Завет

Посвящается Эффе Кэр, другу и читателю.

Без тебя я бы не смог пройти этот путь.

Возможно также, что железо было создано ради гвоздей, шипы — ради тернового венца, а кровь и вода — ради раны

Хорхе Луис Борхес. «Биатанатос»

Из

книги «Новые расследования»

Все последние недели в воздухе буквально висело что-то зловещее – здесь царила атмосфера подозрительности, страха неуверенности и затаенной ненависти… Казалось, ты всё время только и делаешь, что шушукаешься с кем-то по уголкам кафе, прикидывая, не полицейский ли шпик вон тот тип за соседним столиком

Джордж Оруэлл. «Памяти Каталонии»

– Каин, приём.

Тишина.

– Каин, отвечай.

– Слышу тебя, Альфред.

– Как тебе первое задание в качестве оперативника «Девятихвостого лиса»?

– Сначала всё шло неплохо, а потом меня заперли в одной клетке с сумасшедшими еретиками.

Альфред рассмеялся.

– Это их заперли с тобой. Что ты забыл на крыше? Свежим воздухом решил подышать?

– Вроде того.

– Жаль прерывать твою прогулку, но у нас есть задание. Помни – твоя цель нейтрализовать Корвина, а не убить.

– Я справлюсь.

– Тринадцатые и птички подстрахуют. Дождись сообщения от Кальфу и приступай.

– Принято. Конец связи.

Каин стоял на крыше здания, а под ногами лежал оцепленный тринадцатый район Офенпешта. Все пути в Уйлипотварош были перекрыты, гномы-полицейские в полном защитном снаряжении сдерживали напирающую толпу дубинками и противоударными щитами.

За его спиной гудел силовой барьер, отрезавший Уйлипотварош от остального города. Древние механизмы, спрятанные в подбрюшье Офенпешта, ожили и вновь функционировали. Пока не закончится операция, никто не сможет покинуть район без деактиватора.

Он бегло осмотрел скопление горожан. Слишком много зевак, слишком много журналистов. Некоторых задержали и уложили на асфальт возле полицейских машин. Два гнома ходили среди задержанных, разрезали им штаны и маркерами писали номера на ногах.

Над ним пролетел вертолёт.

– Наблюдение сообщает – оборотни замечены в восточной части, у станции метро. Приготовиться к столкновению.

Где-то там, в глубине Уйлипотвароша, скрывался беглый колдун Янош Корвин, один из лидеров еретического культа офитов. Избежавшие ареста культисты успели примкнуть к своему повелителю и закрепиться в жилом массиве. Согласно распространённому клише, офиты[1] делились на множество направлений. Некоторые группы были объявлены вне закона, а их адепты вели тайную пропаганду

среди беженцев и новых иммигрантов, не до конца понимающих местную специфику. По данным аналитиков, офиты планировали использовать в своих целях неопределившиеся слои населения. Даже за легальными группами была установлена слежка, их регулярно проверяли полицейские инспекторы. И всё же вся государственная машина умудрилась упустить из виду спланированную акцию. Теперь в дело должен был вступить Объединённый силовой корпус. Часть боевых групп уже развернулась, остальные оставались в резерве.

На соседней крыше появился полупрозрачный силуэт с размытыми очертаниями.

– Готов к бою, лисёнок?

Голос Кальфу звучал слегка искажённо – маскировочные чары создавали радиопомехи.

– Приступаем.

Каин сделал шаг и полетел вниз. Падение с восьмиметровой высоты не представляло никаких проблем.

Он пробирался вперёд, стараясь держаться в тени нависающих стен. Многие здания поросли буддлеей – неистребимым городским сорняком. Но в отличии от периферийных районов, в Уйлипотвароше эти ползучие лианы были облагорожены, подстрижены и гармонично вписывались в пейзаж. Кальфу бежала по крышам, держась чуть впереди и отстреливая обнаруженных культистов.

На инструктаже сообщили, что колдун обладает суггестивными[2] способностями и может подчинять себе волю разумных существ. Оперативники церкви годами тренировали сопротивляемость к подобным воздействиям, но Каин не хотел рисковать. Тем более что его могла выдать идентификационная метка, которую имели все транслейтанские[3] вампиры – подготовленный маг почувствует её на расстоянии.

Где-то вдали раздавались выстрелы – в этом районе действовало ещё четверо оперативников, несколько взводов пехоты, часть аэромобильной роты и снайперы из тринадцатого отдела. Они зачистят территорию и отвлекут внимание на себя, позволив «Девятихвостому лису» сделать свою работу. Каину дали шанс проявить себя, провал недопустим.

На улицах лежали умирающие и мёртвые – часть гражданских не успели эвакуировать. В основном это были люди, но попадались также феи и пикси. Он то и дело натыкался на последствия применения магии или огнестрельного оружия; некоторых разорвали на части оборотни. Раненых мог бы спасти милосердный выстрел в голову, но Каин проходил мимо, не задерживаясь ни на секунду. Задание имело первостепенное значение.

Не было никаких терзаний и дилемм, свойственных недисциплинированным умам. Церковь воспитывала в своих адептах необходимую моральную твёрдость – все разумные существа должны страдать, чтобы выжить. Страдания одной души не имели значения, если это может спасти сотни других душ.

Искалеченная рука вцепилась в его ботинок. Каин отвлёкся, высвобождаясь из железной хватки умирающего, и пропустил момент, когда из-за угла появился первый противник.

Он медленно крался, вцепившись в автомат. Совсем молодой, почти мальчишка, и явно из необученных. Он замер на месте, едва встретившись взглядом с Каином. Гипнотический взгляд вампира легко подавлял волю слабых людей.

Каин бросился вперёд, обезоружил и сгрёб его в захват. Зажал ему рот ладонью, оттеснил к зданию и насадил на торчащий из стены штырь. Остриё вышло из живота, на землю закапала кровь. Каин держал умирающего, не давая ему возможности поднять тревогу.