Чтение онлайн

— Все ты знал, сволочь, — Гелашвили сплюнул на пол. — И не прикидывайся овцой. Ты сам всем заправлял и подбирал себе инвесторов.

— Все понятно, крайним хотите меня сделать! Ничего вам больше не скажу!

— И не надо, мы сами все знаем, — спокойно парировала Лера. — Наши товарищи предоставили действительно подробнейший рапорт о встрече с вами, доктор Шульц. Вы были довольно откровенны, когда разговаривали с ними. Видимо, они вас сильно напугали. Так что для нас остается секретом лишь последний эпизод вашей научно-подпольной деятельности. С момента бегства из бункера

в Речкуновке и до текущего момента. Но и этот секрет нетрудно разгадать, если немного подумать. Хотите, я прямо сейчас смоделирую ситуацию и расскажу историю этого этапа вашей жизни? А вы меня поправите, если ошибусь. Что молчите? Не хотите? А я все равно расскажу. Начнем с того дня, когда вот эти ребята прикрыли вашу лавочку в Речкуновке, но вам удалось сбежать. И не только вам. Еще из той непростой ситуации сумел вывернуться Черный Лис, он же бизнесмен Франсуа Делен. Не знаю, где и когда пересеклись ваши пути…

Лера на секунду замолчала, вопросительно глядя на Шульца. Доктор не ответил. Он демонстративно отвернулся и закатил глаза, мол, «какие-то фантазии, а не история!»

— В Речкуновке и пересеклись, — предположил Копейкин. — Вместе выбирались.

— Возможно, — согласилась Лера. — Там и спелись. Черный Лис предложил свои услуги, а доктор Шульц, понимая, что прежний покровитель вышел из игры, тут же ухватился за это предложение. Один торгует и привлекает инвесторов, другой производит — идеальная схема. Сказано — сделано. Как только новые деловые партнеры выбрались из горячего сектора, Лис взялся за дело. Расконсервировал запасную лабораторию, договорился о закупке дополнительного оборудования и начал прощупывать рынки сбыта. Так все было, Шульц?

Доктор снова отмолчался.

— Нет бы на дно залечь, — прокомментировал Копейкин. — Наглость просто запредельная!

— А по-другому у них и не бывает, — сказал Гелашвили. — Оборзели деловые в последнее время. До полного безобразия оборзели. Никого не боятся. Но ничего, скоро всех в две шеренги выстроим.

— Наглость их и подвела, — продолжила Лера. — Нам удалось отследить новых партнеров-инвесторов Черного Лиса, а затем внушить им, что они должны лично оценить потенциал лаборатории доктора Шульца. Ведь нет смысла вкладывать средства в контору, которая неспособна производить промышленные партии зелья. Лису пришлось пойти им навстречу. Он связался с лучшим на сегодня посредником Аквилоном, прямым наследником дела самого Каспера и нанял через него лучших же проводников.

— Приятно слышать, — проронил Копейкин. — Месяц в деле, а уже лучшие.

— Не обольщайся, — Лера усмехнулась. — Лучшими вы были по легенде.

— Ну и ты наследница Каспера только по легенде, — не замедлил ответить Копейкин.

— А ему вообще нужны наследники? — спросил Гелашвили и ухмыльнулся. — Насколько я понял из рапортов, трупа Каспера никто не видел. А что бывает, когда не находят тело, — известно. Вон, Найденов живой пример.

— Хотелось бы верить, что Каспер уцелел, но сейчас не об этом…

— Каспер никогда не работал на военных, — процедил сквозь зубы Шульц. — Он был честным посредником. Не то что вы, сударыня.

— Пусть будет

так, — легко согласилась Лера. — Но теперь изменились времена, изменились и правила игры. Больше ни один опасный проект не попадет в руки дельцов вроде Черного Лиса. И если для этого потребуется нарушить кодекс посредников, так тому и быть.

— Пока Черный Лис и его шеф на свободе, вы ничего не измените, — возразил Шульц. — Ваше начальство может закручивать гайки сколько угодно, это не поможет. Вы отняли у Организиции меня и мою идею, вы пытаетесь взять под контроль добычу скоргиума в Новосибирске и Чернобыле, вам удалось закрыть несколько крупных каналов, по которым в Зону поставлялось оружие и вывозились артефакты. Что ж, поздравляю, это самый крупный успех военных со времен Большой зачистки. Но вы не сумеете взять под контроль все и вся. Организация этого не допустит. У нее слишком серьезные связи на Большой земле. Ваши попытки вычерпать кружкой всю воду из дырявой лодки не приведут ни к чему хорошему. Лодка все равно пойдет ко дну. Слишком большие дыры в днище.

— Значит, заткнем эти дыры и врубим насос, — заявил Гелашвили. — А кружку по назначению используем, под спирт.

— Чай, — поправила Лера.

— Да хоть кефир, — лейтенант кивнул бойцам. — Уводите арестованного.

Доктор Шульц больше не возмущался и не сопротивлялся. Он сверкнул напоследок злобным взглядом и гордо удалился. Никто из бывших собеседников доктора даже не проводил его взглядом. Шульц был проблемой, теперь эта проблема решена. Вопрос закрыт и забыт. Так всегда учил Леший: «сделал — забыл». Так все и поступили.

— Получается, мы теперь как бы вместе с военными? — обращаясь к Лере, сменил тему Копейкин. — Не сами по себе?

— А раньше вы «как бы» с кем были? — спросил Гелашвили.

— С тем, кто прав, — сказала Лера. — Чаще всего это были военные. Так уж получалось. А что тебя не устраивает, Иван?

— Если строем ходить не заставят, то все устраивает, — Копейкин пожал плечами. — А Леший в курсе?

— В курсе, — Лера улыбнулась. — Кстати, вам от него привет.

— Скоро он с больничного выйдет? — спросил Найденов.

— Это от вас зависит. Будете работать без провалов, поможете ему отдохнуть до полного выздоровления. Засыплетесь, придется вас сменить.

— Мы справимся, — уверенно сказал Сергей. — Будем работать до тех пор, пока Лешему самому не надоест волынить.

— Ну да, — снова вмешался Гелашвили. — Или до тех пор, когда Организация устроит в Зоне очередной аврал. Вы уж простите, пацаны, но есть на свете уроды, например, Черный Лис и его шеф, с которыми не справится никто, кроме Лешего.

— А еще Троян и Технокракен, — подсказал Копейкин. — И Хистер или Дьякон, и еще много каких персонажей. Мы все понимаем, лейтенант.

— Поэтому сделаем, что сможем, — добавил Найденов, — и будь, что будет.

— Не вопрос! — торжественно подытожил Копейкин.

Лера и Гелашвили переглянулись, но сдержали улыбки и ничего не сказали. Да и что тут скажешь? Разве что…

— Ну, раз не вопрос, — Лера указала на выход, — тогда погнали!note