Чтение онлайн

– всю технику укрыть в капониры, произвести тщательную маскировку, с использованием штатных и подручных

средств. Передвигаться только по лесу, не выходя на открытое пространство.

– строго соблюдать светомаскировку.

– пользоваться только проводной связью, все радиостанции работают только на прием!

– Вопросы есть?

Основной вопрос конечно был -Что же все таки происходит? Но все понимали, что командир знает не больше них.

– Вопросов нет! Разойдись.

Офицеры разошлись по своим подразделениям и закипела работа.

Для тех кто не знает, поясню, что техника

во время хранения находится на консервации, стволы орудий изнутри смазаны толстым слоем смазки. Чтобы можно было стрелять, необходимо эту смазку тщательно удалить. Эта нелегкая задача занимает немало времени. Представьте, что вам нужно почистить ружье с длиной ствола в четыре метра. Снаряды тоже хранятся в смазке и без взрывателей. Нужно очистить их от смазки, ввернуть взрыватели, закрепить их от самопроизвольного отворачивания накерниванием . Хотя взрыватели взводятся в момент выстрела, картина когда человек сидит и лупит молотком по снаряду в районе взрывателя, не для слабонервных. Уже подготовленные снаряды и гильзы с зарядами* необходимо погрузить в САУ и закрепить в креплениях боеукладки.

– В 122 - мм гаубицах применяется раздельно- гильзовое заряжание. Выстрел состоит из снаряда и отдельной гильзы с зарядом. В гильзе находятся картузы с порохом. Вынимая один или насколько картузов, формируется необходимый заряд, которым определяется скорость снаряда. Если картузы не вынимались, заряд называют "Полный", если вынут один картуз - "Первый" и так далее.

Зенитчики тоже занимали подготовкой своих ЗСУ-шек. Установив зарядную машинку, они набивали длинные металлические ленты снарядами и укладывали их в зарядные ящики пушек. При скорострельности 3500 выстрелов в минуту, четыре ленты примерно по 500 снарядов улетали меньше чем за минуту, а весь боекомплект машины составлял 2000 снарядов.

Солдаты и офицеры получали патроны к автоматам, снаряжали магазины и укладывали их в подсумки. Разведчики получили еще по две гранаты РГ-42.

Работа кипела, но не было слышно обычных в таких случаях разговоров, дружеских подначек и смеха над удачными шутками. Продолжавшаяся на западе канонада и пролетавшие иногда на небольшой высоте самолеты всех тревожили, поэтому работали молча, сосредоточенно, разговоры велись вполголоса и по делу.

Через 20 минут, после постановки задач всем подразделениям, из под деревьев,медленно, стараясь не задеть соседние машины, порыкивая не-прогретым двигателем пополз МТ-ЛБу подвижнго пункта разведки и управления ППРУ-1, он же "Овод-М-СВ" предназначенный для обнаружения воздушных целей, их распознавания и передачи информации о воздушной обстановке подчиненным подразделениям. Вслед за ним бежали два связиста зенитчиков и разматывали с катушки полевой телефонный кабель.

Еще через четверть часа Амбросимов получил первый доклад от командира расчета ППРУ, он докладывал, что видит на радаре массовую засветку целей не отвечающих на запросы "свой-чужой". Практически строго на восток, на удалении 50км он наблюдает групповую цель, судя по перемещению засечек целей там идет воздушный бой, но смущает два обстоятельства: скорости целей не превышают 400км/час и ни одна из целей не отвечает на запрос о госпринадлежности. Если судя по скорости воздушный бой ведут вертолеты, то кому они принадлежат?

Вопросов было на

порядок больше, чем ответов. Что происходит? Что означает обстановка в воздухе? Почему нет связи со штабом учений? Где встречающие? И ни на один вопрос, он не находил логически выверенного ответа. От нелегких раздумий его оторвал новый доклад с РЛС.

– Южнее Луцка, в районе Млынова наблюдаю групповую цель. Высота 1200 метров. Скорость 350. Направление запад. В составе цели до 70 объектов. Курс пролегает через расположение дивизиона. Командир зенитной батареи целеуказание получил. Зенитная батарея заняла позиции, к бою готова.

Примерно через десять минут над расположением прошли двухмоторные винтовые самолеты. Офицеры насчитали 64 бомбардировщика. Они возбужденно переговаривались между собой, обсуждая последние события.

Почти не слышно, на фоне пролетающей армады самолетов, зазвонил полевой телефон. Трубку взял начальник штаба Васильев, выслушав доклад, он повернулся к Амбросимову и сказал:

– "Овод" наблюдает одиночную цель идущую тем же курсом, что и пролетевшая сейчас группа бомбардировщиков. Цель теряет скорость и высоту, очевидно что-то случилось и она хочет совершить вынужденную посадку. Предлагаю взять БТР, посадить на него дежурную смену и выяснить кто это и что происходит.
– Хорошо, пошлите бойца за Мисюрой с дежурной сменой, и это... передайте - пусть будут поосторожней!

Прапорщик Мисюра.

Хотя никто пока так и не понял, где и как мы оказались, ясные и четкие команды Абросимова немного успокоили людей. Да и работа не оставляла много времени на размышления. Я тоже трудился как пчелка. В первую очередь, нужно было снабдить уходящие разведгруппы продуктами и боеприпасами, затем выдать боеприпасы остальным. Не забывал я и о необходимости приготовления пищи. Война войной, а голодный солдат - плохой вояка. К тому же, за время путешествия в вагонах, сухпай уже всем надоел, хотелось нормальной еды. За всеми этими хлопотами, я не замечал как бежало время. Неожиданно сзади раздался голос:

– Товарищ прапорщик, Вас начальник штаба дивизиона зовет.

Обернувшись на голос, я увидел белобрысого, невысокого солдата, в неуклюже сидящей форме, топорщащейся из под ремня.

– Ну вообще молодняк оборзел! Товарищ солдат, Вас что, не учили, как нужно обращаться к старшему по званию?

Видя мое недовольство, солдатик одернул гимнастерку, поправил пилотку и подтянувшись, четко кинул руку к виску.

– Товарищ прапорщик, разрешите обратиться?

– Ну вот, это другое дело, а то не артиллерист, а какой то стройбатовец! Обращайтесь!

– Товарищ прапорщик, Вас срочно вызывает начальник штаба дивизиона майор Васильев.

– Понял.

– Разрешите идти?

– Идите.

Четко повернувшись, солдат сделал несколько шагов почти строевым шагом, а потом, перешел на неторопливую рысцу, имитируя бег.

Может и зря я на пацана напустился, но расслабляться сейчас тоже нельзя.

Быстрым шагом я направился к КШМке начштаба, гадая, зачем я ему понадобился, да еще так срочно.

Васильев уже ждал меня.