Чтение онлайн

Кристина

Не знаю, что было хуже — жестокость, развернувшаяся на моих глазах, или тот факт, что публика поощряла эту жестокость. Испытывая отвращение, я наблюдала за тем, как Хан, Магни и зрители под нами подначивали Боулдера убить человека,

застрявшего в цепком захвате его ног.

Мое сердце билось так быстро, что я была на грани сердечного приступа. Это было безумием, я должна была что-то сделать. Как можно громче я закричала, чтобы Боулдер проявил милосердие, удостоившись рассерженных взглядов от Магни и Хана.

— Зачем ты это сделала? — раздраженно спросил меня Хан, когда Боулдер отпустил своего противника.

— Я не хочу, чтобы Боулдер стал убийцей.

По тому, как они оба подняли брови, было несложно догадаться, что он уже это делал.

— Он раньше убивал, да? — спросила я шепотом, потому что часть меня не хотела этого знать.

Хан поджал губы и, казалось, обдумывал свой ответ.

— Я позволю Боулдеру самому ответить на этот вопрос. А пока давайте порадуемся, что победители выбраны, и сегодня вечером ты сможешь выбрать своего чемпиона.

— Вот только Боулдера жаль, — рассеянно сказал Магни и махнул рукой кому-то из своих знакомых внизу.

— А что с Боулдером? — спросила я.

— Думаю, он сломал руку. А это значит, что теперь у тебя только четыре кандидата на выбор.

— Почему? — спросила я, слегка запаниковав. Я уже привыкла к Боулдеру и не хотела видеть в своей комнате другого здоровяка.

Магни покачал головой, глянув на меня.

— Ты не можешь выбрать защитника со сломанной рукой. Это же так очевидно, черт возьми.

— Разве у вас нет костных ускорителей?

— Есть, но ему все равно потребуется не меньше недели, чтобы поправиться.

Я промолчала и приберегла свои вопросы для Боулдера, который пришел в мою комнату сразу после того, как его осмотрел врач.

— Насколько все серьезно? — спросила я, кивнув на его руку.

Его рука была покрыта синим аэрозолем от ускорителя, как у нас дома.

— Сломана, — угрюмо отозвался он.

— Мне очень жаль.

Он пожал плечами.

— Это не твоя вина.

— Такое чувство, что моя. Ты простишь меня? — спросила я со смирением, которому меня учили с раннего детства. — Хотя я и не нанесла тебе этой травмы лично, боюсь, что именно мое опрометчивое решение отправиться в это путешествие добровольцем привело к такому результату и в конечном счете к твоим страданиям. Прими мои глубочайшие извинения. — Я склонила голову и стала ждать его прощения.

Когда от него не последовало ответа, я подняла голову.

— Ты закончила? — раздраженно спросил он.

— Закончила?

— Да, с этой девчачьей деликатной херней.

Я дрался с отморозком, и он сломал мне руку. Ты не имеешь к этому никакого отношения, так что твои извинения раздражают меня до чертиков.

— Прости, — сказала я, озадаченная его враждебностью.

— Кончай с этим, Кристина, я же просил тебя не извиняться. Клянусь, если ты не прекратишь, я заткну тебе рот правой рукой.

— Заткнешь мне рот? — ахнула я.

— Ага, чтоб мне не пришлось выслушивать твой бред.

— Я пыталась быть вежливой.

Боулдер закатил глаза.

— Если бы ты хотела быть вежливой, то могла бы сказать мне, что я храбро сражался, или как ты ценишь то, что я убрал этого гребаного садиста из Игр, чтобы ты не имела с ним дел.

— Думаешь, он был садистом? — спросила я. — Ты чуть не убил его.

— Разумеется. Если бы я этого не сделал, он бы убил меня. И поверь, он бы сделал это с удовольствием, потратив время, чтобы сначала переломать все кости в моем теле.

Мои глаза наполнились слезами.

— Это ужасно. Такого человека надо задержать и помочь ему. Наверняка, у него психическое расстройство.

— Нет, он просто подлый ублюдок. Плюс ко всему он один из самых высокопоставленных сотрудников полиции в Северных землях.

Я была ошарашена.

— Что? — спросил он.

— Ничего, я просто не знала, что у вас до сих пор есть полиция.

— Конечно, есть. А у вас?

— Усмирители.

Его приподнятые брови подсказали мне, что он ждет от меня уточнения.

— Усмирители специально обучены успокаивать людей, когда те не в себе. Если кто-то срывается и проявляет агрессию, команда усмирителей быстро забирает этого человека, не применяя насильственных методов, и доставляет в безопасное место.

— В тюрьму?

— Нет, в место для размышлений. У нас нет тюрем, Боулдер. Вместо них у нас есть прекрасные места, которые напоминают отели с зелеными садами и вежливым персоналом, чтобы помочь им найти внутренний покой.

Он фыркнул.

— Само собой, но могут ли они оттуда уехать?

— Нет, пока не будут признаны безобидными для себя и окружающих.

— Значит, это тюрьма, замаскированная под гостиницу?

— Это место для размышлений, — настаивала я.

Он усмехнулся и снова закатил глаза.

— Хорошее слово для психиатрической лечебницы.

Я вздохнула, устав от его упрямства.

— Дело в том, что у нас нет полицейских.

— Потому что вы все — кучка промытых мозгов, как болванчики качающих головами и живущих в волшебной стране.

— По крайней мере, мы не убиваем друг друга из-за денег, — тихо прошипела я и тут же закрыла рот обеими руками.

Боулдер нахмурился и посмотрел на мои руки.

— Что случилось?

— Я зашипела на тебя, — сказала я.

— Ну и что?