Чтение онлайн

С прямоугольным "полотном", упрятанным с серую коробочку, кто-то поработал позже. Причем - несколько неумело, скорее - целенаправленная диверсия имела место быть: прибор испортили намеренно.

Кто, зачем здесь гадил, вопрос для Воронцова не стоял - "жених" с дипломом инженера расстарался. Наверняка знал, что дядюшка осерчает нешуточно, приедет разбираться... А с перепуганными отцами завсегда о сватовстве договориться легче...

Бросив на напрягшегося ловкача тяжелый взгляд, увидев, как расширились, тревожно замерцали зрачки, Воронцов мгновение раздумывал: врага я все равно заполучил, так стоит ли вновь

поднимать разборки?.. Дядя с племянником всегда договорятся, а гаденыш, судя по всему, попался мстительный. Не дай бог на Диане или Гамлете отыграется.

Подбросил на ладони плату, кивнул:

– Наверное, роняли, отпаялось кое-что. Сейчас исправлю.

Вернувшись в кабинет, Захар застал в нем мирную картину: наполненные коньячные бокалы в трясущихся руках хозяина и двух его уверенных гостей (оглушенный амбал, видать, берег здоровье трезвостью, но хмурился на Воронцова многообещающе, не исключено - глуп был, позабыл, кому обязан легкими ушибами). Надтреснутым от пережитого волнения голосом, Гамлет Давидович громко распинался о достоинствах работника:

– А уж как Захар с теми бугаями из сервиса расправился! Просто праздник! Прямо - телевизор, бой претендентов!

– Телевизор, говоришь?
– задумчиво разглядывая Воронцова, вытягивая губы дудкой, говорил гость Магомет. Судя по всему услышанному, раньше все "сочиненные игрушки" хитрый армянин приписывал себе и важно пыжился ученостью. О бойцовых способностях подмастерья не заикался вовсе...

Воронцов с неудовольствием поморщился:

– Получите. Работает, - скользящим толчком ладони отправил по гладкой столешнице коробочку. Серый прямоугольник метко воткнулась в кончики пальцев заказчика.
– Я могу идти?

– Иди. Пока.

Минут двадцать Захар мрачно сидел за прилавком. Из кабинета доносились громкие выкрики подвыпившего Амбарцумяна. Наконц-то гости двинулись на выход.

– Чао, чепушила, - глумливо попрощался инженер Маратка.
– Скоро свидимся.

– Багаж заберите, - скосив глаза в угол, где продолжал отдыхать неандерталец, буркнул Воронцов.

Племянник босса переадресовал напоминание о бесчувственном грузе верзиле в пиджаке. Напевая что-то демонстративно и неразборчиво, сбежал с крыльца: Воронцов видел в окно, как окружившие племянника хозяина охранники оживились, мозгляк Марат их по широченным плечам снисходительно охлопывал.

"Фигляр, придурок, но опасный", - подумал Воронцов.

Из кабинета важно выплыл Магомет Хасанович.

– Ну..., Гамлет..., мы обо всем договорились...

– Я слово дал!
– напыщенно воскликнул Амбарцумян.
– Мужчина слов на ветер не бросает!

Сердце подмастерья сжалось: "О чем? О чем они договорились?!"

Помня обо всем, что с ним происходит, Захар - не исключено!
– мог бы даже заставить себя ОТКАЗАТЬСЯ от любимой!

Ради ее блага. Рассуждая о порядочности. Думая о детях, рожденных от "заглючившего телевизора"!

Но Марат... Такого мужа Диана не заслужила. Это не мужик - проклятие. Глиста с дипломом инженера.

Получится ли уговорить Диану и Гамлета уехать из города?!

Признаться, что работал

за краюху хлеба, имея в иноземных банках миллионы. Чтобы поверили, набить баксами рюкзак, чемодан, фургон грузовика: сманить, увезти...

А дальше? Будь, что будет, главное - семья обеспечена?

Будь ты проклята - НАУКА!!

Нетрезво пошатываясь, Гамлет Давидович выбрал в стопке, висящих на крючке объявлений предупреждение "Мастерская закрыта по техническим причинам", пришпилил его к дверному стеклу. Повернулся к Воронцову.

– Захар, - сказал значительно, - нам надо поговорить. Немедленно.

И пошел к кабинету. С видом человека, собравшегося дать нагоняй нерадивому работнику.

Работник шумно вздохнул - разборки с выпившим (прилюдно перетрусившим) начальством испытание не для слабонервных: могут-с отыграться и пары спустить на стрелочника, могут достать второй стакан для слушателя и до самого вечера топить в коньяке унижение, сетовать на суку-жизнь.

Объявлять Воронцову о решении выдать дочь замуж за племянника "солидного человека", вроде бы нет повода - Захар не родственник, не друг, он - подчиненный.

А это обнадеживает. Вероятно, предстоящий разговор пойдет по одному из первых двух сценариев. Возможен симбиоз, как в неком фильме: "Вначале намечались танцы, затем аресты. Потом решили совместить".

Воронцов зашел в кабинет: странно задумчивый Гамлет сидел за письменным столом, глядел не на вошедшего, а на серую коробочку перед собой. Тихонько постукивал по ней коротким волосатым пальцем.

– Ты меня подвел, Захар, - не поднимая глаз на подмастерья, проговорил с чрезмерно искренней, тягучей печалью.
– И не только меня. Но и других людей.
– Поднял голову, взглянул на работника, как поп на нераскаявшегося грешника.
– Нехорошо обманывать, Захар. Нехорошо.

Воронцов слегка опешил, недоверчиво нахмурился:

– Не понял. В чем я обманул?

– А вот в этом, - короткий палец отчетливо постукал ногтем по коробочке: - "Игрушка" не падала на пол, Захар. И в этом я согласен с Маратом. Если бы прибор роняли, на корпусе остались бы отметины... Но здесь - нет ни единого следа падения. Ты просто небрежно "слепил" прибор и он отказался работать в самый ответственный момент.

– "Ответственный момент"..., как я понимаю, наступил...., когда ваш "хороший приятель" торопился из своего сейфа документы достать?
– насмешливо уточнил работник.

За время тягучего назидательного монолога Амбарцумяна, Захар успел подумать о многом. О том, что зря не заложил гаденыша Марата, а вот теперь менять что-либо поздно: Воронцов сам, своими руками уничтожил, исправил доказательства. Гаденыш это понял и бил наверняка. И начинать бодягу заново бессмысленно: сейчас уже никто не поверит, только наткнешься на лишние обвинения - теперь в попытке оболгать "отличного парня-инженера". Подумал о том, что кто-то из двух "приятелей" брешет, словно сивый мерин: либо Магомет использует Амбарцумяна втемную, и тот сейчас на голубом глазу бормочет об "ответственном моменте", либо сам Гамлет элементарно валит с больной головы на здоровую, пытается заставить подмастерье страшную вину почувствовать...