Завет
Шрифт:
— И теперь они мстят. — Сердито загудев, «ситроен» обогнал ползущий впереди автомобиль. Вернувшись на левую полосу, Камилла прибавила газу. — Вассерштурмы были в ярости, когда мы разрушили их планы. Джордан боялся, что они начнут тебе мстить. Он провел три дня в Мюнхене и заключил с ними не особенно нужную сделку — только ради того, чтобы успокоить их и немного разрядить обстановку.
Браво нахмурился.
— Не стоило этого делать. Этим людям нельзя доверять.
Камилла рассмеялась.
— Это же Джордан, Браво, — беспечно
— И все же в данном случае Джордан поступил опрометчиво. К тому же, как бы ни были раздосадованы Вассерштурмы, я серьезно сомневаюсь, что это их рук дело.
— Что ж, допустим. У тебя есть другая версия?
— Подозреваю, это как-то связано со смертью моего отца, — поколебавшись, произнес Браво.
Камилла бросила взгляд в его сторону.
— Je ne comprends pas. [16] Что могло быть нужно от тебя этим людям?
— Понятия не имею, — ответил Браво. — Отец настоял на нашей с ним встрече наедине до ужина у сестры. Он хотел поговорить, по его словам, о чем-то важном, но мы опять повздорили, и разговор толком так и не состоялся.
— Ох, Браво! — Камилла посигналила, перестраивая «ситроен» в правый ряд. — И сразу после вашей ссоры произошло это несчастье! Quel dommage! [17]
16
Не понимаю (фр.).
17
Какая жалость! (фр.)
Огромные мрачные офисные здания северной окраины Парижа постепенно сменились зелеными лугами с редкими участками частной застройки. Увы, современные частные дома в основном были ничуть не краше уродливых городских собратьев.
Камилла свернула с трассы на дорогу, ведущую в Магни-ен-Вексин. Они проехали по двум величественным грабовым аллеям, где стоял полумрак, а воздух был густым, словно озерная вода, и наконец прибыли в город. Когда они вышли из машины, раздались раскаты грома; в потемневшем, неспокойном небе сверкнула молния.
«Бистро де Норд», небольшой, уютный ресторанчик, располагался на Рю-де-ла-Халль. Чтобы попасть внутрь, нужно было спуститься по трем ступенькам вниз. Длинное, узкое помещение, обставленное простой мебелью темного дерева, с побеленными стенами, имитировало старый южно-французский сельский дом. По стенам в нарочитом беспорядке были развешаны яркие сельские пасторали в массивных рамах.
Молоденькая официантка провела их к свободному столику в глубине зала, возле большого камина. Браво невольно вспомнил о камине в доме Дженни, за которым находился потайной ход.
Камилла отправилась в уборную, а Дженни перегнулась через стол и сердито прошипела:
— Что ты такое вытворяешь?
— Ты о чем?
—
— Но ты же слышала, Дженни. Камилла привела разумные доводы. Арендовать машину опасно, мы привлечем лишнее внимание…
— Да по дорогам Франции ездят миллионы арендованных машин! — с горячностью возразила Дженни. — И… вряд ли твой отец был бы доволен тем, что эта женщина едет с нами!
— И почему же ты так решила?
— Просто я…
— У тебя уши покраснели, между прочим!
— Просто я, — упрямо продолжила Дженни, — довольно хорошо знала твоего отца. Я уверена, в этой ситуации он предпочел бы арендовать автомобиль, а не брать с собой на задание лишнего человека. Он не стал бы рисковать. Вот и все…
— Вот и все? Правда?
Она раскрыла меню, отгородившись от него, и пробормотала:
— Вот идиот…
Браво протянул руку и отодвинул меню, за которым она прятала лицо. Он обезоруживающе улыбнулся, но на Дженни, похоже, это не произвело ровным счетом никакого впечатления.
— Почему обязательно нужно надо мной подшучивать? — сердито сказала она.
— Потому что ты мне нравишься, — ответил Браво.
Дженни фыркнула и уже собиралась сказать какую-то колкость, но тут к столику вернулась Камилла.
— Я помешала? Влюбленные ссорятся?
— Отнюдь, — отрезала Дженни, пристально изучая меню.
Камилла вздохнула.
— Милые бранятся — только тешатся, но только пока это не заходит слишком далеко. Alors, теперь вы должны поцеловаться и заключить мир.
— Не думаю, — возразила Дженни, и одновременно Браво произнес:
— Мы с Дженни вовсе не влюбленные.
— Да, да, конечно… — Интонации ее голоса и выражение лица ясно свидетельствовали о том, что Камилла ему не верит. Она взяла их обоих за руки. — Дорогие мои, жизнь так коротка, не стоит тратить время на ссоры. Послушайте меня, я не успокоюсь, пока вы не поцелуетесь и не забудете о размолвке. — Она пожала им руки. — Ну же, хватит, у вас за последнее время и так было достаточно огорчений!
Дженни растерянно посмотрела на Браво, не зная, что он предпримет. Оба понимали, что просто так им не отвертеться. Запасного выхода из создавшегося неловкого положения попросту не было. Камилла смотрела на них с загадочной полуулыбкой Моны Лизы на губах. Под этим гипнотизирующим взглядом они поднялись на ноги и неуверенно двинулись друг другу навстречу Браво отодвинул с дороги стул и остановился на расстоянии вытянутой руки от Дженни.
Они стояли так, казалось, бесконечно долго, а потом Браво решительно притянул ее к себе и поцеловал. К собственному удивлению, Дженни почувствовала, что отвечает на поцелуй; ее губы раскрылись, язык коснулся его языка… на мгновение они стали одним целым. У нее перехватило дыхание, сердце мучительно замерло. Потом все кончилось. Они снова стояли рядом, не касаясь друг друга, и к ней постепенно возвращалось самообладание.