Чтение онлайн

– Я бы так не сказал. – Михаил Соломонович покачал головой. – Вы на неверном пути, если недооцениваете наших новых знакомых. Я бы предостерег вас от подобных суждений.

– Да ладно, Химель, – буркнул механик, – у тебя вечно опасения какие-то…

– Возможно, – согласился Михаил Соломонович. – У меня предложение, давайте прекратим эту беспредметную дискуссию и пройдем наконец в комнату с обзором.

– Давайте, – согласился Байрам Камаль, – ведите.

Следом за доктором все направились в большую комнату. Одна стена ее представляла собой иллюминатор, в который можно было наблюдать и холодные звезды, и краешек яркого солнца, затемненного светофильтрами, и огромный

голубой бок планеты. Зрелище отсюда открывалось необыкновенное, что и говорить. Даже на привычных к космическим пейзажам астронавтов оно произвело впечатление.

Здесь доктор Химель продолжил свой рассказ:

– По словам одного из аурелиан, а я не уверен, что он не ввел меня намеренно в заблуждение, ретлианцы также владеют мощными технологиями. На создание аурелианами здешних чудовищ они ответили адекватно. Благодаря мощнейшим телепатическим устройствам, волны которых проникают в сознание и вызывают, как бы это точнее сказать, помехи в мыслительных процессах, часть животных сделалась совершенно неуправляемой. А часть даже переметнулась на службу к ретлианцам. Впрочем, об этом я уже упоминал. Получив доступ к животным, ретлианцы решили внести изменения в их геном. Собственно, борьба идет постоянно, и несчастные твари просто не знают, к кому прибиться…

– Теперь понятно, в какой переплет мы попали. – Байрам Камаль сжал кулаки. – Наверное, они приняли нас за врагов. Потому и запускали в нас свои ракеты. Хотели уничтожить очередной паучий объект. И чуть не уничтожили нас. И с психологическим фактором тоже все понятно. Не понимаю я только одного. Чего они так вцепились в эту планету? Насчет магнитных полей – это чушь, по-моему. Разве с их совершенными технологиями они не могут придумать что-нибудь такое, чтобы эти поля обойти?

– Магнитные поля – только маяк, – пояснил Михаил Соломонович. – Пространство искривляется звездой так, что только в ограниченной сфере вокруг нее возможен процесс дальней телепортации. И именно в этой сфере лежит орбита Заповедника. А военную базу, согласитесь, гораздо удобнее создавать на планете, а не в открытом космосе. Ретлианцы делают ставку на Заповедник. Собираются начать отсюда военную экспансию ближайшего космоса, захват всей звездной системы, – Химель пожал плечами, – так, по крайней мере, говорят аурелиане.

– И нам остается им верить, – сказал Кияшов. – Когда идет война, всегда приходится принимать чью-то сторону. Голосуем. Я за аурелиан.

– Дались вам эти хвостатые. – Яловега растянул рот в усмешке. – По мне, так паучки посимпатичнее будут.

– А вы их видели? – спросил Антон.

– Нет, но Химель их так красочно описывал, что я прямо загорелся желанием познакомиться с ними.

– Может, и познакомитесь еще, – сказала Инна. – Вы, Яловега, просто не представляете, какое омерзение они вызывают у нормального человека.

– Вот и посмотрю, – хмыкнул механик.

– А Новицкий куда делся? – поинтересовался Сумароков. – Я что-то не пойму… Он с пауками заодно, да? Или с хвостатыми? То есть… – пилот испуганно огляделся кругом, опасаясь, что его слышат инопланетяне. – То есть с аурелианами.

– Не то чтобы он был заодно с ретлианцами, – ответил Химель, – просто мы нашли их тайный склад… И Новицкому не повезло, он попал под действие их телепатического излучателя. Я думаю, он выполнял команды, которые давали ему ретлианцы.

