Шрифт:
Артемий Котриэльевич Котрик.
Здравствуй, тебе я дарю...
( Выпуск V)
Друзья давайте закончим все важные дела, и погрузимся в глубину неизведанного мира. В котором мы откроем для себя, всю суть интересующей нас жизни, и развеяв пыль летящего отовсюду безумия. Взглянем на новый мир, чистыми глазами. И будем отдыхать.
( А.К. Котрик)
люблённый таксист.
В закате дня февральских фонарей.
Мотор такси, утих в коротком эхе.
Как мотыльки меж страсти двух огней.
Мы ищем то, что станет нам потехой.
Тебя окликнул, знаю я что было глупо.
И как мне быть? Пожаром сердце хрипло дышит.
Но может этот миг, украсит ночь хоть на минуту.
В разгаре слов, быть может сердце все услышит.
А ты идёшь, под каблуком лишь скрежет снег.
Назойливый поток зимы нещадно треплет волос.
Что ярко так сияет в тишине.
Влюбленные в тебя, лишь смогут только плакать в голос.
А под рубашкой шелковой, живёт не спит Париж.
И бедные кварталы на слуху.
Лишь грязный снег стекает каплей с крыш.
От
Мотор такси, хрипит как сердца стон глухой.
Беда колесам, прорываться сквозь сугроб
В мгновение город оживленный, стал немой.
Народ опомнился что кожу сжег озноб.
Лишь ты и я, любовники из вечной драмы.
Что так близки, но друг от друга далеки.
Как хорошо что нет ни виски, и не хамов.
И на лестнице любви, растоптанной в цветки.
Как хорошо что город нас оставил.
И звезды светлые в ночи, покой души храните.
И к этим строкам, скорей бы я добавил.
Что любовь тверда, как формула гранита.
любой любви есть свой аэродром.
В любой любви, есть свой аэродром.
Присущи сердцу ветер два крыла.
Страшны полёту, небеса сулящие гром.
И солнце жаркое что слепит до темна.
Со взлетной полосы, с разбега прямо вверх.
И не боясь, сломать под вихрем крылья.
И слышать музыку небесных сфер.
И созерцать дорогу в рай, покрытой звездной пылью.
Упасть звездой на землю снова вниз.
Опасней, чем предательство надежды.
Желание есть исполнить, поздний свой каприз.
И пусть в глазах, я жалкий лишь невежда.
А в небесах, свободно? Да! но даже там, всегда всем мало места.
Кто упадет, но крыльев не сломает.
Попробует опять, взлететь к любви с протестом.
Но что же ждать потом? Никто увы не знает.
Любовь горит огнём красных зарниц.
Её тепло, теплее чем сама одежда.
И я в беспечности страниц.
А значит есть, ещё жива надежда.
Слёзы высохли твои на зеркалах.
Слёзы высохли твои на зеркалах.
Что в отражении своём, ты хочешь отыскать?
Мудрее взгляд, спокойней зелень глаз.
Особенно, когда они хотят мечтать.
Что скажешь ты, в напутствие со скуки?
Ведь для тебя, печаль всегда родней.
С мечтой о счастье, сошлись мы в тесном круге.