Чтение онлайн

Она осторожно подтащила меч к камину, держа его так, чтобы рукоять, увенчанная кристаллом, оставалась в ее ладони. Хотя в доме больше никого не было, Медлин бросила опасливый взгляд через плечо, и сама подивилась собственной глупости.

И что теперь? Она должна произнести какие-то магические заклинания? Нет, в прошлый раз ничего такого не понадобилось.

Тогда она просто пристально и долго смотрела на кристалл.

– Если ты и вправду обладаешь магической силой, - пробормотала она, - покажи мне Анатоля. Покажи, где его найти.

Она всматривалась

в камень, пока не заболели глаза. В гранях кристалла отражались блики пламени и ее собственное искаженное лицо. Отражения постепенно меняли очертания, расплывались, превращаясь в туман.

Кристалл затуманился, но вот мгла рассеялась, и в ней вырисовалась темная фигура коленопреклоненного мужчины.

У Медлин перехватило дыхание. Анатоль! Но он был не один. Фигура в плаще парила поблизости, ярко-рыжие волосы развевались на ветру. Конечно, это она… хотя Медлин не могла разглядеть собственное лицо.

Кристалл не показывал, где сейчас находится Анатоль, но зато позволил ей еще раз заглянуть в будущее. Холодок пробежал по спине Медлин, но она заставила себя смотреть, ведь видение означало, что она увидит Анатоля, окажется рядом с ним.

Рыжеволосая женщина в плаще приблизилась к Анатолю. Туман взвился вихрем, блеснула сталь.

Потом кровь. Грудь Анатоля пересекла пурпурная полоса, и он упал наземь.

Из уст Медлин вырвался дикий крик. Она выпустила меч из рук. Он ударился о каминную решетку и с глухим стуком упал на ковер. Медлин отскочила. Минуту она не могла заставить себя даже посмотреть на оружие.

Все же осмелившись, она увидела, что меч лежит на полу, а кристалл тускло мерцает в отблесках угасающего пламени. Страшное видение исчезло, но навек запечатлелось в ее памяти.

Анатоль. Туман. Кровь.

Медлин прижала к губам дрожащую руку. Нет, этого не может быть… однако мысли ее заметались. Разве Анатоль не говорил, что видел в кристалле похожую картину? Предостережение - он должен опасаться огненной женщины.

Он тогда улыбнулся и сказал, что опасность грозит лишь его сердцу, но не жизни. И все же Медлин отчетливо видела, как она заносит нож и…

– О боже, нет!
– страстно прошептала она.
– Этого не будет! Я никогда… Ничто не заставит меня…

Поднять руку на мужа? Разве она не сделала это прошлой ночью? Отшатнулась в ужасе, направила на Анатоля его же собственный меч.

Что бы она сделала, подойди он в своем неистовстве ближе? Внезапно Медлин замутило, и она схватилась руками за живот. Она не знала ответа, но и не хотела его узнать.

Она не позволит видению стать былью. Она найдет способ предотвратить беду. Но сколько раз Анатоль думал так же?

Медлин вновь услышала его безнадежный голос:

«Это все равно что видеть кошмарный сон и знать, что он сбудется. И я ничего не могу сделать, чтобы это предотвратить.

– О, Анатоль!
– простонала она. И он был вынужден выносить это вместе со всеми остальными невзгодами - одиночеством, отверженностью. Человеку не под силу терпеть подобные муки. Она должна была успокоить, утешить его, дать ему понять, что кто-то - впервые

за всю его жизнь - понимает и… любит его. Но теперь уже слишком поздно.

Сердце Медлин разрывалось. Ведь она знала, что никогда больше не должна приближаться к своему мужу.

Все шло неладно в замке Ледж. Слухи разлетались по округе, словно опавшие листья, которые разносит холодный ветер. Молодая жена грозного лорда убежала из дома и не хочет возвращаться. Господин Роман желает взять жену по своему выбору и возродить Пропащую Землю, обитель своих заклятых врагов.

Случилось так, что преподобного Фитцледжа, Искателя Невест, постигла неудача. Наверное, он стал слишком стар для таких дел, а занять его место некому. Ожидали возвращения черных дней, мрачного времени, когда сошла с ума Сесили Сентледж, а лорд Линдон удалился от мира, забросив свои земли и своих людей.

Бесс Киннок, недавно лишившаяся места в замке, говорила, что на сей раз проклятие пало на всех Сентледжей. Скоро они исчезнут с лица земли. Никто в деревне не разделял ее злобной радости. Процветание Сентледжей всегда означало процветание селян, и в последующие дни обитатели домишек на каменистом берегу с тревогой обращали взоры к замку, который по-прежнему гордо царил над всей округой.

Анатоль бесцельно бродил по дому, и слуги шарахались от одного его взгляда, но он едва замечал их. Люди были для него лишь тенями, мелькавшими на краю сознания, когда он совершал свои бессмысленные и одинокие прогулки по замку.

Все в доме напоминало о Медлин: ее дневной чепец и перчатки лежали на столе в зале, одна из ее книг - эта женщина разбрасывала книги повсюду - на кресле, обитом гобеленовой тканью.

Анатоль взял том в руки, и взгляд его упал на заглавие. «Одиссея» Гомера. Все то время, когда он так неловко пытался сделать приятное Медлин, он позволял ей читать ему вслух эту книгу. По несколько страниц в день.

История Одиссея странным образом захватила его. Затерянный на чужбине воин стремился вернуться домой к верной жене, прокладывая путь через бесчисленные невзгоды и опасности. Или вся прелесть повествования заключалась в тихом голосе Медлин?

Странно, думал Анатоль, рассеянно перелистывая страницы. Ведь это Медлин убежала, странствовала вдали от дома, а он чувствует себя потерянным.

Он бросил книгу на кресло, и она упала с глухим стуком. Долгое время после бегства Медлин он стремился сохранить все так, как было при ней. Приказывал зажигать свечи в библиотеке, вытирать пыль с мебели, ставить в вазы ее любимые цветы. Он тешил себя надеждой на чудо: вдруг она поймет, что способна любить дьявола, и вернется к нему.

Но каждое утро его молитвы оставались не услышанными, надежда умирала, а все вокруг понемногу приходило в упадок. Еще одна свеча оставалась незажженной, еще одна занавесь задернутой, цветы вяли и умирали. Постепенно дом, как и он сам, погрузился во мрак, превратился в пустоглазую развалину, более знакомую с ночными кошмарами, чем с целительным сном.