Записки автора. Том IV

Волчий вой на луну,

Как песчаный мотив,

Прямо в высь без границ,

Ты один на весь мир.

Но в безумную ночь,

Одиночество прочь

Прогони, не терпи,

Это вся твоя жизнь.

Каждый шаг за версту,

Как мотив на ветру,

Твое право вершить

Выбор и ряд причин,

Что потом и зачем,

Как пройдет этот день,

Как дожить

до утра

И за что с вечера

Тосковать и грустить,

Но кому тебе жить,

Без притворства и лжи,

В ожидании сказки.

Не оставляй

Одного в тишине

Ведь так просто упасть

В пасть безумной тоске,

Когда ты в темноте

Без надежды на счастье,

Когда есть в пустоте

Лишь оттенок ненастья.

Жажда жить и страдать

Так ли много нам нужно,

Чтобы день ото дня

Разрушаться упруго

С каждой ночью и болью,

Что укроет зимой,

Как тепло одеяло

В беспросветности жизни.

Тихо-тихо и грустно

Зазвенит средь ночи

Заунывная песнь

Одинокой тоски.

Ведь ушла навсегда

И ушли мои сны,

Как покой и желанья

Вновь открыть свои дни.

Буря небо наше кроет,

Словно дождь средь бела дня,

Словно в подвенечном платье

Распустилась фата,

Словно свет очей прекрасных

Затушил лесной пожар

И в ночи не согревает

Ни одно из одеял.

Словно занавес закрыл

День, и ночь, прилив, отлив,

Словно волны прошумели

Средь дней давней поры.

Грохот, шторм, тревога душит

И кручина кроет сердце,

Но средь туч сверкнёт ведь пуще

Новый луч грозы колючей.

И пора шумливо жгуча

До холодного горюча

И она уйдёт, как время,

Что было у нас в конверте.

В небе я себя нашел,

В чистом и безбрежном,

В нем светло и так легко,

Так по жизни вешне.

В звоне листьев и травы,

В шелесте просторном

Я нашел отраду дней,

С ними лишь привольней.

Среди ночи и средь тьмы,

Словно в кофе черном,

Я нашел тоски призыв,

Чтобы были думы.

Среди занавес, тумана,

Среди новостей

Я нашел печаль участья,

Лучше все ж без тех.

И

от них бы в лес,

На речку, да в густую муть,

Среди кустьев камышовых,

Где живёт июль,

Где гнездятся в лето птицы,

Где живёт утка,

Где ее крикливы дети

И кишит кишмя,

Как в болоте, но потише

Лягушиный рай,

Но за то нет этих мыслей

И людски глаза

Не прознают, словно вилы,

Не прожгут дыры,

Не увидят в идеале

Неказисты "минусы".

Лучше б в лес,

По жгучи елки,

По кусачи шипы

На крапиву, на шиповник

Да по белый гриб.

Лучше среди выси звонкой

Я себя найду

И среди еловых лапок

Навек сохраню.

Полночь. Тишина.

Июльский цвет.

Вся улица преображена

И мажет фонаревый свет.

Тишь улочек и скверов

Там и тут. Поет негромко

Песнь любви пернатый друг.

Он наших чувств свидетель и хранитель.

А мы, как дети юные

Глупы, наивны,

Но как иначе быть?

Любить и видеть

Каждый день черты и плюсы,

Не замечая в лоб где минусы,

Менять чертою вверх и навсегда

Забыть обидные слова.

Быть может и не дети мы,

Наивности закинули подальше сор,

Как вышли навсегда из ворот ссор,

Чтобы не мучить родных чувства.

Ведь нет клинка острее и колюче,

Чем тот, что из руки родного,

Нет слов больнее и обид горюче,

Чем от сердца, что значит больше,

Чем чувства собственного я,

Чем радость всех чудес на свете,

Чем жить и понимать, что ты

Есть ты и лучшее на свете,

Что может быть в твоей судьбе,

Но толковать такие догмы

Не данность и не каждому нужно,

Ведь путь – дорога одних ног.

Пройди ее своим нутром

И всё поймёшь, как было нужно.

Быть может тогда ворох слов

Ты соберёшь, как прежни чувства.

Играют огоньки

Узоры озорные

Мерцают и в ночи

Блестят, как заводные

Гирлянды, мишура,

Игрушки мягко плюша,

Ажурные снежинки

Кружатся в хоровод.

Приходит с боем стрелок