся на диван.
Было уже десять часов вечера, когда Илью охватило беспокойство. Не может же он столько времени ездить за билетом. Что-то тут не так. В записке сказано, что вернется он скоро.
Илья подошел к окну – совершенно невозможно было понять, сколько времени, – на улице почти не стемнело. Даже стало светлее, чем днем, потому что тучи рассосались, небо очистилось. Илья сел на диван и откинул назад голову…
И снова снился Илье окровавленный липкий нож…
Когда он открыл глаза, то первым делом посмотрел на руку, державшую нож, – настолько сильным было ощущение от сновидения.
Часы показывали четыре часа ночи. С улицы в открытую форточку доносились пьяные голоса. Илья не сразу включился в реальность существования. Под потолком горела люстра, Егор Петрович так и не появился.
"Значит, он попал в беду, – пришло в еще нечетко соображающую голову. Но что за беда, спросонья он еще не решил. – Что же делать?"