Западня
Шрифт:
Как только лифт пошел вниз, они сорвались с места и побежали к дальнему концу коридора, там было окно, через которое просматривалась улица.
Они подбежали вовремя. Мартин вышел из подъезда и неспешной походкой уважающего себя человека направился к своему раритетному автомобилю. Заведя мотор, он пропустил несколько машин, затем осторожно выехал на проезжую часть.
Когда он отъехал метров на пятьдесят, из ряда недорогих запыленных автомобильчиков, брошенных хозяевами у тротуаров, выехал видавший виды
— Ну вот и наш Теодор, — прокомментировал Джек.
— Надеюсь, у него все получится, — сказал Барнаби.
— Конечно, получится. Он произвел на меня хорошее впечатление. Пойдем погуляем, нам нужно кое-что обсудить.
Джек все еще не доверял стенам, в которых вполне могли быть упрятаны «жучки».
На улице Джек заговорил про странное поведение Мартина, который постоянно напоминает о карточках.
— Каждый день спрашивает о карточках. Не иначе как он ими поживиться собрался, а нас однозначно в расход записал.
— Ну, если вспомнить рассказ таксиста про трупы в реке, то все сходится, — согласился Барнаби. — Вот он и выпрашивает карточки «на время», пока дельце окончится.
— А потом и отдавать ничего не нужно, — подвел итог Джек. — И еще один вопрос — наши документы. Он про них даже не заикается.
— Значит, мы точно в «расходе» и документы нам ни к чему, — уверенно заявил Барнаби.
— Следовательно, пришло время уходить, пока мы не увязли. Предлагаю дождаться результатов от Теодора и тогда назначить срок.
— Заметано. А пока давай опять наведаемся к реке.
Джек согласился, и напарники, поймав такси, попросили покатать их по городу, а потом «случайно» решили взглянуть на реку. Когда машина поехала вдоль берега, Джек и Барнаби уже совершенно иными глазами стали смотреть на бывшее хранилище золотого запаса с его забором и затемненными, таившими опасность окнами.
После экскурсии они снова посетили ресторан, потом вернулись в номер, чтобы смотреть по TV-боксу спортивные состязания и бесконечные сериалы.
Разговаривать о делах было нельзя — боялись прослушки, а потому приходилось молчать или обмениваться короткими фразами.
Нервозность нарастала. Как там Теодор? Жив ли?
Наконец в двадцать минут одиннадцатого зазвонил диспикер.
— Слушаю, — ответил Джек.
— Это Теодор.
— Я понял.
— У меня все готово. Я довел его до дома. Подробности при встрече.
— Я понимаю. Мы вас ждем.
— Ну как он? — спросил Барнаби, когда Джек положил трубку.
— Едет к нам. Судя по голосу, у него есть что нам показать.
Примерно в одиннадцать часов в дверь постучали. Джек встал, чтобы открыть. Это был Теодор. Он улыбался, в руке его был небольшой кофр с аппаратурой.
— TV-бокс есть? — с ходу спросил он.
— Есть, — ответил Джек, — только сначала хотелось
— Ну как же — всегда с собой ношу. Сигареты и деспектор всегда со мной.
С этими словами Теодор раскрыл кофр и выудил прибор с раскладной рамкой. Затем включил его и приступил к проверке.
Пока он работал, Джек и Барнаби молчали.
Минут через пять Теодор отключил деспектор и сказал:
— Все чисто.
— Вот и отлично, — облегченно вздохнул Джек. — Теперь давайте смотреть, что вы там раскопали.
104
Теодор размотал кабель, чтобы соединить камеру с устаревшим TV-боксом.
— Модель, конечно, старая, — сказал он, — но думаю, все получится.
Детектив щелкнул кнопочкой на дистанционном пульте, и на экране побежали кадры видеоролика.
— Первая остановка после отъезда от вашего дома произошла через пятнадцать с небольшим минут — цифры в углу зафиксировали время до секунды. Мы с ним проехали два квартала и остановились возле еще одного доходного дома. Обратите внимание на это здание, оно очень похоже на ваше.
На экране было видно, как Мартин припарковал «Лондейл» и, выйдя из него, непринужденной походкой направился к подъезду.
Чуть погодя свою машину покинул и Теодор. Сыщик снимал крохотной камерой, при ходьбе экран слегка подпрыгивал. К лифту он подошел в тот момент, когда огоньки на сигнальной панели точно указали этаж, на который поднялась кабинка. Оказалось — восьмой.
Теодор вошел в соседний лифт и начал подниматься. Примерно на уровне пояса, где он держал в руке мини-камеру, на стенке лифта было написано «Сандра — дура».
Когда Теодор выходил из лифта, с ним едва не столкнулась спешившая куда-то дама. Она задела сыщика сумкой, и камера крупным планом зафиксировала на ней металлическую застежку.
— Поначалу я решил, что эта тетка заодно с Мартином и пытается «хвост» отрезать, — прокомментировал Теодор. — Но она была сама по себе.
Наконец сыщик поймал в объектив удаляющегося Мартина. Тот шел уверенно, не оборачиваясь, затем остановился возле одной из дверей и исчез в номере.
Экран стал сильно трястись.
— Это я спешил, — пояснил Теодор.
Крупным планом появилась дверь с номером 884 и рука Теодора, которой он прикрепил к двери микрофон на присоске.
Сразу стали слышны голоса. Голос Мартина был узнаваем, однако что он говорил, понять было трудно.
— Можно прогнать запись через специальную программу, — сказал Теодор. — Тогда качество улучшится.
Между тем на видеозаписи он делал что-то новое. В руке Теодора появилась тонкая спица, затем экран ненадолго погас, а когда снова засветился, Джек и Барнаби перестали что-то понимать.