Чтение онлайн

Великое множество встреченных на жизненном пути подходящих людей не обеспечивает реализации потенциальных возможностей. А поскольку с немалой долей вероятности никто эту модель не оптимизирует сознательно, избирается нечто среднее, в результате чего целиком не получается ничего. Неудивительно, что прожитая жизнь, как достигнутый таким образом результат, может сильно не устраивать обладателя самой жизни. Сумбурно как-то получилось, но мне плевать. Все это только атавизмы и отрыжка прежней жизни.

Письмо

по e-mail

Феликс, привет!

Я уже здорова. Телом. С прежним периодом жизни покончено, и старые друзья свободны от меня. Снова прошла тот самый тест про крылья ангела. Ответ меня не очень-то и удивил:

«Итак… у вас сломанные и изорванные крылья. Вы были ангелом, которые пал с вершины, по тем или иным причинам. Возможно всему виной одна трагическая ошибка, но, так или иначе, вы безнадежны и несчастны. Вы не находите любви, понимания или счастья в себе. Большинство дней вы подавленны и чаще и чаще задаете себе вопрос, когда же прекратиться ваша боль. Вы тот, кого понимают немногие. Те, кто понимают вас, понимают, что вы тоже любите, пытаются помочь избавиться вам от боли. Вы живете в воспоминаниях о лучших временах и лучшем мире. Вы строги к себе, и слишком самокритичны. Чувствуя себя отвергнутым и исключенным, вы чувствительны, заботливы и ненавидите свою исчезающую сущность».

Почти каждую ночь я сижу на кровати, подобрав ноги и оцепенев. Иногда при этом я слушаю музыку, временами просто слушаю тишину. В такие часы мне ничего больше не надо: ни книг, ни еды, ни воды. Сидеть и размышлять обо всем. О том, что хотелось похоронить и спрятать глубоко под землей, и снова о том, что уже невозможно и что мне надо вернуться назад, а то так я подохну раньше назначенного Хозяином срока. Сдохну от ужаса, отчаяния, ярости и безысходной тоски.

Я сделалась намного умней и стала сильней. Я вспомнила о себе все — кто я и зачем. Цена за жизнь оказалась очень высокой. Но я улыбаюсь, я теперь сильная. И очень умная. Прошло время, и я привыкла к себе в новом качестве. Я не знаю, зачем и почему пишу тебе все эти строки, ведь ты, наверное, ждешь чего-то хорошего от этого моего послания. Как бы я хотела, чтобы ты был рядом, здесь, сейчас, со мной. Или хотя бы переписка, общение… но это все уже совсем не то. И не о том. Физически ты далеко, обидно — нас разделяют сотни километров. Мы не сможем быть вместе, и даже не сможем общаться и переписываться между собой.

Так уж случилось, что наше совместное существование обязательно приведет к гибели другого. Я это знаю абсолютно точно, и тут уж нет никаких вариантов. Информация исходит от Того, Кто Знает, и ни ты, ни я не в силах ничего тут изменить. Забудь меня, найди себе хорошую девушку, женись на ней, заведите детей… Я прошу только об одном — не забывай насовсем. Храни меня в своей памяти и тогда, когда холодный зимний ветер срывает с деревьев последние оставшиеся листья, вспоминай меня, ладно?

Как думаешь, я смогу жить в твоей памяти?

Но ты никогда

не получишь и не прочитаешь этого письма. Может быть какое-то другое, но не это и не сейчас, потом.

Это я — Рыжая Хельга.

Конец письма (неотправленного)

Возможно, какие-то детали я перепутал и пропустил. Что-то мог просто забыть, давно уж все это было. Память — ненадежный свидетель и плохой партнер, однако суть, атмосфера и мои тогдашние чувства переданы верно. Но иногда, очень редко, когда вьюжными зимними вечерами я сижу перед своим теплым камином, мне вдруг начинает казаться, что никакой рыжей Ольги-Хельги вообще не существовало. Никогда. Не было в этой реальности. Никто меня не спасал в Питере и не писал мне увлекательных сообщений, а все эти воспоминания — лишь ложная прихоть разума, причудливая игра моего больного мозга и нездорового воображения. Фантазии, видения, глюки. Надо в этом признаться себе, и заставить себя сделать такие признания наиболее честными. Однако недавно я получил письмо на свой рабочий компьютер от какого-то анонимного и реально несуществующего отправителя. Там есть до боли знакомые фразы, которые позволяют мне верить в то, что я все-таки очень хорошо знаю автора письма.

Письмо по e-mail

Живи, но не мешай жить другим. Не порть людям жизнь своим недовольным видом и брюзжанием по поводу и без повода, и своим вмешательством в чужие судьбы.

Твоя жизнь на этом не кончена, и никому не интересно, что у тебя творится в душе. Поэтому — улыбайся, слышишь?

Когда у тебя на глазах слезы и когда тебе трудно дышать. Улыбайся.

Когда тебе хочется плакать и реветь от горя и смертной тоски. Улыбайся.

Когда твоя душа разрывается на части, а разум тонет в море безумия. Улыбайся.

Когда боль пожирает тебя изнутри, и уже не осталось никакой силы терпеть. Улыбайся.

И пусть на твоем лице всегда играет улыбка победителя, прошедшего Ад. Улыбайся, и даже не думай о том, что ты слабый. Потому что ты обязан быть сильным. Несмотря ни на что.

Конец письма

Вот и все. Теперь действительно все. Вычеркивать людей из своей жизни надо черным маркером, а не простым карандашиком, надеясь, что в любой момент можно где-нибудь найти ластик.

А что я? Ничего. Я же наблюдатель, не вмешивающийся в происходящие события случайный прохожий, не более того. Созерцатель. Турист, путешествующий по новым для себя местам. Скоро мое время здесь закончится, и я уйду куда-то дальше, в другие реальности. Но если вы все же прочли этот текст и хоть что-нибудь тут поняли, то извините и простите меня, пожалуйста.

Москва — Санкт-Петербург — Москва

200* г.