Западня
Шрифт:
После этого у Роберта не осталось сомнений, по поводу того, откуда же у людей взялась улыбка, и чем она была раньше. Он впервые увидел это существо в профиль. Покатый лоб, крошечный, будто вдавленный, едва обозначенный нос, сильно выступающая вперед нижняя челюсть. В крошечных глазках этого существа светилась настоящая ненависть, точно такая же, что была в прищуренных глазах наемника-ветерана.
Когда патруль сделал еще несколько шагов вперед, существо по кошачьи зарычало, присело, как перед прыжком. Его правая, непропорционально длинная рука легла на рукоять ножа. Зажим
– Ах ты тварь! – Возмутился ветеран. – Рычать на меня вздумал?! Да если бы не я, то ты бы давно со своим вшивым племенем превратился в воспоминание.
Пристыдить дикаря не удалось. Да разве можно пристыдить зверя? Реагируя на тон разговора, которых иначе, как враждебным назвать было трудно, он только еще ниже припал к песку, выставив перед собой для удара нож.
– Ну ты посмотри на гада! – Изумился реакции подопечного ветеран, снимая с шеи свой импульсник. – А ты не вмешивайся, – приказал он молодому, который уже схватился за свое оружие, готовый стрелять в любой момент.
Не понятно почему, вряд ли абориген знал, что такое штурмовой импульсник, скорее всего сработали механизмы инкстинктов самосохранения, но дикарь не стал дожидаться, пока ветеран снимет оружие, а прыгнул вперед. Сверкнуло лезвие ножа. Истошный боевой крик резанул по ушам. Ветеран не растерялся, резко выбросил вперед правую ногу. Удар твердого каблука пришелся в грудную клетку дикарю. Он только охнув отлетел на несколько метров назад и тяжело рухнул на спину, с размаху ударившись при этом еще и о намокший песок. Соперники были явно в разных весовых категориях, и быстро окончившаяся схватка больше походила на избиение подростка, чем на настоящую драку.
Дикарь тяжело сел и судорожно пытался вдохнуть, но у него это получалось с большим трудом. Удар пришелся как раз туда, куда и следовало. По его груди тоненькими струйками стекала обыкновенная, алая кровь. Крупные осколки разбитых раковин торчали из кожи, но он даже не старался их достать. Остатки оборвавшегося ожерелья валялись тут же.
– Ну что, не нравиться? – Осведомился победитель, подбирая выроненный врагом нож.
Тот уже не рычал, только в смотрел полными ненависти глазами. Все же какие-то задатки интеллекта у этого существа присутствовали. Он не бросился повторно в драку и не стал спасаться бегством, как это сделал бы зверь. Он осознав свое поражение просто остался сидеть на песке, дожидаясь что же с ним будет дальше.
– Видишь, вот и все, а ты сразу стрелять. Пристрелить мы его всегда успеем, пусть лучше еще поработает на нас. Жалко, что они говорить не умеют, мы бы наверняка нашли бы с ними общий язык, но зато, почти все понимают, как собаки.
Он успокоился и уже не выглядел раздраженным. Виновник всех несчастий был счастливо найден и наказан. Как мало бывает нужно человеку, для того, чтобы почувствовать себя относительно комфортно.
– Ну все проваливай, – сказал старший патруля уже более доброжелательным тоном, указывая рукой на лес.
Абориген бросил на него затравленный взгляд и послушно поднялся на ноги. Несколько осколков раковин при этом упали и из ран опять брызнула кровь.
– Эй,
Роберт покрепче сжал свой плазмомет и навел его в грудь молодому наемнику. Того передернуло от неожиданности. Он резко развернулся в сторону джунглей ища глазами цель.
– Только не надо дергаться, – продолжал командовать Керон, – а то ляжете здесь все трое.
В подтверждение своих слов он выстрелил. Роберт не задумываясь поддержал его огнем. Несколько секунд у ног наемников испарялся песок, превращаясь в фиолетовые облачка, оставляющие после себя горьковатый привкус во рту.
– Хватит! – Крикнул старший патруля.
Предложенные аргументы его удовлетворили полностью и решение созрело само собой. Когда стихло эхо хлопков, он отбросил с сторону свой импульсник и слегка приподнял руки, как это уже делал не раз в своей жизни. Новичок все еще судорожно сжимал оружие, не зная что же следует сделать – сказывался недостаток опыта.
– Брось его, придурок, – скомандовал старший, – или ты захотел на небеса.
Тот наконец сообразил, что же от него хотят и далеко отбросил от себя оружие. Когда он это делал, маску страха на миг заменила гримасса брезгливости. На аборигена было вообще жалко смотреть. Мало того, что он в первый раз в жизни видел вспышки плазмы и как испаряется песок, хуже было то, что он не находил этому никакого объяснения.
– Чего вы хотите? – Спросил отплевавшись ветеран.
– А ты не хочешь сначала спросить кто мы такие? – Вопросом на вопрос ответил Керон.
– Ну кто вы такие я допустим себе немного представляю, как я думаю, нас погнали искать именно вас. Что же вы хотите?
– Поговорить надо, – сообщил Керон. – Много вопросов у меня накопилось, понимаешь?
– Конечно понимаю, – соврал ветеран.
– Тогда сделаем так, я хоть и люблю поговорить с приятным человеком, но я сильно не люблю неожиданности. Так что ты для начала сними свою сбрую и свяжи ею своего мальчишку, и эту обезьяну. Давай, шевелись, а то я сегодня еще ничего не ел и поэтому очень кровожадный.
Тот проворно принялся выполнять приказание, связав сначала своего напарника, а потом и ничего не соображающего жителя бескрайнего леса. Покончив с этим, он подал голос:
– Слушай, я предлагаю договориться. Мы же цивилизованные люди и всегда можем это сделать.
– Что ты предлагаешь.
– Я предлагаю всю информацию об этом месте, о системе слежения и о том, как от сюда можно выбраться, а взамен я хочу гарантий для себя и своего напарника. Это мартышку, если хочешь, забирай себе на память.
– Ладно, – согласился Керон, – если будешь вести себя хорошо, то ничего с вами не случиться. Посади их и сам стой спокойно. Твои условия приняты.
Керон выбрался из под прикрытия зарослей, предусмотрительно не прихватив с собой оружия.
– Не вздумай артачиться, – предупредил он, – я здесь не один.
– Я видел. Ветеран даже не думал сопротивляться и послушно стоял, пока Керон затягивал сзади ремни на его запястьях. Когда с мерами предосторожности было покончено, Керон забрал оружие, а Роберт выбрался на пляж.