Железное сердце
Шрифт:
– Стой! Не вздумай!
Но не человек смотрел на нее этими горящими глазами. Лена всегда верила, что Уилл никогда, вот никогда-никогда ее не ранит, но в то мгновение даже она замерла при виде его ярости. При виде его дикой сути.
– Уилл. – Есть только один способ остановить его в этом состоянии и как-то отвлечь. – Уилл, у меня кровь идет. Мне нужно попасть домой, позаботиться о руке. Я неважно себя чувствую. – И Лена навалилась на него всем весом.
Как она и рассчитывала, вервульфен ее поймал.
Когда он подхватил ее на руки, Лена уткнулась лицом в его плечо. Вот и все. Прощайте, шансы попасть в Эшелон. Возможно, получится еще пожить на краю мира голубокровных, но снова его частью ей уже не быть. И пока Уилл шел по залу, следом неслись шепотки.
Последний взгляд над его плечом, когда они проходили сквозь двери. Платья, украшения, элегантные дамы в пышных нарядах. Кончено. Шанс Лены остаться среди них был потерян с первым шагом танца с Уиллом. И как ни странно, словно груз спал с ее плеч.
Она снова уткнувшись в его шею, вдыхая мужской аромат. Что делать дальше, Лена не знала. В трущобах для нее ничего не осталось, в Эшелоне теперь тоже. Она вцепилась в ворот смокинга. Лена всегда хотела лишь одного, вот только Уиллу она не нужна.
«Но достаточно ли ты боролась?»
Она снова зарылась лицом в его смокинг, слишком испуганная, чтобы найти ответ на этот вопрос. Она никогда и не боролась, никогда не говорила Уиллу о своих чувствах. Слишком боялась, что ее сердце разобьют на кусочки, потому и не осмелилась продемонстрировать свои чувства.
Ему и невдомек, что Лена с ним могла отважиться только лишь на эти игры.
– Куда? – спросил Уилл.
Она подняла глаза на огромную винтовую лестницу, что спиралью пронизывала Башню из слоновой кости. Говорили, в ней тысяча ступеней, хотя Лена так и не удосужилась пересчитать.
– В кабину лифта. Не хочу лишних ушей и глаз.
Уилл сердито зыркнул на пару дам, что последовали за ними из бальной комнаты, и те быстро испарились.
– Проблема решена.
– Не спорь. Ты не сможешь тащить меня вниз по всем этим ступенькам. Мы же на девятом этаже.
Уилл повернул к ней лицо. Янтарные огоньки вспыхивали вокруг зрачков.
– Чо случилось?
Лена потрясла головой. Надо вывести его отсюда, пока он снова не взорвался.
– Давай в лифт.
Лакей в ливрее кивнул им, словно каждую ночь видел, как леди выносят на руках из бальной залы. Начищенные латунные двери кабины медленно раздвинулись, показывая гладкие панели на стенах.
Уилл внес ее внутрь и створки плавно закрылись.
Лена жестом попросила поставить ее на ноги. Вервульфен нахмурился, но подчинился.
– Черт возьми,
– Я вышла на балкон подышать свежим воздухом. – Правду не утаишь. – Колчестер вышел вслед за мной.
Взгляд Уилла упал на ее окровавленную перчатку. Его ноздри раздувались.
– Он тя порезал.
Слова прозвучали угрожающе. Надо разрядить обстановку.
– А я разбила ему нос. Так что мы в расчете.
– Лена.
– Это всего лишь царапина.
– Он тя напугал, – отрезал Уилл.
Повернувшись, он врезал кулаком по стене, и латунная панель отвалилась от удара.
Лена вздрогнула:
– Прошу тебя, не надо!
С заметным усилием обуздав ярость, Уилл опустил руку:
– Я те не наврежу. Ты же знаешь. Я никогда тя не пораню.
Лена осознала, что вжалась в противоположную стену, слишком напряженная, чтобы расслабиться, когда его гнев словно ураган кружит по кабине.
– Да, я испугалась. Но сейчас я в безопасности. И только это имеет значение.
– Чо он с тобой сделал? Чо он те сказал?
«Он угрожал меня убить». Лена побледнела и замотала головой.
Ритмичный стук, с которым паровой двигатель в глубине подвалов Башни опускал лифт вниз, действовал почти завораживающе. Но не на Уилла. Он вертелся в маленькой кабине, сцепив руки за спиной и с горящими гневом глазами.
– Ненавижу маленькие пространства.
И вдруг Лена поняла, что вервульфен напряжен не только из-за Колчестера.
– Это… это место напоминает тебе клетку? – Пришлось прочистить горло, чтобы вымолвить хоть слово.
Уилл кивнул.
Лена взяла его за руку:
– Я с тобой.
Вновь кивнув, он отвернулся, но крепко сжал ее пальцы.
– Клетка – не самое страшное. Я смотрел на мир сквозь решетку. – Лицо Уилла потемнело, будто сейчас он видел что-то еще помимо гладких панелей кабины. – Када я не слушался, они избивали меня до потери сознания. Но када подрос, это наказание меня уже не так пугало. – Он облизнул губы. – Там был подвал. Глубоко под землей. Они стали запирать меня там. На дни. Или недели. Не знаю, там было так темно. Даж крысы не пробегали.
Маленький мальчик, потерянный в темноте. У Лены сердце кровью обливалось.
– Теперь ты свободен.
Уилл посмотрел на нее:
– Я не свободен, Лена. Пока еще нет. Просто теперь клетка побольше. По цельному Чепелю можно бродить.
– Но сейчас же ты здесь.
Выражение его лица сразу стало раздраженным.
– Тока пока перемирие не заключат. Я должон убедиться, что норвежцы его подпишут, иначе я вернусь в Чепель, и остальные, навроде меня, останутся в цепях.
От его слов у Лены перехватило дыхание.