Жива

Жива гуляла по Вырьему Саду. Девушка была поразительно красивая и очень стройная. В добрых голубых глазах Живы отражалась её чистая душа. Одета она была в белую рубаху и красный сарафан на лямках. Присев на скамейку, Жива заплела длинные русые волосы в тугую косу. Солнце светило ярко, ласково грело. Пели птицы. Цвели цветы. Но Живе было беспокойно на душе. Она чувствовала, что мир людей в большой опасности.

Вырий Сад располагался в самом центре Града Богов. Над деревьями возвышались белоснежные дома с золотыми балконами. В задумчивости

Жива направилась к своему отцу Сварогу. Его величественные хоромы примыкали к Вырьему Саду.

Сварог восседал на троне в зале, вымощенном золотом. Седовласый, с большой бородой, он был одет в белую рубаху и красный плащ. Могучими руками Сварог сжимал рукоять огромного молота.

– Всеотец, люди умрут, – сказала Жива, опустившись на колено. – Даже накануне их Мировых войн я не чувствовала беду так явственно, как сейчас.

– Дочь моя, – Сварог ласково погладил по щеке Живу, взял девушку за подбородок. – Люди переживут новую войну, если она случится, придут к согласию, добро победит. Ты должна быть счастлива – жизни на Земле, как никогда, много. Люди послушали мои советы и научились творить жизнь.

– Но не менее хорошо, они научились уничтожать всё живое. Почему мы не отберём у них ядерное оружие?

– Они окажут ожесточённое сопротивление. А лишившись разрушительного оружия, будут воевать, как предки. Сейчас на Земле установился баланс. Нет масштабных войн, миллиарды людей не болеют, едят досыта. Мир процветает. Уникальная ситуация.

Жива недовольно подёрнула плечами. Девушка вежливо попрощалась с отцом и покинула хоромы. Она решила проверить, не обманывает ли её чутьё и спуститься на Землю.

Для начала Жива посетила библиотеку – квадратное белое здание. В главном зале библиотеки на пьедесталах стояли золотые чаши с сияющей водой (Омуты Новостей). Жива подошла к одной из чаш и дважды окунула лицо в воду. Так она мгновенно узнала о всех последних событиях, произошедших в мире людей. Затем Жива направилась в арсенал. Здание представляло собой круглую серую башню. На стендах арсенала хранились пики, булавы, мечи. Взгляд Живы задержался на золотом штык-ноже автомата Калашникова и Копье Всевластья.

– Любопытное копьё ты мне принесла, – сказал оружейник – высокий лысый старик в белой рубахе.

– Выдай мне топорик и щит, – попросила Жива. – Пойду потренируюсь.

Оружейник снял со стенда топорик с металлическими крылышками и маленький круглый щит, окантованный металлическими лепестками. Он отдал Живе оружие, потом хотел расспросить, куда на самом деле она собралась, но отвлёкся на свою кошку, а когда вновь повернулся к девушке, её уже и след простыл.

Жива заглянула к подружке Модёнке.

– Модёнка, шила одеяния людей? – спросила Жива, обняв подругу. – Знаю, что шила.

– Ты что снова собралась вниз?! – удивилась Модёнка. – И, вдобавок, будешь маскироваться под смертных?! Круто!

Модёнка была черноволосая, с весёлыми глазами и пухлыми губами. Худая, ножки стройные, как иглы. На девушке было короткое жёлтое платье.

Подруги перешли в комнату, вдоль стен которой стояли высокие шкафы с одеждой.

– А военную униформу шила? – спросила Жива.

Модёнка

задумалась, затем вдруг побежала к одному из шкафов и открыла дверцу. Внутри висели платья, костюмы, рубашки, сорочки, юбки.

– У меня есть тёмно-зелёный обтягивающий комбинезон. Чем-то он похож на военный.

Жива надела предложенный комбинезон. Тот пришёлся впору.

– Застёжка-кнопка, затягивающийся шнурок на талии, эластичные манжеты, классический крой людей, идеальная посадка, – расхваливала Модёнка свой комбинезон.

Жива попросила у Модёнки рюкзак, спрятала в него оружие.

– Что тебе принести оттуда? – спросила Жива.

– Сет роллов, – Модёнка облизнулась.

«Взять, не взять? Стащить, не стащить? На всякий случай.» – размышляла Жива, идя к Сокровищнице Сварога – одноэтажному белому зданию с золотой крышей. Она прошмыгнула мимо стражников в сокровищницу. Стены внутри были позолочены. На стендах хранились реликвии, в нишах слитки золота. Жива украла с одного из стендов блестящий зелёный камень Мирской Самоцвет Жизни. Девушка положила самоцвет себе на ладонь (он не скатывался с её ладони). Уходя, Жива обратила внимание на то, что в одной из ниш золотые слитки отсутствуют.

Жива пришла к городским воротам.

– Куда ты, Жива? – спросил Страж Мирских Врат дюжий мужчина в шлеме и доспехах.

– Прогуляюсь среди людей. Открой мне ворота.

– А что у тебя в рюкзаке?

– Пирожки, перекусить.

Страж Мирских Врат не поверил Живе, нахмурился, но ворота открыл.

– Ступай Жива, но будь осторожна – едва коснёшься ты земли и уязвимым станет сердце у тебя в груди.

– Ничего не случится, – улыбнулась Жива.

– Сварогу доложу, что ушла.

Жива недовольно подёрнула плечами, промолчала. Девушка миновала ворота, вышла на облако. Внизу в миллионах крошечных гексагонов отображалась вселенная. Жива постояла на облаке, прицелилась, куда нужно прыгнуть, и прыгнула. Она хотела приземлиться возле укрытия беженцев в Новославии. Она чувствовала, там случится беда. Неожиданно коварный холодный ветер подхватил Живу и отнёс в сторону. Она приземлилась где-то посреди степи. Было солнечно, но прохладно. Стоял ноябрь.

Живу заметил снайпер-наёмник. Его позиция была в 300-метрах от девушки. Снайперу велели отстреливать российских разведчиков, которые могли искать на этом участке слабые места в обороне наёмников. Снайперу было не важно, что за девушка, на чьей она стороне. Он прицелился, как его учил иностранный инструктор, и выстрелил девушке в голову. Но Жива не упала, и снайпер подумал, что промахнулся: «Местность открытая. Девушка – лёгкая мишень. Похоже, я теряю сноровку».

Снайпер крепче взялся за рукоятку винтовки, прицелился, сконцентрировался, затаив дыхание, выстрелил снова и снова промахнулся. «Да, как так-то!» – разозлился он.

Снайпер удивился и оробел, когда в прицеле вдруг увидел, что девушка обнаружила его замаскированную позицию, смотрит на него и грозит ему пальцем. Он решил, что ему это мерещится.

От щита, что лежал в рюкзаке Живы, открепился металлический лепесток. Он и отбивал пули и делал это так быстро, что снайпер даже не замечал.