Чтение онлайн

– Тогда ясно! – Сумароков шмыгнул носом. – Мы, земляне, – лучшие! Кто бы там ни поднимал хвосты и шишками ни мигал…

Принцесса с неудовольствием покосилась на пилота.

– Тоже нашелся видист-гуманист! – фыркнула Инна.

Видист означало почти то же, что и расист. Видист-гуманист – так уничижительно называли узколобого человека, которому и гордиться больше нечем, как только принадлежностью к своему виду. Если расисты и нацисты гордились принадлежностью к расе и к нации, видисты гордились тем, что они люди, и считали других

разумных существ неполноценными.

– Да нет, я что, – смутился Сумароков. – Просто приятно, когда понимаешь, что тоже не из глухой деревни на окраине Галактики, а представитель развитой цивилизации…

– Недоразвитый представитель развитой цивилизации. – Яловега оскалился и взмахнул «разводным ключом».

Коридор, по которому передвигались люди, разделился на три. Два вели вниз, один шел горизонтально к поверхности.

– В прошлый раз мы пришли оттуда. – Химель ткнул в правый проход. – Точно помню. Я вон за тот угол зацепился и плечо ушиб.

– Значит, пошли прямо, – предложил Кияшов. – Нам в то машинное отделение, где свет отключается, не нужно. Да там уже и охрану, наверное, выставили. И углубляться тоже ни к чему. А вот средний коридорчик, по-моему, в сторону батареи идет, откуда по нашему кораблю палили.

– Да, пойдем туда, – кивнул Антон. – Углубляться действительно не стоит. Нужно держаться ближе к поверхности.

– Значит, боишься все-таки, что базу потопят? – спросил Яловега. – Я предупреждал…

– Ничего я не боюсь, – буркнул Антон, – просто головой думаю… А вот вы…

Договорить он не успел. Справа послышался топот множества ног, и в следующее мгновение из коридора, ведущего вниз, навстречу землянам выскочили несколько ретлианцев и Новицкий. При виде сбежавших пленников штурман буквально остолбенел.

Заминка вышла короткой. С яростным ревом Евграф Кондратьевич ринулся вперед и приложил одного из ретлианцев лопаткой под шишку. Второго вырубила има Галут. Принцесса действовала четко – ее руки и ноги работали как хорошо отлаженный механизм. Третий ретлианец напал на Яловегу, к пущему изумлению последнего. Толчок в грудь опрокинул механика на спину. Враг навис над ним, собираясь нанести новый удар, но Яловега выкинул перед собой руку с зажатым в ней «разводным ключом». Удар пришелся в нервный узел…

Новицкий отступал, выставив перед собой увесистые кулаки.

– Какая удача… – проворчал Евграф Кондратьевич, примеряясь, чтобы поточнее ударить штурмана лопаткой.

– Не бейте его! – выкрикнул Антон. – Он должен знать дорогу к машинному отделению, отвечающему за пушки!

– Что скажешь, Новицкий? – поинтересовался Кияшов. – Обладаешь ты такой информацией?

Штурман ничего не ответил, только зарычал от злости, обнажив ряд желтых зубов:

– Вам все равно отсюда не выбраться.

– Послушайте, Ян, – обратился к штурману доктор Химель, – посмотрите только, во что вы превратились. Вы же больны, Ян. Помогите нам, и мы поможем вам

выпутаться из этих чрезвычайных неприятностей.

– Молчать! – рыкнул Новицкий и остановился. Он подтянул по-кошачьи правую ступню и теперь стоял, покачиваясь с пятки на носок. – Молчать, низшие существа! Слушайте голос высшего разума. Вам пора возвращаться обратно, в клетку. В таком состоянии, да еще и на свободе, вы представляете опасность не только для Вселенной, но и для себя.

– Прямо-таки для Вселенной? – делано изумился Делакорнов.

– Да. Для существующего порядка вещей. Вернее, для того порядка, что должен существовать и рано или поздно воцарится на веки вечные.

– Он – ретлианец, – выдавила има Галут, – любые разговоры с ним – пустая трата времени. Его уже не исправить!

– А ты в курсе, что наши уже разведывательный корабль прислали, – крикнул Яловега, – это вам скоро кирдык, а не нам!

Глаза штурмана на мгновение расширились, в них загорелось пламя, но тут же погасло.

– Я ничем не могу вам помочь, низшие! А ваш корабль – не более чем досадная неприятность, которая будет устранена в ближайшее время. Мы выкорчуем заразу с этой планеты и приведем Галактику в должный вид!

В воздухе что-то свистнуло и попало Новицкому в лоб, над шишкой. Он взмахнул руками и часто заморгал. По полу покатился подшипник. Сумароков уже сжимал в руке следующий, изготовившись к броску.

– Молодец, Коля, – сказал Евграф Кондратьевич и кинулся на штурмана.

Новицкий действовал ловко, уклонился от нацеленной ему в голову лопатки и двинул Кияшова под дых.

– Хех-х-х, – выдохнул старпом и рухнул на колени.

Има Галут попыталась ударить Новицкого, но штурман перехватил ее кулак и, завернув руку принцессы за спину, закрылся ею, как щитом.

– Эй, ты, – сказал он Сумарокову, – брось дурить! Выгружай железки из карманов!

Коля посмотрел на своих товарищей, на скорчившегося на полу Евграфа Кондратьевича и послушно принялся выкидывать из карманов подшипники.

– Ну ты и гад! – неожиданно заорал Яловега, прыгая на штурмана. Первый удар «разводного ключа» пришелся по ключице аурелианской принцессы. Она жалобно закричала. Но крики ее мало трогали Яловегу. Второй удар угодил штурману в висок. Новицкий отпустил иму Галут, понимая, что от Яловега он ею не закроется, и отскочил назад. По виску у него текла струйка темной крови.

– Предатель! – прорычал Яловега.

Новицкий поднял руки, и «разводной ключ» врезался ему в локоть. Послышался хруст сломанной кости. От боли из глаз штурмана брызнули слезы.

– Говори, падла, как им пушки отключить! – рявкнул Яловега, прицеливаясь для нового удара. – Я сумасшедший, мне ничего делать нельзя! Но с тобой я поквитаюсь, сволочь!

– Хорошо-хорошо, – забормотал Новицкий, – погоди бить, дай…

Механик недослушал и еще раз от души приложил бывшего приятеля в височную долю.