Чтение онлайн

– Чё это было, товарищ прапорщик?
– удивленно спросил один из солдат.

– Чё было, чё было - шрапнель!!!
– пока я это говорил над лежащими немцами хлопнуло еще раз, и еще раз вскипела там земля.

– А это для надежности.
– прокомментировал я вторую шрапнель.

Все стихло, установилась гнетущая тишина. И вдруг - гул... невнятный, еле слышный... Пропал, возник снова. Явно гудят двигатели, и уже непрерывно, не затихая. Втроем пытаемся различить лязг гусениц. Через несколько минут к нам поднялся сержант и доложил, что с вышки наблюдают отход нескольких грузовых

машин в сторону запада. Выдохнули все разом. После этого на сердце у меня отлегло.

Посмотрев на солдат, сказал:

– Ну что орлы, теперь можно и артиллеристов проверить. Пошли!

На огневых уже кипела работа: подправляли ровики, подальше в лес оттаскивали гильзы и пустые ящики, к подбитым танкам отправилась группа красноармейцев.

– Богам войны наше уважение!

– Спасибо и вы помогли. Очень вовремя один танк на вас отвлекся!
– и утвердительно кивнув, добавил: - что контузило слегка?

– Да, под обрывом...

– Жаль остальная пехота уцелела, теперь снова жди их... Хуже нет чем ждать и догонять...

– Не угадал сержант, во-первых не уцелела - и махнув рукой в сторону реки, добавил - все там, и во-вторых, мои наблюдатели доложили, что сразу после боя, на запад ушла колонна машин.

– Вот это здорово, тогда можно перекусить. Приглашаем и вас к нашему столу...

Устроились недалеко от орудий на расстеленном брезенте. Костер не разводили, открыли консервы, порезали хлеб. Уже заканчивали, когда подошли посланные к подбитым танкам бойцы. Командир группы рассказал:

– ...Самый крупный кусок брони на месте взорвавшегося танка... не больше противогаза,- утверждал старший.- Воронка от снаряда... поместится свободно наш тягач вместе с орудием. Из танка с подбитой гусеницей взяли вот это, - младший сержант выложил трофеи на шинель: горсть коротких пистолетных патронов с выточкой на фланце, небольшую деталь цилиндрической формы с обрывком шланга, по всей вероятности датчик со щитка приборов. На панели фосфоресцирующие надписи на французском языке. Значит ли это, что подбитый танк французского производства? Или оснащен французскими приборами?

– А остальные танки чего не проверили?

– Люки закрыты...

– Документы есть?

– Обыскали тех, которых шрапнелью того...
– с этими словами он достал солдатские книжки.

По обрывкам документов, установили с грехом пополам, что танки принадлежали разведывательному батальону какой-то танковой дивизии. На месте её номера была рваная дыра, и наполовину он был залит кровью. В этот момент наш радист заорал дурным голосом:

– С тыла подходит неизвестная колонна!

– Взвод к бою!... внимание... противник с тыла! Второе орудие развернуть! Ориентир - левее тридцать большой кучи хвороста.

Стрелки показывали 16 часов 15 минут. На фоне леса перемещаются темно-серые силуэты. Я видел в бинокль лошадиные морды. Вот они исчезли ненадолго в складках местности, показался вновь. За ними стелется рыжей стеной пыль.

Сержант опустив бинокль уверенно объявляет:

– Наши!

Вскоре мимо нас на рысях прошли артиллерийские упряжки с орудиями и зарядными ящиками. Старший, увидев подбитую технику остановил колонну

и направился к нам.

Пока спешившийся командир шел к нам, спросил у Нефедова:

– Из твоей части?

– Не-е-е, у нас все орудия на мехтяге. Чужие это...

Подошедший представился:

– Командир второй батареи сто двадцать шестого противотанкового дивизиона старший лейтенант...

Звание определил по петлицам, а фамилия потонула в звуке неожиданного разрыва. Одновременно в колонне, кто-то из артиллеристов запоздало проорал:

– Воздух!

Замелькали шашки, и орудия с шиком, стремительно вошли в тень деревьев. От этого маневра часть маскировки не удержалась, много веток было потеряно. А "Хеншель" тем временем пересек маршрут движения колонны и ушел на восток, конечно же передав в свой штаб все увиденное. К комбату подбежал красноармеец:

– Люди там... бежали... попрятались,- он указал направление рукой.

– Люди? Кто они? Выяснить и доложить!

– Воздух!
– опять заорал наблюдатель.

Немецкий разведчик развернувшись, возвращался назад. А я, подняв к глазам бинокль, смотрел куда показывал красноармеец.

Во ржи была толпа людей, похоже, собираются удирать. Кто их спугнул - немец или красноармейцы?

Посланные бойцы их звали, махали руками, никакой реакции, наоборот они прибавили шаг. Солдаты бросились вдогонку.

Беглецы приведенные к единственному тягачу, были большей частью призывного возраста. Полуодеты, без всяких документов. На вопросы отвечают невразумительно. Только после как минимум десятиминутного опроса удалось установить, что все они из разных частей и подразделений - строили укрепления недалеко от границы. Когда немецкая артиллерия на рассвете обстреляла их шалаши они бросились кто куда, многие погибли.

Из-за всей этой суматохи, слава богу не дошло дело до документов. Отправив в тыл строителей, старший лейтенант хотел двинуться дальше, в сторону границы, когда сержант Нефедов сказал:

– Товарищ старший лейтенант, вы бы заняли позицию вон там...
– махнул он на несколько небольших холмов, расположенных в километре на восток от нас.

– У меня приказ, товарищ сержант...
– очень резко и официально ответил старлей.

– Оно понятно, приказ не обсуждается, но пехотного прикрытия у Вас нет, а немцы атакуют танками с пехотой, и если бы не товарищ капитан из разведки, да моряки, не сдюжить нам... А так любо дорого посмотреть...
– и он кивнул на подбитые танки и трупы немецких пехотинцев.

– Извините товарищ капитан!
– вытянулся в струнку артиллерист.

– Вольно старший лейтенант, мы сейчас не на плацу.

– Как же мне приказ выполнить?

– Верно сержант Вам говорит, хоть у вас орудий и больше, но калибр меньше. Осколочно-фугасное действие снаряда "сорокапяток" почти пшик. Нет у тебя другого выхода, как успеть зарыться в землю на тех холмах и держаться сколько сможешь...

Вот что, пошли человек двадцать бойцов которые крови не боятся собрать винтовки, гранаты, патроны и вооружи строителей - вот и прикрытие тебе будет. Лопатки и каски не забудь собрать - голыми руками много не навоюешь, и не накопаешь.