Чтение онлайн

— Резонно. Значит, за Илзой и детьми нужно отныне очень внимательно смотреть. И делать это до тех пор, пока мы не найдем ответов на свои вопросы. — Дэрмот внимательно оглядел лица сидящих рядом мужчин и тихо добавил: — При условии, что никому из вас они уже сейчас не известны.

— Нет, — ответил Нэнти. — Мы говорили с большим числом людей, которые могли бы оказаться твоими врагами. Но никто из них не был из Клачтрома. Уоллес много лает, да не кусает. — Нэнти широко улыбнулся. — Мы немного поговорили с этим дураком о тех слухах, которые он распространяет. Сигимор очень доходчиво объяснил бедолаге, что, после того как он

подло предал своего лэрда, он должен быть благодарен судьбе, что до сих пор жив. Однако мне начинает казаться, что мы ведем поиски в неверном направлении. — Он пожал плечами. — Мы продолжим поиски, пока не обнаружим чего-то, что приведет нас к другому следу. Это может произойти, когда мы наконец отыщем хозяина тех земель, на которых тебя чуть не убили.

— Мне и самому начинает казаться, что мы гоняемся за призраком. — Дэрмот с минуту помолчал, а потом покачал головой. — Нет, я все-таки не сомневаюсь, что моей смерти кто-то хочет. Нападение в Мьюирлейдене не было простым грабежом.

— Ты что-нибудь вспомнил?

— Обрывки. Я теперь слышу чей-то голос, который велит другому пойти и убедиться, что я действительно мертв. Он говорит, что они не получат вознаграждения, если я не испустил дух. Такое впечатление, что кто-то этих людей нанял.

— Да, — согласился Сигимор, — и я уверен, что ответ мы найдем в Мьюирлейдене. Я дам своим братьям и кузенам еще две недели на то, чтобы они попытались выяснить хоть что-нибудь. Если новостей не будет, мы с Тейтом отправимся туда и сами все разузнаем. Пока мы не найдем ответов — в этом ты прав, — за Илзой и детьми нужно внимательно присматривать. Если случившееся сегодня не было случайностью, значит, твой враг действительно существует, и теперь он наносит удары по твоей семье. Я очень хотел бы, чтобы ты вспомнил, почему вдруг оказался на наших землях.

— Не больше, чем я сам этого хочу, — пробурчал Дэрмот. — Я уверен, что именно в этом и кроется разгадка.

«Как же это грустно», — подумала Илза, присаживаясь на постель и наблюдая, как Дэрмот моется и одевается. Она натянула простыню на грудь и с трудом подавила вздох. Следить за ним вот гак было сплошным удовольствием: движения его были грациозны, а под атласной кожей бугрились и перекатывались стальные мускулы. Илза радовалась, что Дэрмот редко использовал ширму — только когда ему нужно было облепиться, — одевался и мылся же он прямо у нее на глазах, и это доставляло ей большое удовольствие. Расстраивало же Илзу то, что, несмотря на все старания, ей так и не удалось защитить свое сердце: а иначе почему бы ее приводили в такой восторг минуты, проведенные вместе с ним? Дэрмот же, казалось, нашел действенный способ скрывать свои чувства. Может, заковал их в самую крепкую испанскую сталь?

У нее был лишь один тонкий лучик надежды. Илза не хотела цепляться за него, но ничего поделать с собой не могла. Со времени несчастья в пещере прошло уже две недели. Дэрмот, похоже, перестал подозревать ее в коварных замыслах. Вне спальни он вел себя с ней холодно, но все же не так отстранение, как это было раньше. Одно его невнятное замечание сказало ей, что Дэрмот все еще сомневается в том, что они были обручены, но мало-помалу он стал вести себя так, словно принял ее в качестве своей жены, а близнецов — и это было для Илзы гораздо важнее — в качестве своих сыновей.

Когда

Дэрмот задержался возле постели, Илза очень удивилась, но попыталась не показать этого. Он не ушел, как обычно, подарив ей легкий поцелуй, а стоял, подбоченясь, и хмуро смотрел на нее. Было очевидно, что он собирался что-то ей сказать. Илза молила Бога, чтобы не оказалось, что он решил разорвать их перемирие. Этим утром она была не в лучшей форме, во всяком случае, недостаточно сообразительна для того, чтобы достойно защититься, если бы он вдруг снова начал высказывать те свои подозрения, что все еще были глубоко скрыты в его закованном в броню сердце.

— Я собираюсь сегодня взять с собой Оудо и Оли… — начал он.

— Куда? — спросила она, испытывая легкое напряжение от того, что осмеливается требовать от него объяснений. Оудо и Оли его дети, его сыновья, и он вправе делать с ними все, что угодно.

— Я хочу объехать верхом мои земли. — Он пожал плечами. — Проверить и подсчитать скот, осмотреть поля, поговорить с людьми. Оудо и Оли не могут быть моими наследниками, но они мои сыновья и часть нашей семьи.

— Все это так, но не опасно ли это для них?

Дэрмот так и думал, что Илза будет беспокоиться. Именно поэтому он сообщил ей о своих намерениях, хотя вовсе не обязан был отчитываться перед ней. Не важно, что он думает о своей новоиспеченной жене, но совершенно ясно, что он полностью принимает ее как мать своих детей. Дэрмот допускал, что через некоторое время, когда он все обдумает, ее несомненная любовь к его детям рассеет его подозрения, и он начнет доверять Илзе.

— Мы будем не одни, — ответил он. — С нами отправляется с полдюжины людей. Я уже давно почти никуда не езжу один, — Он слегка коснулся ее губами и собрался уходить. — Не волнуйся, дети будут под хорошим присмотром.

Илза откинулась на подушки и хмуро смотрела на закрывшуюся за ним дверь. Она была озадачена и не знала, как ей следует поступить. Дэрмот разговаривал с ней о детях, чего никогда прежде не делал. Означает ли это, что он признает ее их матерью, или же он точно так же предупредил бы Фрейзер, если бы у него не было жены? Это была одна из тех головоломок, которые сводили ее с ума.

Она встала с постели и пошла умываться, затем оделась. На ее коже все еще сохранялись следы ударов от обрушившихся в пещере камней, но больше ничто не напоминало об этом страшном происшествии? Том быстро поправлялся. Последние две недели все было мирно, так что Илза старалась убедить себя, что не стоит беспокоиться насчет Дэрмота, Оудо и Оли. И в самом деле, все было так тихо и спокойно, что у нее появился соблазн выйти за пределы Клачтрома, но Илза изо всех сил боролась с этим искушением.

— Доброе утро, — окликнула ее Гейл из-за двери. — Я принесла вам кое-что перекусить.

— Прекрасно. Входи, входи, — позвала Илза, затягивая шнуровку на платье и выходя из-за ширмы.

— О, какое красивое платье, леди Илза! — Гейл затворила дверь и поставила поднос на комод возле камина. — Вам очень идет темно-зеленый цвет.

— Это одно из платьев Анабель. — Илза расправила рукой складки на юбке и поразилась мягкости шерстяной ткани. — Фрейзер переделала его на меня. Не уверена, что хотела бы ломать голову над тем, сколько денег Дэрмота было выброшено на этот наряд. У прежней леди Клачтрома, должно быть, имелось специальное платье на каждый лень месяца.