Шрифт:
Рейс Москва-Красноярск подходил к своему логическому завершению. До посадки оставалось буквально каких-то 30 минут. В салоне включили свет. Командир объявил пассажирам расчетное время прибытия и температуру воздуха в аэропорту Емельяново, а также сообщил, что через 5 минут приступает к снижению. Стюардессы попросили всех привести спинки кресел в вертикальное положение и пристегнуть привязные ремни. Экипаж связался с "подходом":
– 3941, снижайтесь ко второму 600, – разрешил
– 600 ко второму, – подтвердил командир, Артём Борисович.
– Что-то с прямой не дали, – обратился он ко второму пилоту, Олегу Николаевичу. – Может есть кто на кругу?
– Да вроде тишина в эфире. Ладно, что гадать, им там виднее.
Артём Борисович прибрал обороты двигателей и штурвалом опустил нос самолёта.
– 3941?
– На связи 3941.
– В районе полосы облачность низкая, сплошняком стоит, полчаса назад ветром нанесло, а сейчас он стих, похоже надолго нависла. Видимость менее километра, высота нижнего края 50-100 метров, местами ниже, будете садиться или уйдете на запасной?
Командир и второй пилот переглянулись.
– Мы попробуем, "Красноярск-подход"; уйти никогда не поздно.
– Понял Вас, 3941, повнимательней, второй доложите.
– Доложу 3941.
– Блин, что за невезуха такая, словно специально кто подстроил. У меня знакомство сегодня с Катиными родителями, – печально произнёс Олег.
– Слышал свадьба у тебя скоро?
– Через 3 недели.
– Свадьба это хорошо. Ну, погоди расстраиваться, может сядем ещё, подлетим ближе, видно будет, – успокоил Артём Борисович.
Снизились ко второму 600 доложили, "подход" попросил экипаж сообщить траверз.
– 3941 на траверзе.
– Разрывы наблюдаете, 3941?
– Нет, не наблюдаем, словно "парное молоко" вокруг, видимости никакой.
– Понял Вас 3941, сохраняйте 600 к третьему, докладывайте каждый разворот.
– 600 сохраняем, третий доложим.
– Да…, – вздохнул командир – Не хотелось бы, ну да ладно.... Шасси выпустить, – скомандовал он.
– Выпущены, зеленые горят. Чуть добавили обороты.
– Закрылки.
– Выпущены.
– 3941 на третьем.
– К 4-ому 600 сохраняем, 3941.
– 600 сохраняем.
– И докладываем, 3941.
– 4-ый доложу.
– Блин, не видно ни черта, будем стрелки собирать.
– Соберем, командир, нужно сесть.
– Сесть- то сядем, вопрос – где?
– 3941 на 4-ом 600, к посадке готов.
– Удаление 12, 3941, полный штиль на курсе, на глиссаде посадку разрешаю.
– Разрешили 3941.
– Ну, Олег, подсказывай, повнимательнее только.
Пилоты сконцентрировались, командир на приборах, второй – в смотровое окно, ища полосу.
– Удаление 8,
Прошло несколько секунд.
– Ещё чуть правее.
Зазвенел дальний.
– Выше 10, левее 0,5.
– Хорошо идём.
– Полосу видишь?
– Пока нет.
Прозвенел ближний.
– На курсе, на глиссаде.
– Полоса?
– Не вижу, командир.
– Внимательней, Олег.
– Высота 70, удаление 700, на курсе на глиссаде. Видишь?
– Нет.
– Все, уходим, – Артём Борисович перевёл РУДы в положение «взлёт».
– Шасси убрать.
– Убраны, красные горят.
– Закрылки.
– Ноль.
– «Красноярск-подход», 3941 ушёл на 2-ой круг.
– 3941, к первому 600 занимайте, доложите.
– Первый доложу.
– 3941, повторный заход пробовать будете?
Артём Борисович взглянул на Олега, тот изобразил жалостливое лицо.
– Ладно попробуем ещё раз, но крайний, не получился – уходим на Абакан.
– Yes! – сжал кисть в кулак второй пилот.
– 3941 – да, повторим.
Но очередная попытка оказалась столь же безуспешной.
– Ну, не судьба тебе сегодня познакомиться с будущей тещей, – обратился Артём Борисович к Олегу.
– Не судьба, – задумчиво повторил тот.
Через 50 минут самолёт приземлился в Абакане, а в Емельяново как раз подул ветер, разгоняя облака. Пассажиров автобусами отправили в Красноярск, а экипаж поставили в план на завтра перегнать самолёт....
На рецепшен лётной гостиницы администратор, девушка лет 25, округлила свои серые, выразительные глаза, увидев аж 6 человек перед своей стойкой.
– Нам переночевать, вот путевки от дежурного по аэропорту, – протянул Олег, разглядывая ее.
Одета она была в серый, под цвет своих глаз, свитер крупной вязки с широкой круглой горловиной. «Похоже мужской», – подумал Олег. Рукава закатаны, а сам свитер был явно велик девушке. Каштановые волосы на голове собраны в пучок, но почему-то не с сзади, а сверху. «Мило так, необычно, словно по домашнему», – мелькнуло в голове пилота. Девушка располагала, а ещё казалось, что она будто бы замёрзла.
– Все хорошо?
– Все плохо, – с серьезным видом произнесла она, сердиться ей явно было не к лицу.
– Это почему? – улыбнулся Олег.
Она подняла на него свои серые глаза и не отвела. «Ух, ты, смелая какая», – ухмыльнулся про себя пилот, но убрал свой взгляд.
– Потому что у нас на даче родила соседская кошка, и мне нужно съездить ее покормить, а я провожусь сейчас с вашими путевками и потеряю время, стемнеет, а я плохо вожу по темноте, сменщица ещё опаздывает, вот почему.