Завет

Посвящается Эффе Кэр, другу и читателю.

Без тебя я бы не смог пройти этот путь.

Возможно также, что железо было создано ради гвоздей, шипы — ради тернового венца, а кровь и вода — ради раны

Хорхе Луис Борхес. «Биатанатос»

Из книги «Новые расследования»

Все

последние недели в воздухе буквально висело что-то зловещее — здесь царила атмосфера подозрительности, страха неуверенности и затаенной ненависти… Казалось, ты всё время только и делаешь, что шушукаешься с кем-то по уголкам кафе, прикидывая, не полицейский ли шпик вон тот тип за соседним столиком

Джордж Оруэлл. «Памяти Каталонии»

— Каин, приём.

Тишина.

— Каин, отвечай.

— Слышу тебя, Альфред.

— Как тебе первое задание в качестве оперативника «Девятихвостого лиса»?

— Сначала всё шло неплохо, а потом меня заперли в одной клетке с сумасшедшими еретиками.

Альфред рассмеялся.

— Это их заперли с тобой. Что ты забыл на крыше? Свежим воздухом решил подышать?

— Вроде того.

— Жаль прерывать твою прогулку, но у нас есть задание. Помни — твоя цель нейтрализовать Корвина, а не убить.

— Я справлюсь.

— Тринадцатые и птички подстрахуют. Дождись сообщения от Кальфу и приступай.

— Принято. Конец связи.

Каин стоял на крыше здания, а под ногами лежал оцепленный тринадцатый район Офенпешта. Все пути в Уйлипотварош были перекрыты, гномы-полицейские в полном защитном снаряжении сдерживали напирающую толпу дубинками и противоударными щитами.

За его спиной гудел силовой барьер, отрезавший Уйлипотварош от остального города. Древние механизмы, спрятанные в подбрюшье Офенпешта, ожили и вновь функционировали. Пока не закончится операция, никто не сможет покинуть район без деактиватора.

Он бегло осмотрел скопление горожан. Слишком много зевак, слишком много журналистов. Некоторых задержали и уложили на асфальт возле полицейских машин. Два гнома ходили среди задержанных, разрезали им штаны и маркерами писали номера на ногах.

Над ним пролетел вертолёт.

— Наблюдение сообщает — оборотни замечены в восточной части, у станции метро. Приготовиться к столкновению.

Где-то там, в глубине Уйлипотвароша, скрывался беглый колдун Янош Корвин, один из лидеров еретического культа офитов. Избежавшие ареста культисты успели примкнуть к своему повелителю и закрепиться в жилом массиве. Согласно распространённому клише, офиты[1] делились на множество направлений. Некоторые группы были объявлены вне закона, а их адепты вели тайную пропаганду среди беженцев и новых иммигрантов, не до конца понимающих местную специфику. По данным аналитиков, офиты планировали использовать в своих целях неопределившиеся слои населения. Даже за легальными группами была установлена слежка, их регулярно проверяли полицейские инспекторы. И всё же вся государственная машина умудрилась упустить из виду спланированную акцию.

Теперь в дело должен был вступить Объединённый силовой корпус. Часть боевых групп уже развернулась, остальные оставались в резерве.

На соседней крыше появился полупрозрачный силуэт с размытыми очертаниями.

— Готов к бою, лисёнок?

Голос Кальфу звучал слегка искажённо — маскировочные чары создавали радиопомехи.

— Приступаем.

Каин сделал шаг и полетел вниз. Падение с восьмиметровой высоты не представляло никаких проблем.

Он пробирался вперёд, стараясь держаться в тени нависающих стен. Многие здания поросли буддлеей — неистребимым городским сорняком. Но в отличии от периферийных районов, в Уйлипотвароше эти ползучие лианы были облагорожены, подстрижены и гармонично вписывались в пейзаж. Кальфу бежала по крышам, держась чуть впереди и отстреливая обнаруженных культистов.

На инструктаже сообщили, что колдун обладает суггестивными[2] способностями и может подчинять себе волю разумных существ. Оперативники церкви годами тренировали сопротивляемость к подобным воздействиям, но Каин не хотел рисковать. Тем более что его могла выдать идентификационная метка, которую имели все транслейтанские[3] вампиры — подготовленный маг почувствует её на расстоянии.

Где-то вдали раздавались выстрелы — в этом районе действовало ещё четверо оперативников, несколько взводов пехоты, часть аэромобильной роты и снайперы из тринадцатого отдела. Они зачистят территорию и отвлекут внимание на себя, позволив «Девятихвостому лису» сделать свою работу. Каину дали шанс проявить себя, провал недопустим.

На улицах лежали умирающие и мёртвые — часть гражданских не успели эвакуировать. В основном это были люди, но попадались также феи и пикси. Он то и дело натыкался на последствия применения магии или огнестрельного оружия; некоторых разорвали на части оборотни. Раненых мог бы спасти милосердный выстрел в голову, но Каин проходил мимо, не задерживаясь ни на секунду. Задание имело первостепенное значение.

Не было никаких терзаний и дилемм, свойственных недисциплинированным умам. Церковь воспитывала в своих адептах необходимую моральную твёрдость — все разумные существа должны страдать, чтобы выжить. Страдания одной души не имели значения, если это может спасти сотни других душ.

Искалеченная рука вцепилась в его ботинок. Каин отвлёкся, высвобождаясь из железной хватки умирающего, и пропустил момент, когда из-за угла появился первый противник.

Он медленно крался, вцепившись в автомат. Совсем молодой, почти мальчишка, и явно из необученных. Он замер на месте, едва встретившись взглядом с Каином. Гипнотический взгляд вампира легко подавлял волю слабых людей.

Каин бросился вперёд, обезоружил и сгрёб его в захват. Зажал ему рот ладонью, оттеснил к зданию и насадил на торчащий из стены штырь. Остриё вышло из живота, на землю закапала кровь. Каин держал умирающего, не давая ему возможности поднять тревогу.

Глупо было упускать такую возможность, трупы преступников всё равно сожгут. Он прокусил ему сонную артерию и начал торопливо глотать кровь.

Удар в бок отбросил его в сторону. Перекатившись, Каин встал на ноги. Напротив него замер оборотень-фелисид. Косматое чудовище встало на задние лапы и выпрямилось во весь рост, угрожающе нависая над ним. Отблески полуденного солнца играли на матово-чёрных когтях.

Он всё-таки совершил ошибку, поддавшись жажде, и позволил оборотню напасть. Каин вытащил ножи и приготовился к бою.