Чтение онлайн

— Это меня и тревожит. Есть человек, который не считается ни с временем, ни с опасностью. Человек, способный на отравление и убийство. Зачем подобному человеку заниматься такой детской чепухой, как послания на зеркале?

— Мы не знаем, что это один и тот же человек.

Звенья соединялись в цепь. По крайней мере, так казалось Клермонту.

— Допустим, кто-то объявил Джамбелли кровную месть.

— И хочет нанести им как можно больше вреда. А они устраивают большой прием и пытаются сделать вид, что все идет нормально. Так,

да?

— Может быть. Дрейк вполне годится. Если она вышла из себя настолько, чтобы устроить скандал во время приема, то могла и всадить пару пуль в любовника.

— Бывшего любовника, согласно ее заявлению. — Она нахмурилась. — Честно говоря, напарник, мне кажется, что это тупик. Эта ядовитая змея может больно укусить, но едва ли способна хладнокровно убить человека. Разный стиль.

— Но любопытно, правда? Джамбелли десятки лет жили благополучно. А за последние несколько месяцев на них словно лавина обрушилась. Любопытно…

Тайлер вышел во двор с телефоном в руке. Для разговора с отцом дом был слишком тесен. Как и весь штат Калифорния.

Чтобы испытать это чувство, не требовалось ничего особенного. Достаточно было обычного потока жалоб и обвинений.

Он слушал вполуха. В загородном клубе распускали сплетни и занимались черным юмором. Последнюю миссис Макмил-лан — Тайлер давно потерял им счет — публично оскорбили на курорте. Ожидаемые приглашения на различные светские мероприятия так и не поступили.

Нужно что-то сделать, причем незамедлительно. Эли должен был заботиться о чести семьи, а он пренебрег своими обязанностями, женившись на этой итальянке. Но раз уж так получилось, жизненно важно, чтобы имя, этикетка и компания Мак-миллан как можно скорее отделились от Джамбелли. Он надеется, что Тайлер употребит для этого все свое влияние, пока не стало слишком поздно. Эли уже стар, и ему давно пора в отставку.

— Ты закончил? — Тайлер не стал ждать ответа. — Тогда слушай меня. Если у тебя появятся новые жалобы или пожелания, будешь обращаться прямо ко мне. Если ты еще раз позвонишь деду и расстроишь его, я сделаю все, чтобы официально ликвидировать фонд, за счет которого ты живешь последние тридцать лет.

— Ты не имеешь права…

— Нет, это ты не имеешь права. Ты ни дня не работал в этой компании. Так же, как ни ты, ни моя мать ни дня не были моими родителями. Эли Макмиллан будет распоряжаться здесь, пока сам не захочет уйти в отставку. А когда захочет, его место займу я. Но можешь мне поверить, я не так терпелив. Если ты еще раз огорчишь его, одним телефонным разговором мы не обойдемся.

— Ты угрожаешь мне? Хочешь подослать ко мне кого-нибудь так же, как к Тони Авано?

— Нет. Я знаю твое больное место. Послушаю, как ты запоешь, когда твои кредитные карточки будут аннулированы. Запомни, теперь ты имеешь дело не со стариком. И не вздумай морочить мне голову.

Он нажал на кнопку и хотел было зашвырнуть телефон куда-нибудь подальше, но заметил

стоявшую во внутреннем дворике Софию.

— Извини. Я не собиралась подслушивать. — Если бы Тай сердился, она могла бы погладить его против шерсти. Но он выглядел несчастным. София знала, слишком хорошо знала, что это такое. Поэтому она подошла к нему и взяла его лицо в ладони. — Извини…

— Не за что. Обычный разговор с милым старым папочкой. — Расстроенный Тай бросил телефон на садовый стол. — Что тебе нужно?

— Я слышала прогноз погоды. Сегодня ночью обещают заморозки. Я подумала, что тебе может понадобиться помощь.

— Нет, спасибо. Я сам справлюсь. — Он приподнял ее челку и проверил, как заживает ссадина. — Очень симпатично.

— Такие повреждения через несколько дней выглядят еще хуже, чем сначала. Но тело по утрам ломить перестало. Тай… Скажи мне, что случилось.

— Ничего. Я уже справился.

— Да, да, ты можешь справиться с чем угодно. И я тоже. Но мы оба расстроены. — Она слегка сжала его плечи. — Я сказала тебе, где у меня болит. Теперь твоя очередь.

Тайлер попытался было уклониться от ответа, но вдруг понял, что хочет ей все рассказать.

— Отец… Он не дает деду житья. Жалуется на прессу, на полицию, на прекращение уроков тенниса и так далее. Я велел ему отвалить.

— И он послушается?

— Если не послушается, я поговорю с Элен насчет возможности ликвидации его доверенности на управление собственностью. Это заставит его заткнуться. Сукин сын… Этот сукин сын не проработал ни дня за всю свою жизнь. Хуже того, он не испытывает ни малейшей благодарности за то, что получает. Просто берет и берет, а потом хнычет, если у него что-то не получается. Неудивительно, что он так хорошо ладил с твоим отцом…

Он осекся и выругался.

— Черт побери, Софи. Извини.

— Не за что. Ты прав.

«Вот и еще одна общая черта, о которой раньше никто из нас не задумывался, — поняла она. — Наверное, просто для этого настало время».

— Тай, нам с тобой сильно повезло, что гены передаются через поколение. Ты никогда не думал об этом? Не надо, — сказала она, увидев, что Тай хочет отвернуться. — Ты очень похож на Эли.

София пригладила ему волосы. Теперь она была не прочь слегка подразнить его.

— Крутой малый, — сказала она и притронулась губами к его щеке. — Твердый, как скала. Но любовь к Эли — твое больное место.

Когда гнев улегся, Тай слегка прижался к ней лбом.

— Я никогда не нуждался в нем. В смысле, в отце. — «Не то что ты», — подумал он. — Никогда не любил его.

— А я нуждалась в своем отце и слишком долго любила его. Но именно это сделало нас такими, какие мы есть. Мне нравится то, что из нас получилось.

— А ты, оказывается, совсем не такая вредная. — Он ласково коснулся ее руки. — Спасибо. — И, наклонившись, поцеловал Софию в макушку. — Я не стану возражать, если сегодня ночью ты со мной подежуришь.