Чтение онлайн

— Он был бы рад арестовать меня, и он бы держал меня в тюрьме, поскольку моя свобода считается вредной для коронованных заговорщиков. Он стал их доверенным помощником и шпиком. Нет ни одного полицейского, у которого не было бы моего портрета в кармане. Единственный способ для меня проехать через Францию, чтобы не попасть в переделку, — проехать тайно. Именно об этом я и хочу попросить вас.

— Как я могу в этом помочь, мой Господин?

— Если я стану вашим слугой — вашим камердинером.

Майнард не мог не улыбнуться этой идее. Человек, который стал лидером

целой нации, создавшей армию численностью в двести тысяч мужчин-воинов, которые заставили задрожать троны Европы, — этот человек будет подобострастно дожидаться его, чистить ему пальто, подавать ему шляпу и упаковывать его портмоне!

— Прежде чем вы дадите ответ, — продолжал экс-диктатор Венгрии, — позвольте мне сказать вам начистоту следующее. Если нас арестуют во Франции, вы вынуждены будете разделить мою долю и попасть в тюрьму, а на австрийской территории ваша шея, как собственно и моя, подвергнется риску попасть в петлю. А теперь скажите, сэр, вы согласны?

Прошло несколько секунд, прежде чем Майнард дал ответ, хотя последние слова Кошута не были поводом для колебаний. Он думал о многих других вещах — и среди них, конечно, о Бланш Вернон.

Возможно, что воспоминания о памятной сцене под кедром и последствия этой сцены заставили его колебаться дольше обычного — более того, стали причиной малодушия, несколько поколебавшего идеалы революции и свободы.

Но его убеждения, требовавшие от него новых подвигов во имя свободы, все же вскоре победили, и он просто сказал:

— Я согласен!

Спустя двадцать четыре часа Кошут и его соратник — точнее, капитан Майнард и его слуга, — были готовы совершить это весьма рискованное путешествие.

Для этого потребовалось в обязательном порядке приобрести паспорт — либо через представителя французского консульства, либо через британское Министерство иностранных дел, — и было ясно, что получить паспорт раньше следующего дня было невозможно.

Кошута не устраивала задержка, так же как и его нового «господина» — эта проклятая волокита при замене паспортов.

Они не думали, что, возможно, эта задержка — благо, поскольку она сумеет сохранить им жизнь!

Тем не менее, Майнард предпочел заказать паспорт через французское консульство. Он решил сделать это из-за меньших трудностей и надежды на более быстрое получение документа, чем через британское Министерство иностранных дел, чей бюрократизм по отношению к просителям был известен! Часто требуется несколько дней, прежде чем Джон Буль, отъезжающий за рубеж, сможет уговорить министра предоставить ему необходимые бумаги для защиты своего гражданства в чужой стране!

Ему потребуется сперва получить бумаги от банкира, священнослужителя и некоторых других респектабельных особ в своей стране. Государство, опекающее Джона, не поощряет бродяжничество.

Чиновник паспортного отдела французского консульства был более любезен. Мизерный заработок заставлял с почтением относиться к посетителям, могущим принести дополнительный доход. По этой причине чиновник весьма охотно

взялся обслужить клиента.

Майнард, однако, не получил нужный документ из-за некоей проблемы. Возник вопрос относительно его слуги, который должен был отправиться в путешествие вместе с ним!

Лакей должен был прийти на прием и лично предоставить свои персональные данные! Чтобы эти сведения были также внесены в паспорт!

Так сказал французский чиновник холодным официальным тоном, не допускавшим, казалось, никаких возражений и уговоров!

Майнард знал, что хотя к этому времени благородный венгр уже расстался со своей роскошной бородой, его прекрасное лицо было слишком известно в Лондоне, чтобы избежать узнавания на улицах. Особенно велик риск быть узнанным во французском консульстве, на Кинг Вильям стрит, или собственно чиновником паспортного отдела, или бессчетным количеством шпионов, всегда кишащих вокруг него.

Выражение лица Кошута невозможно скрыть под маской камердинера!

Но Майнард полагал, что сумеет преодолеть эту трудность. Потрепанное пальто и голодный взгляд французского чиновника подсказали ему, как действовать.

— Это будет крайне неудобно, — сказал Майнард. — Я живу в Вест-Энде, добрых пять миль отсюда. Мне придется проделать очень длинный путь только для того, чтобы привести сюда моего слугу вместе со мной. Я готов дать несколько соверенов, чтобы разрешить проблему.

— Я сожалею, — возразил чиновник, — внезапно чудесным образом изменяя свой официальный тон на весьма дружеский к человеку, который готов пожертвовать несколько соверенов. — Это предписание, месье должен учесть. Но… если месье…

Чиновник сделал паузу, чтобы подчеркнуть это многозначительное «но».

— Вы оказали бы мне большую услугу, избавив меня от необходимости…

— Может ли месье дать исчерпывающие данные о своем слуге?

— От головы до пят.

— Превосходно! Возможно, этого будет достаточно.

Без лишних разговоров описание экс-диктатора Венгрии легло на гербовую бумагу.

Это был его полный портрет, включая его высоту, возраст, оттенок волос, цвет кожи и обязанности, которые ему нужно выполнять. Как выходило из описания, служащий с такими данными должен быть похож по меньшей мере на «Джеймса Даукинса» [69] .

— Я вам весьма обязан, месье, — сказал Майнард, получая документ от чиновника и запуская руку в карман, чтобы дать ему несколько блестящих соверенов. И, добавив: «Ваша вежливость спасла меня от очень большой неприятности», он поспешил покинуть департамент, оставив француза весьма довольным этим приятным сюрпризом, с выражением лица, которое может быть лишь у истинного сына Галлии.

До полудня того же дня господин и слуга уже были готовы отправиться в путь.