Запах крови
Шрифт:
– Свиньи!!! – в сердцах воскликнул я. – Подобным тварям только в хлеву жить!
– Верно, – подтвердил вернувшийся Кретов и напомнил: – Микрофоны!
– Ах да! – спохватился я. – Чуть не забыл!
Действуя в строгом соответствии с инструкциями Ивана, я аккуратно вмонтировал одну «игрушку» в телефон, вторую – в стену, за секретером, замыл свежие пятна крови, натекшей из раны худого, сунул в карман первый подвернувшийся шприц и, заперев дверь, вместе с Витькой вышел из дома...
ГЛАВА 4
Поездка «в излюбленное место» обошлась без приключений. Нашу «восьмерку»
За три недели, истекшие с момента моего первого посещения бывшей автобазы, она значительно преобразилась. Исчезла половина превратившихся в металлолом грузовиков.
На освободившемся пространстве возникла стройплощадка: штабели кирпича, бетонные плиты, груда щебня, портативная бетономешалка, прочие строительные атрибуты... Ближе к воротам зияла глубокая яма под фундамент будущего здания автосервиса. Прежнее здание осталось в неприкосновенности. Очевидно, Кретов придерживался принципа: сперва построй новое, а уж потом ломай старое. Вот бы у кого поучиться российским горе-реформаторам!
Казбек под охраной Паши (Гена присматривал за воротами) находился в той самой комнате, где мы некогда допрашивали господина Синявского. С тех пор «мебели» в ней заметно прибавилось. У стены стояли широкая садовая скамья и четыре деревянных одежных шкафчика. В углу виднелась закопченная печка-«буржуйка». Слева от двери примостился небольшой трехногий столик.
– Рабочие здесь переодеваются, греются да обедают, – пояснил Кретов.
Я не отреагировал, с интересом разглядывая пришедшего в сознание Казбека. Связанный чеченец лежал на полу с заткнутым кляпом ртом и бешено таращил налитые кровью глаза. На физиономии «джигита» застыла звериная ненависть.
Молить о пощаде он, похоже, не собирался.
«Крепкий орешек! – мысленно отметил я. – Не будь в наличии «сыворотки» – намаялись бы с ним!» Повинуясь знаку Рептилии, Паша освободил пленника от кляпа. Тот незамедлительно изрыгнул поток страшных проклятий в наш адрес.
– Ты знаешь, что тебя ожидает? – терпеливо дождавшись, пока он выскажется, хладнокровно поинтересовался я.
– Знаю! – прорычал Казбек. – Пытать станете! Но даром время потратите! Хоть на мелкие кусочки порежьте – ничего не скажу!!!
– Скажешь, дружок! – заверил я. – Все выложишь как миленький! Без утайки.
В глазах «крепкого орешка» отразилось надменное презрение.
Я вынул из кармана коробочку, бережно достал одну ампулу, остальные положил на стол и наполнил шприц пентоналом.
Уразумев наконец суть происходящего, чеченец отчаянно завыл и забился в тщетных попытках разорвать веревки.
– Держите его! – крикнул я ребятам. Те немедленно оседлали «джигита». Рептилия уселся ему на голову, Паша – на ноги. Опустившись на корточки, я распорол ножом рукав рубахи Казбека, отыскал на обнаженной
По счастью, мои опасения не оправдались. «Джигит» не умер, а препарат подействовал не хуже, чем я ожидал. Возможно, даже лучше [38] .
По прошествии нескольких минут Казбек перестал сопротивляться. Лицо чеченца побелело, утратило выразительность. Голубые глаза опустели. Теперь пленник напоминал гипсового истукана.
– Ты хорошо знаешь господина Головлева? – включив заблаговременно припасенный миниатюрный магнитофон, задал вопрос я и, к величайшему своему удивлению, услышал безжизненное «да». Я оторопел, так как про хозяина «Омеги» спросил машинально, по инерции. Головлев был намечен к уничтожению в первую очередь и неотступно вертелся у меня в голове. Но я не надеялся получить от вахидовских боевиков сколько-нибудь ценную информацию о банкире. Откуда им, мелким сошкам, знать?
38
Это действительно было так. Героин, вступая во взаимодействие с психотропными препаратами, не только не уменьшает эффективность их влияния на человека, наоборот, увеличивает.
Казбековское же «да» в корне изменило план проведения допроса, первоначальный замысел которого сводился всего-навсего к прояснению общей картины положения дел в стане неприятеля.
– Выкладывай, что именновас связывает, – оправившись от изумления, потребовал я.
– В двадцатых числах сентября Аслан Алиевич поручил мне возглавить службу безопасности «Омеги». С тех пор я много дней почти неотлучно находился при Головлеве.
– Ну и как? Сильно реорганизовал систему охраны? – поинтересовался я.
– Нет. Ты все делал правильно. Но личный состав я заменил полностью. Нашими людьми.
– Чеченцами? – уточнил я.
– Да.
– Почему?
– Ненавижу русских свиней, – бесцветным голосом произнес Казбек. – Кроме того, тем, с кем тыработал, Головлев перестал доверять. По мнению банкира, у тебя могли сохраниться связи с кем-нибудь из них. Правда, я считал это абсолютной чепухой. Ты не верил в надежность своих сотрудников. Недаром понатыкал «жучков» в офисе и большую их часть – в комнате отдыха охраны.
– А ты не дурак, – похвалил я чеченца, прикурил сигарету и лениво полюбопытствовал: – Куда ж вы сплавили головлевских секьюрити? Выгнали взашей без объяснений?
Ответ Казбека меня ошарашил.
– Словосочетание «выгнали взашей» в данном случае не соответствует действительности, – мертвым голосом возразил он. – Мы убили русских свиней, предварительно подвергнув их разнообразным пыткам: загоняли иголки под ногти, вырезали органы, отпиливали ножевкой конечности, заживо сдирали кожу, поджаривали на медленном огне. Одного сварили в кипятке. Но, как я и предполагал, никто не смог указать твое подлинное местонахождение.