– Но молоко сфицерапсов… – вмешался Делакорнов. – Вы, кажется, говорили, что оно делает из человека аурелианина? Все время путаю эти названия…

– Не то чтобы молоко делало из одного существа другое… У того, кто им питается, выявляются скрытые резервы организма. Модифицируются

гены… Я так понимаю, и над сфицерапсами хорошо поработали. И чьим командам подчинялись те, что нас унесли, – не вполне ясно. Возможно, сохраняя генетическую память аурелиан, «работали» они на ретлианцев. А уж аппарат по телепортации точно принадлежал им. И доставил Новицкого на одну из ретлианских баз. Новицкий под воздействием молока не превратился в «хвостатого». Но он стал восприимчив к телепатическим излучениям и, по-моему, даже понимал язык пауков. Хотя этот язык очень сложен, состоит из жестов и определенных цветовых модуляций специального органа, который я, рассказывая вам о ретлианцах, называл шишкой.

– Все смешалось в доме Облонских, – прокомментировал Сумароков и добавил: – Я видел одну стереопостановку, так там герой все время повторял эту фразу.

– Только не приплетай сюда еще и каких-то Обломских! – возмутился Кияшов. – И так ничего не понятно! У меня крыша уже едет от всего, что нам тут доктор понарассказал. Михаил Соломонович, и как это у вас только столько всего в голове помещается?

Химель пожал плечами.

– Стало быть, Новицкий свой выбор сделал, – криво усмехнулся Яловега. – Сейчас небось с паучихами обнимается и водку их местную хлещет. Он всегда был алкоголиком страшным. Только о спиртяге и помышлял.

– Судя по тому, что мы услышали, – сурово возразил Байрам Камаль, – выбора у него не было. – Да и вообще – посмотрел бы я на тебя, Яловега, как бы ты без еды неделю продержался! Да и обниматься с пауками – занятие малоприятное…

– А я что? Я ничего… – потупился механик.

Все замолчали. Общую мысль озвучил Сумароков.

– Вы не боитесь, что у нас тоже нет выбора?! Может, они нас сюда привезли, чтобы превратить в таких же хвостатых. – Коля даже заскулил от страха. – Точно, так оно, наверное, и есть… И тут не дикие сфицерапсы и прочие всякие твари ползучие – тут продвинутые биотехнологии, от которых нам не спастись!

– Молчать! – Разведчик смерил Сумарокова суровым взглядом. – Безвыходных ситуаций не бывает. Бывают безвольные, слабые люди. Будем принимать решения в соответствии с обстановкой. Рано нам еще нюни распускать. Давайте-ка лучше обсудим, кто и что думает по поводу услышанного…

– Чего тут думать, двигать отсюда надо! – заявил Яловега. – Не знаю, как вы, – он покосился на Кияшова, – а я не хочу стать хвостатым!

– Друзья мои, успокойтесь, судя по тому, что я видел, вряд ли у них такие жестокие планы в отношении нас, – сказал Химель. – Скорее всего, в их задачу сейчас действительно входит избавление нас от болезнетворного вируса, вызывающего психологическую подавленность и некоторые побочные эффекты. Ну и заодно, конечно, изучить нас, узнать, что мы за вид такой – люди. Ведь с землянами, насколько я понимаю, они столкнулись впервые.

– Вот именно. И хотят найти эффективный способ борьбы с представителями нашего вида, – заметил Байрам. – Мне сразу это в голову пришло. Зачем им еще шесть хвостатых? Информация, которую мы несем в себе, как представители неизвестного им биологического вида, куда ценнее.

– Да-а-а, – протянул Антон, – попали! Нет, надо нам самим что-то предпринимать. Правильно Яловега говорит. Меня вот еще что интересует… Тот хвостатый, который в пирамиде сидел, – он-то кто? Доктор говорит, что отступник. Стало быть, помогает ретлианцам? Но зачем им сумасшедший помощник? Который все время несет какую-то ахинею? Я властелин этого мира, я властелин этого мира… – передразнил он хвостатого. – И почему его пытались ракетами накрыть, но стреляли при этом не прямой наводкой по пирамиде, а клали ракеты над подземными ходами…