Жена с проблемами
Шрифт:
— Пожалуй, это! — указала на понравившейся наряд.
— Ой! — захлопала в ладоши Сания. — Это мое, мое! Я так долго придумывала его, подбирала ткань. Мне показалось, что оно безумно подойдет вам! Вы такая смелая, огненная просто.
Вздрогнула от неожиданности. Огненная? Она и про силу мою знает? Но в глазах Сании царила безмятежность, и я решила, что это просто относится к моему характеру.
— Почему это так важно? — погладила рукой яркую ткань.
— Ну, как же! Одевать избранницу короля — это так престижно. Девчонки все локти
Я рассмеялась искренне и заливисто, и отдалась в руки умелой горничной. Она снова облачила меня в наряд и принялась колдовать над прической.
— Можно я сама придумаю? — замялась, пытливо заглянув в глаза.
Я, пожав плечами, кивнула.
— Да, конечно.
Было любопытно, что она подберет к платью, учитывая, как хорошо подошел наряд.
— Ми переделаем, если вам не понравится, — уточнила Сания и сосредоточено взялась водить гребнем.
Кивнула опять, уже не заботясь об отросших волосах. Чувствовала, секрет мой еще не долго продержится.
А спустя полчаса на голове у меня красовался изящный узел. Сания не стала его утяжелять ни заколками с камнями, ни обручами и гребнями. Лишь закрепила меленькими, почти крошечными булавочками и переплела локоны золотистыми нитями с такими же камушками, как и на лифе платья. Казалось, что в волосах ничего нет, пока я не подворачивала голову. И тогда они вспыхивали, создавая иллюзию, что в волосах рассыпаны капельки росы. Это выглядело так волшебно и изящно, будто я и сама принадлежу к лесному народу.
— Спасибо, Сания! — искренне поблагодарила. — Мне очень нравится!
Девушка довольно улыбнулась.
— Мне показалось, что именно такие украшения вам подойдут, — засмущалась служанка.
Я кивнула, понимая, что мне с ней безумно повезло. Если бы все фей-ир были такими искренними и добрыми.
Пока мы собирались, за окном начали сгущаться сумерки. Я ждала Эда, он должен был вот-вот зайти. И переживала, понравлюсь ли ему. Это желание казалось глупым и совершенно бестолковым. Только душу выматывало. Но я не могла сдержать волнение.
А когда в дверь раздался тихий стук, и вовсе замерла посреди комнаты как истукан.
Сания бросилась открывать, а я нервно сцепила дрожащие пальцы за спиной, кляня себя на чем свет стоит.
А в голове набатом стучало: понравлюсь или нет?
Глава 28
Наверное, этот вопрос сразу бы отпал, стоило мне взглянуть в его глаза. Но я застыла, рассматривая Эда в непривычном строгом вечернем наряде. И где-то в глубине сознания маленькая девчонка во мне восхищенно присвистнула, лицезрев короля Горара, не в привычном военном облачении, а в праздничном.
Хоть камзол и был таким же черным, а брюки заправленные в сапоги, но сама ткань, и то, как она облегала стройную фигуру, не оставляла сомнений — передо мной король. Ему совершенно не нужны были ни золотистые галуны, ни грубые увесистые печатки на пальцах, ни корона, чтобы чувствовалась сила и
— Шэнна, — хриплый голос, смешанный с порывчатым выдохом, заставил поднять глаза. Оторваться от осмотра облачения и, наконец, встретится взглядом с Эдхардом.
Я боялась. Правда боялась. Хоть сама себе нравилась до умопомрачения, чувствовала женственной и соблазнительной, опасалась увидеть осуждение, из-за смелого наряда или простой прически… А еще хуже холодное равнодушие.
Но его взгляд пылал, словно раскаленные угли, пряча красные всполохи за тенью ресниц. И впервые, действительно впервые, я ощутила ни с чем несравнимое удовлетворение от такого неприкрытого желания. И гордо задрала подбородок. И расправила плечи. Пусть я внешне замарашка Шэнна, но внутри принцесса Шанталь Данилэ. У меня тоже это в крови.
— Ты прекрасна, — наконец, выдохнул он, запуская толпу мурашек по моему позвоночнику.
Внутри все вскипело, расплескалось воздушными пузырьками.
— Ты тоже, — не отвела взгляд. Смущение сейчас было бы совершенно лишнее и наигранное. Я знала, что красива, я сама себе нравилась и видела, что понравилась ему.
И в этот вечер решила отпустить себя и наслаждаться всем, чем только можно. Ведь скоро, очень скоро мне придется исчезнуть опять. Я дала клятву, новую клятву в том домике, перед лицом смерти, хоть предыдущую не сдержала. Но эту придется. Этой свидетель сама Смерть и Великий Демиург
— Прошу, мадемуазель, — подставил локоть.
Я, не раздумывая, опустила ладонь на предплечье, под пальцами ощутив плотную ткань. Его кожа пылала, обжигая, и я чувствовала, как моя ладонь нагревается от этого тепла.
Наверное, все-таки волнение слишком много отбирает внимания. К залу я шла, не замечая ничего вокруг. Лишь концентрировалась на присутствии Эдхарда рядом, впитывая его уверенность, как свою. А перед самыми дверьми он внезапно остановился, игнорируя все и всех вокруг. Впрочем, безмолвные стражники с двух сторон дверного проема и так стояли, высоко задрав подбородки, и не обращали на нас внимания. Склонился прямо к моему лицу, пристально взглянул в глаза. Я смутилась от такого внимания. Но стражникам и, правда, не было никого дела до нас.
— Шэнна, я с тобой. Не нужно бояться, — мягко произнес, проведя пальцами по щеке.
Это место тут же опалило жаром, будто раскаленное перышко мазнуло чувствительную кожу.
— Я не боюсь! — вздернула нос, но пальцы на его предплечье предательски дрогнули.
— Конечно, моя смелая горностаюшка, — усмехнулся, лукаво блеснув глазами. — Ты самая отважная девушка во всем мире. Но просто знай, что я всегда за твоей спиной и готов прикрыть.
Я чуть не до боли стиснула губы, готовые дрогнуть в улыбке. Сердце затрепетало, словно маленькая рыбешка, пойманная в раскрытую в ладонь. И утаить, что мне приятны эти слова была, к сожалению, не в силах.