Чтение онлайн

— Потому что этот ребенок был не от Дэрмота! Он не мог быть от него, и все здесь об этом знают.

— Ага! — Сигимор поднял кулаки. — Поэтому-то он и дал ей яд, который прикончил бедняжку! Он не смог перенести того, что его жена носила ребенка другого мужчины! Ведь однажды он уже пережил подобный позор.

— Малютка Эллис вовсе не позор, — резко перебила его Илза. — И никогда больше не говори так, понял?! Подумай же хорошенько, Сигимор! Если, конечно, твои мозги еще не совсем опухли от выпитого эля. — Она не обратила внимания на недовольство старшего брата и сдавленный смех

Тейта. — В его детской полно незаконных детей. Большинство мужчин бросило бы бедняжек на произвол судьбы — кому есть дело до ублюдков? Я сомневаюсь, что те пять женщин, которые родили от него детей, были девственницами. Откуда Дэрмот мог знать, что эти дети от него? Он и не знал этого! Но несмотря на это, он взял малышей к себе в дом и несет за них ответственность. Разве стал бы так вести себя мужчина, который способен дать своей жене яд, чтобы убить ребенка в ее чреве?

— А может, он не знал, что она беременна? Просто хотел поскорее от нее избавиться?

Так оно, наверное, и было, но Илза не собиралась сообщать это своим братьям. Сигимор и Тейт выглядели уже гораздо спокойнее. Если она скажет, что Дэрмот и вправду не знал о беременности Анабель, спор начнется по новой, и неизвестно, куда он может завести.

— Мне интересно знать, кто донес до ваших ушей эти слухи? — требовательно спросила она.

— Молодой человек по имени Уоллес… — начал Сигимор.

— А, опять этот Уоллес… Именно он нашептал мне про яд, когда мы с Гейл были на рынке. А еще он заявил, что это Гленда дача Дэрмоту яд для Анабель. Бедная старая женщина! Ведь она занимается только тем, что лечит людей. А он назвал ее ведьмой! А вы знаете, что он был одним из любовников леди Анабель? Это говорит отнюдь не в его пользу, правда? Если вы можете поверить словам человека, который предал своего лэрда, да еще таким ужасным образом, то мне просто нечего вам больше сказать.

— Илза… — начал Сигимор.

— Он человек, который искренне любил ту, с кем согрешил, — не унималась Илза. Она вздохнула, скрестила руки на груди. — Человек, который считал Анабель бедной обиженной женщиной, доведенной до отчаяния своим жестоким негодяем мужем. Он надеялся, что его любовь спасет Анабель от нее самой, но потерял ее. Этот человек…

— Хватит уже! — прокричал Сигимор, а Тейт от отвращения скривился.

— Значит, ты решил, что заблуждался, веря словам озлобленного, охваченного гневом изменника и прелюбодея?

— Да. А еще я решил, что больше не могу слушать тошнотворные речи, фонтаном брызжущие из твоего рта. Бог свидетель: послушай я тебя еще пару минут, и содержимое моего желудка изверглось бы в грязь.

— Точно, — пробормотал Тейт.

— Значит, у вас нет причин мутузить моего мужа? — спросила Илза.

— Вынужден согласиться, что нет, — кивнул Сигимор, и в его голосе ясно слышалось разочарование. — Но я не сомневаюсь, что при желании смог бы найти пару других поводов, чтобы измочалить этого негодяя.

— А я с удовольствием помог бы тебе в этом, — добавил Дэрмот.

Илза закатила глаза.

— Ну, тогда приступайте. Деритесь. Помогите друг другу удовлетворить свои низменные мужские инстинкты, пока не сломаете себе что-нибудь

или не истечете кровью. — Она быстро зашагала к замку. Фрейзер и Джиллианна направились вслед за ней.

— Эй, ты куда?! — крикнул Сигимор.

— У меня есть дела поважнее ваших глупых распрей.

— Ты отлично со всем справилась, — улыбнулась Джиллианна, когда женщины оказались в замке.

— Спасибо, — ответила Илза. — Когда растешь среди мужчин, превосходящих тебя не только числом, но и физической силой, приходится быть очень умной.

— И держаться от них подальше.

— Да, это иногда помогает, — рассмеялась Илза. Фрейзер и Джиллианна тоже не удержались от смеха. — Ну что ж, пойдемте спасать бедную Гейл, — наконец сказала Илза.

После ухода Илзы Дэрмот снова потер живот. Сигимор хмуро смотрел на мужа своей сестры. Как только дверь за женщинами закрылась, Дэрмот повернулся, и мужчины встретились взглядами.

— Больно, да? — участливо спросил Сигимор.

— Она сильнее, чем кажется на первый взгляд, — признал Дэрмот.

— Точно. А этот ее острый маленький локоток — на самом деле грозное оружие. Радуйся, что она пырнула тебя в пузо. Однажды она ударила нашего кузена Денниса в пах, и он целую неделю не мог нормально ходить, бедняга. Переваливался, как рождественская утка.

— Острый маленький локоток? — пробормотал Дэрмот. Коннор рассмеялся, а Дэрмот хмуро уставился на брата.

— Плохо ты девчонку воспитывал, Сигимор, — хмыкнул Тейт.

Сигимор сделал резкий выпад, и его кулак с размаху врезался в лицо Тейта. Юноша покачнулся и упал на спину. Через мгновение Тейт, опершись локтем о землю, приподнялся и удивленно уставился на брата, потирая ушибленный подбородок.

— Это еще за что? — удивленно спросил он.

— За наглость. — Сигимор лениво похрустел суставами на одной, а потом и на второй руке. — К тому же всю дорогу от деревни я радовался предстоящей схватке, а наша милая сестрица умудрилась меня от нее отговорить. Это меня очень расстроило. Но теперь мне гораздо легче, — ухмыльнулся он и неторопливо направился к замку.

Все еще посмеиваясь, Коннор помог Тейту подняться на ноги.

— Ты в порядке, парень?

— Угу, — промычал Тейт, отряхиваясь. — Он меня не больно ударил.

— Сигимор воспитывал Илзу? — спросил Дэрмот, не в силах скрыть внезапное любопытство, касающееся прошлого своей жены.

— Да. Он всех нас растил. Четвертая жена нашего отца умерла, рожая Фергюса. Сейчас ему чуть больше одиннадцати лет. Спустя несколько месяцев после се кончины умер и отец. В то время в Дабейдленде свирепствовала лихорадка. Уносила она в основном стариков и маленьких детей, как всегда бывает в таких случаях. Но тогда она косила в основном тех, кому было за тридцать. Умер не только отец, но и два моих дяди и одна тетушка. В тот год в наших местах осталось очень много сирот и вдов. Сигимору тогда не было и двадцати, а ему пришлось стать лэрдом множества бедствующих крестьян. Ему помогал его близнец Сомерлед, но воспитывать двенадцать осиротевших сорванцов было не так-то просто. И это не считая кучи кузенов, также осиротевших или просто не имеющих отцов.