Чтение онлайн

— Для начала я выпишу все, что Яна думает обо мне и Антоне, — приступил с делу Захар, — он для нее умный, — маркер написал в колонке Заливацкого первое слово, — будем честными и признаем, что Антон, далеко не дурак. Учится он не плохо, пусть и не бюджете, но мозгов у него хватило в университет поступить.

— Первым должно идти — красивый, — презрительно фыркнул Макс, — и красным цветом, для наглядности.

— Красивый, — написал ниже первого слова Захар, — привлекательная внешность для любой девушки важна, — его губ коснулась легкая грустная улыбка, показывая мне, что Захар, считает себя некрасивым

парнем. Чему я откровенно удивилась, так как, да он не такой как его друзья, но в его лице не было ничего отталкивающе неприятного. А его идеальной, как у модели фигуре, Радим позавидовать может. Мне все нравится в моем мужчине, но если смотреть не предвзято, то у Захара более сухопарое тело и нет склонности к полноте. Если мой жених по какой-то причине бросит занятия спортом, то я уверена, что с возрастом его крупное тело станет еще больше и далеко не таким пропорциональным, каким оно выглядит сейчас. А то, как Захар ходит, как держит себя, как одевается и следит за собой, не может не вызывать восхищения. Что владеет своей фирмой, в двадцать пять лет, что стал миллионером всего за год и говорить не приходится. Яна в моих глазах так же станет пустой ракушкой, если не оценит такого парня и предпочтет ему завистника Антона.

— Бедный, — написал третье слово Захар.

— А это разве достоинство? — удивился Радим.

— В глазах Яны, да, — все так же грустно улыбаясь ответил ему друг, — я пробил инфу по ее отцу и то, что говорила Катя, оказалось правдой. Антон полностью скопировал образ Пирогова. Семен Борисович начинал с нуля и раскрутил бизнес своим трудом. И еще, кроме покойной жены у него других женщин не было, по крайней мере, в интернете я его фото ни с кем, кроме дочери не нашел. Так, что четвертым пунктом пишем — верный. Заливацкий, я уверен, себя преподнес, как однолюба, которому никто кроме Яны не нужен.

— Да ты, блин, больше на ее отца похож, чем Заливацкий! — Макс, раздраженно отшвырнул от себя сценарий и сел на диване ровно, — пахал днем и ночью, как конь! Тебе и высшее образование только ради галочки нужно, уже и так всего сам добился. А Заливацкий, что? Поступил на платное отделение, понял, что с деньгами напряжно в столице и вместо того, чтобы мозги включать или на подработку куда пойти, он, что сделал? Верно! Пристроился к женщине, как альфонс. Точная копия папочки ракушки, ничего не скажешь!

— Ну, так девушка, всего этого не знает, — вставил свое слово Валентин, — и наша задача, как я правильно понял, просветить ее на с чет ее парня. Только, как это сделать, чтобы она не восприняла всю инфу о нем от нас, как наговор на бедного честного парня? По тому, как она нас смотрела при первом знакомстве, мнение о нашей кампании у девочки не самое лучшее.

— Новикова посоветовала Антону, представить вас Яне в наихудшем свете, — подала и я свой голос. Захар обратил свое внимание на меня.

— И в каком же?

— Мажоры, бабники и все в том же духе, — кратко пояснила я.

— Понятно, — кивнул Захар, — итак мнение Яны обо мне, полностью опирается на слова Заливацкого и я по итогу для нее, — тут Захар нарисовал, на второй половинке доски, под своей фамилией круг, — полный ноль. И это в лучшем случае.

— По ходу, Заливацкий, ей просто пересказал все сплетни, что о нас по

университету гуляют, — презрительно процедил Радим, потом повернув ко мне голову спросил, — Катя, а что о нашей компании в общаге говорят?

— Ты — гулящий мажор, Иван — садист, Макс — бабник, Валентин — девственник, а Захар — гей, — с готовностью перечислила я все, что слышала о них в паре слов.

— Я гей?! — Комично изумился Захар. Макс от его выражения лица сначала поперхнулся смехом, а потом, откровенно засмеялся. Радим старался удержать смех, как мог и только Валентину было совсем не весело. Сделав слишком большой глоток из стакана, он скривился в отвращении.

— И какого это знать, что тебя все вокруг принимают за гомика? — тоном не лишенным злорадства, спросил он.

— Я должен это обдумать, — взгляд Захара немного затуманился, та как он погрузился в свои мысли. Вернувшись в игровую зону, он снова сложив руки на груди, стал расхаживать из угла в угол.

— Так, перерыв! — радостно воскликнул Макс, поднимаясь с дивана, — Захар ушел в себя и вернется не скоро. Есть время перекусить. Где там наша пицца?!

Со стороны лифта раздался сигнал, оповещающий, что кабина прибыла и внутри нее есть посетитель, у которого нет магнитного ключа для входа в пентхаус.

— Пицца приехала! — довольно потирая руки, Макс направился к лифту, чтобы впустить доставщика.

Двери лифта разъехались, пропуская к нам парня в униформе. У меня не плохая память на лица. Несмотря на то, что форменная кепка была низко надвинута на глаза, на то, что он избегал смотреть по сторонам, и стоял у лифта, опустив лицо, ожидая, когда ему отдадут плату за доставку, я вспомнила этого парня. Друг Антона, который просил у него денег в долг. Радим достал бумажник, чтобы рассчитаться с ним. Пока Макс относил четыре коробки пиццы на кухню, я положила ладонь на кисть Радима.

— Дай ему побольше чаевых, — шепотом попросила я.

Радим удивленно глянул на меня, потом быстро смерил подозрительным взглядом доставщика. Как бы по-новому на него посмотрел. Не как на пустое место или обслуживающий персонал, а как на…соперника?

— Ты его знаешь? — улыбка на губах Радима из легкой и нежной, с какой он на меня до этого смотрел, резко превратилась в ревниво натянутую. А его взгляд стал напряженным.

— Нет, — быстро ответила, не повышая голоса и с максимальным обожанием смотря в лицо любимому, — но видела один раз. Это друг Заливацкого. Он у него денег на операцию матери просил, а Антон не дал.

Глаза Радима снова смерили парня с ног до головы, но уже без ревнивой неприязни. Достав купюры из бумажника, Радим подошел к доставщику. Протянул ему плату.

Красавчик в форме взял деньги, и быстро пересчитав, удивленно взглянул на заказчика.

— Здесь слишком много, — немного растерянно прозвучал приятный мужской баритон. По выражению его лица можно было легко прочесть все, что он думал в этот момент. Ему нужны эти деньги и такие чаевые для него, как дар небес, но подозрение, что ее дают не просто так, а по какой-то причине, задевало его гордость, заставило сказать, что сумма к оплате не верна.