Завоеватель
Шрифт:
Тут Кейдре вспомнила о непосильном грузе ответственности за людей и земли, лежавшем на плечах Эдвина, и у нее упало сердце. Нет, она не станет добавлять ему забот и сама справится с угрозой, а заодно поможет Алис. Она займется этим прямо сейчас, пока есть возможность.
Ей уже принесли в шатер еду и нитку с иголкой, чтобы привести в порядок платье. Кейдре посмотрела на поднос с хлебом, сыром и элем, а потом решительным движением извлекла из-за пазухи ладанку и всыпала в эль какую-то траву. Заботливо спрятав ладанку, она пригладила волосы и выглянула наружу.
Гай Ле Шан был тут как тут: вскочил
— Миледи?
От Кейдре не укрылось, что доблестный рыцарь чувствует себя весьма неловко в обществе ужасной колдуньи. Судя по всему, юноше едва минуло двадцать лет, как и самой Кейдре.
Она постаралась успокоить его любезной улыбкой.
— Разве вам не трудно стоять на посту после такого утомительного дня?
— Нет, миледи, я совсем не устал!
— Я собираюсь подкрепиться, — сообщила она светским тоном, стараясь вести себя, как самая заправская герцогиня. — Вас не затруднит составить мне компанию?
— Право, не знаю… — Гай растерянно захлопал глазами.
— Вам жаль потратить на меня несколько минут? Или этот упырь отнял у вас даже право побеседовать с дамой? — многозначительно добавила она.
— Милорд никакой не упырь, миледи! — вскинулся Гай. — Он прекрасный человек и доблестный воин. Король считает его лучшим в своем войске, и об этом все знают!
— Так, значит, мне можно съесть свой ужин в вашем присутствии? — тут же воспользовалась его горячностью Кейдре.
— Конечно!
Она вынесла поднос с едой и уселась у входа в шатер, предоставив Гаю переминаться с ноги на ногу, следя за ее трапезой. Судя по тому, что вокруг никого не было, солдатам отдали приказ не приближаться к шатру. В отдалении на большом костре готовили еду для всего отряда. Рольф де Варенн сидел на валуне, сжимая в руках какие-то бумаги и не спуская с Кейдре подозрительного взгляда.
Заметив это, она покраснела и поспешила отвернуться. — Пожалуйста, присядьте! — Кейдре старалась не подавать вида, что от этого взгляда у нее захватило дух. Ей не раз приходилось видеть распаленных похотью мужчин, но так откровенно на нее еще не смотрел никто. Ее отец умер пять лет назад, так и не успев выдать Кейдре замуж. Впервые он попытался найти ей жениха в пятнадцать лет, а когда ей исполнилось семнадцать — его не стало. Поначалу старый и могущественный эрл остановил свой выбор на втором сыне своего северного соседа, Джоне Лэндауэре. Кейдре встречалась с ним прежде на рыцарском турнире: высокий, стройный юноша запомнился ей своей привлекательностью и умным, выразительным взглядом. От радости, что отцовский выбор пал на него, она не находила себе места и без конца грезила о свадьбе…
Но Джон отказался жениться. Его не соблазнили ни земли, ни деньги. Ни за какие сокровища он не возьмет в жены колдунью!
Разумеется, отец уверял ее, будто это он сам решил, что Джон не достоин ее руки, но Кейдре прекрасно слышала, о чем сплетничает челядь в их замке. При отце и братьях она вела себя по-прежнему непринужденно, но когда оставалась одна, ее слезам и горю не было конца. Почему Создателю было угодно сделать так, что ее принимают за ведьму?
Эрл одного за другим предлагал ей женихов, но теперь уже сама Кейдре отвергала их с надменным видом, потому что боялась снова пережить унижение,
Но он… он смотрит на нее совершенно откровенно, не скрывая страсти!
Он ее хочет!
— Миледи… — бормотал Гай, захваченный врасплох ее приглашением. Кейдре налила эль в кружку и протянула Ле Шану. На миг ее укололо чувство вины.
— Надеюсь, это вам не запрещено?
— Конечно, нет. Благодарю вас! — Гай выпил все до дна. Кейдре знала, что ее мучитель идет к шатру, для этого ей не требовалось оборачиваться: она всей кожей ощущала его жгучий взгляд, обладавший какой-то притягательной силой. В конце концов Кейдре не выдержала и посмотрела на его неподвижное, словно маска, лицо. Только взгляд выдавал бушевавшую в нем страсть, и Кейдре стоило большого труда не выказать свой страх — ведь она была его пленницей.
— Дышим свежим воздухом, миледи? — учтиво поинтересовался Рольф, пожирая ее глазами. Кейдре тут же вскочила на ноги, и оба кавалера поспешили подать ей руку, чтобы помочь. Демонстративно опершись на руку Гая, девушка холодно ответила:
— Дышала, пока здесь не стало слишком душно! — С этими словами она удалилась обратно в шатер, а Рольф застыл на месте, чуть не лопаясь от ярости.
— Да не дрожи ты! — рявкнул он, заметив, как старательно Гай избегает его взгляда. — Никто не собирается тебя убивать!
— Она просто предложила мне поужинать вместе! — оправдывался Гай.
— Вижу. — Рольф повернулся и отошел от шатра. Кейдре нетерпеливо ждала, когда подействует ее зелье.
Через четверть часа она незаметно выглянула наружу и убедилась, что у Гая слипаются глаза, а остальные норманны слишком заняты ужином и не обращают на них внимания. Ее мучитель вообще куда-то исчез, и она испытала облегчение и тревогу. Интересно, чем он занят? Впрочем, какая ей разница? Она ни за что не упустит возможность сбежать!
Задняя стенка шатра была прикреплена к земле, и Кейдре не сразу удалось выбраться наружу. Ползком она добралась до лесной опушки и затаилась там, вслушиваясь в шум военного лагеря и дожидаясь сумерек.
Наконец стало достаточно темно, чтобы без опаски встать в полный рост и напрямую через лес направиться к деревне.
Ей пришлось преодолеть страх открытого пространства на выжженном поле. Среди обгорелых хижин не было видно ни души — наверное, крестьяне подались в соседнюю деревню или вообще предпочли укрыться в замке.
Она уже прошла всю деревню, когда до нее долетел чей-то стон.
Кейдре не задумываясь помчалась туда, откуда слышался звук. Не важно, кто там стонет от боли — пусть даже это окажется животное, — она целительница, и кто-то нуждается в ее помощи.
Уже заворачивая за угол хижины, девушка снова услышала стон — но слишком поздно осознала свою ошибку. Стон был вызван не болью, а удовольствием, и она сразу узнала в женщине Бет — не в меру любвеобильную юную вдовушку из сожженной деревни: широко разведя пышные бедра, она что было сил обнимала за плечи навалившегося сверху мужчину, и ее дебелое тело ритмично ходило вверх и вниз.