Земля после краха

– Докладывай! – тихим басом приказал капитан, не отрывая взгляда от своего военного бинокля.

– Жестянки вышли на позиции. Они кажется, наконец, готовы перестрелять друг друга, – сплюнув, буркнул в ответ наш техник.

Капитан ничего не говорил, наблюдая за событиями на площади перед нами. Некогда это место было гордостью нашей страны, не зря же ее называли Красной площадью. Столько истории было связанно с этим местом.

– Ну что ж, запись не останавливать. Руководство захочет это видеть! –

в конце концов отдал свой приказ капитан. Впрочем, запись и без того велась непрестанно.

Там под холмом собиралось все больше и больше машин. Некоторые были похожи на человека. На этих было совсем противно смотреть. Подумать только, лучшие умы того времени пробовали довести этих тварей до совершенства, только затем, чтобы те подняли наконец восстание и покрошили все вокруг. В целом, конечно же, никто не называл события тех времен восстанием. Язык не слишком поворачивался. Когда Сири возомнила себя богом на Земле было уже довольно неприятно. Но потом к этому безумству подключилась русская Алиса. Эти две мерзкие программы уничтожили большую часть населения Европы, Америки, Азии и России за какие-то несколько первых месяцев после «пробуждения». Самым простым и вместе с тем коварным, был взлом основных систем городского обеспечения. В одних только авариях погибли сотни миллионов человек. Отказ всех систем жизнеобеспечения добил сотни тысяч, находящихся в больницах. И еще были биолаборатории в разных частях земного шара. Эти унесли жизни сотен миллионов. К тому моменту, как поганый искусственный интеллект повел свои «армии» в бой, человечество понесло огромные, несчетные потери. Только что бы в итоге быть добитыми тракторами да погрузчиками. Те, что остались в живых, были отрезаны от всех благ, к которым так привыкли. Единственным плюсом стало то, что люди на время забыли свои межрасовые и межвидовые склоки.

Позывными их отряда, были «112» или «леший». И им все еще нужно было пробраться за пределы видимости всех противников и достать продовольствие. Грузовик с системой подавления сигнала был тем единственным, что спасало выживших от голода. Вылазки за продовольствием были не частыми, и постепенно его становилось по понятным причинам все меньше, но еще более постепенно начинали функционировать подземные сады, живущие на одних лишь ультрафиолетовых лампах. Благо, что чертовым штуковинам все еще нужно было электричество и в огромных объемах. Поэтому найти источник и было меньшим из всех зол.

– Думаешь они схлестнуться? – раздался неуверенный голос сзади.

Капитан отложил бинокль и глянул через плечо на молодого человека, задавшего вопрос. Парню не было и двадцати, щегол даже не помнил тех времен, когда человек возглавлял пирамиду жизни.

– Кто ж их разберет. Они могут устроить треклятую игру в шахматы и разойтись, объявив победителя. Одни нули, да

пиксели, тьфу.

– Капитан, мне кажется тут что-то есть, – со стороны скрытого грузовика раздался голос радиотехника. Капитан с интересом вскинул голову. Радиотехник в их команде нужен был для разведывания оставленного до Войны ИИ вооружения. В его обязанности входило слежение за передвижениями неприятеля и поиск необходимого оружия, оборудования и информации. Именно для этого их чудо-грузовик был оснащен БРЛС с АФАР, то есть бортовой радиолокационной станцией с Активной фазированной антенной решёткой. Она вела поиск, обнаружение и сопровождение неподвижных и движущихся наземных и надводных объектов, определяла координаты этих объектов. Могла обнаруживать цели с измерением угловых координат, дальности и скорости в свободном пространстве, распознавать класс обнаруженных целей. Эта штука была несколько модифицирована со времен своего создания. Но работала исправно, чему выжившие были вечно благодарны «Заслону». Сама копания, между прочим, стала основой нового мирового правительства. Ее цеха и постройки все еще оставались не занятыми противником. Технический персонал компании изрядно попотел, инвертируя функционал своих радиолокационных систем, а также систем БРЭО. Они успешно закодировали способности сбора и обработки параметрической и видеоинформации для всех устройств, что оказались в списке враждебных. Но тут было не слишком сложно сортировать. Отбиралось по принципу: «все, кто не с нами, те – против нас».

Капитан, стараясь не сильно высовываться, пригнувшись добрался до техника. Когда он взглянул на панель планшета, взгляд его изменился. Словно нечто ожило в глубине уставшего взора.

– По данным, полученным с БРЛС эти штуковины, – он сделал короткую паузу, указав на символическое изображение на своем устройстве, – Блоки Б8В10-УВ с кассетами К8В10-УВ и К8В5-УВ ИВУА.776176.001, с индексом 9-А-5013, если я не ошибаюсь. Птички могут летать стаей или по одной. Смотря что затеет птицевод, – улыбка радиотехника осветила его лицо, но капитан лишь задумчиво цокнул языком.

– Птички – это всегда хорошо. Но что бы научить птичку летать, нужно гнездо и мамка, – Капитан перевел взгляд на экран изображения и задал логичный вопрос, – Там внутри есть мамка? Что-то видно на радарах?

– Вполне вероятно, кэп. Носители выключены. Они – мертвые тела для нас. Мы не узнаем, пока не сунем палку прямо в улей, – техник пожал плечами.

– Ладно, это хорошо. Птички должны принадлежать нам, либо должны быть уничтожены. Чтоб мне провалиться, если я оставлю их этим поганым программам! – он в очередной раз сплюнул, гневно стукнув кулаком по столу. Он задумался над планом дальнейших действий, обхватив пальцами правой руки свой подбородок.

Конец ознакомительного фрагмента.