Шрифт:
Глава 1
Сергей
– Нашли мы твою красавицу, Федорыч, вон, мои парни выгружают ее из машины, – кивком головы указываю на двоих подчиненных, приближаясь к другу. Он стоял на веранде и хмуро смотрел, как с заднего сидения внедорожника вытаскивают на свет божий девчонку в полубессознательном состоянии, завернутую в плед.
Нет, ничего серьезного, просто эта мажорка, дочь моего давнего друга, развлекается ровно так, как присуще «золотой молодежи», а именно: растрачивает направо и налево родительские деньги, прожигает жизнь на тусовках, где всегда
Сегодня, например, она сбежала после ссоры с отцом, направилась в самый развратный клуб города, этот притон похоти и порока. А ее отец, обнаружив пропажу, сразу же кинулся звонить мне. И вот я, в четыре часа утра, снимаю с шеста эту пьяную до зеленых соплей девицу, где она танцевала стриптиз, раздевшись уже до белья, вместо того, чтобы спать себе спокойно. Но я не мог отказать Лёне – это мой единственный близкий друг, несмотря на нашу разницу в возрасте.
Он обратился в мое агентство по рекомендации нашего общего знакомого, потому что опасался, что конкуренты хотят его убрать. Я взялся за его охрану лично, потому что для моего только-только набиравшего обороты охранного агентства был очень важен этот заказ, а также я понимал, что рекомендация от такого клиента, как Леонид Федорович Янышев – большой плюс для репутации фирмы.
Так и завязались наши дружеские отношения, что выходило за рамки моего личного кодекса, но Леня, казалось, умел расположить к себе любого. И я – не исключение. Потом, спустя пару лет, он очень помог моему отцу попасть в клинику в Германии, что спасло ему жизнь. И я считал себя бесконечно обязанным, хотя Леня и отмахивался от этого. Именно поэтому я не мог отказать ему в просьбе найти его дочь и доставить в отчий дом.
– Танька меня в гроб вгонит, вот ей – Богу, – восклицает Леня, отпивая виски из бокала и пожимая мне руку. – Что с ней делать, ума не приложу! Да и не предъявишь ничего – сам виноват, разбаловал, недоглядел. Постоянно твердил, что девчонка без матери растет, все позволял, и вот результат. А мне сейчас ее выкрутасы, ох, как некстати. Но просить же ее о чем-то – верх безумия, она все назло сделает…
– Ты еще и меня переживешь, Леонид Федорыч, так что не причитай, – усмехаюсь, глядя на то, как пьяная Таня пытается ногой лягнуть моего подчиненного, матеря его при этом не хуже пьяного слесаря дяди Вани. И где только нахваталась, вроде из интеллигентнейшей семьи…
Я понимаю опасения Лёни: он собирается в депутаты, а ему нужна идеальная, кристально чистая репутация. Насколько знаю, многих смущало, что он одинок в его пятьдесят с небольшим, и предполагали, что данный факт будет препятствовать получению мандата. И Леня, скрипя зубы, согласился и сделал предложение своей последней любовнице. Я, конечно, не одобрял этого опрометчивого поступка, считаю, что если штамп в паспорте – единственное препятствие, то его можно было бы как-нибудь и обойти. Но, как говорится, дело хозяйское.
После новости о предстоящей женитьбе отца Таня стала чудить в утроенном размере: то задержат за превышение скорости, то оскорбит сына прокурора, а сегодня вот танцевала стриптиз в клубе. Уверен, что бравые спецы Лени большинство роликов, что успели залить в сеть, изъяли, но работы еще предстоит непочатый край. Не удивлюсь, если с утра, то есть через пару часов, этот дом будут осаждать толпы журналистов.
С другой
Леня догадывался, что между ними произошел раскол, но ничего не мог поделать: ему надо было обеспечивать семью, и он вкалывал, как мог. Пока однажды его не огорошили новостью: его жена погибла в автокатастрофе. В машине она была не одна, а вместе с мужчиной, который позднее скончался в больнице.
Тогда в небольшой семье Лени настали трудные времена. Таня постоянно плакала, звала маму и болела. Так как только Леня нес ответственность за благополучие дочери, он понял, что настала пора все брать в свои руки. Таню из садика пришлось забрать, она и так большую часть времени проводила на больничном. Хорошо, что мама Лени вошла в положение и помогала сыну, воспитывая внучку.
А Леня работал на двух работах, копил деньги для открытия собственного бизнеса. Из-за чувства вины, что практически не видит маленькую дочь, он баловал Таню, задаривая подарками и выполняя любое ее желание. Это вошло в привычку, а Таня быстро смекнула, что стоит немного надавить на отца и вызвать у него жалость, как она тут же получит желаемое. Вот и выросла она эгоистичной и донельзя избалованной, но, мне все равно всегда виделась маленькая и ранимая девочка, которой не хватает любви и ласки. Почему? Я сам не могу ответить на свой вопрос.
– Выпорол бы ее за эти выходки, да поздно уже! – в сердцах восклицает Леня, залпом допивая свой виски.
– Не переживай ты так. Мужа Тане надо хорошего. Жесткого, строгого, постарше. Пристроишь ее в хорошие руки, и поведение дочери больше не будет твоей головной болью, – спокойно произношу я. Сколько раз я впоследствии пожалел об этих словах!
Леня уставился на меня, словно увидел впервые. И как-то мне стало не по себе от этого внимательного и пронзительного взгляда друга.
– Слууушай, – протянул Леня. – А это же отличная идея! Женишься на ней, – не спрашивает, а утверждает.
– Чееегооо?! Ты перепил что ли, Федорыч?! – киваю на пустой стакан.– Ты с этим делом, давай, завязывай, народ алкоголиков не терпит. Хватило нам уже одного в девяностые.
– Я сейчас абсолютно серьезно. Ты – лучший кандидат на роль моего зятя: строгий, собранный, все у тебя четко, там, где надо, жесткий. Да и Таньку мою ты неплохо знаешь. Человек надежный, тебе я доверяю, как себе. Да и сам неоднократно говорил, что девочка она хорошая, только подход к ней надо найти. Вот и ищи, – весело произносит, хлопая меня по плечу.
– Не-не-не, дружище, я пас. Да и зачем оно мне надо, Леня?! Я вообще не собираюсь жениться в ближайшее время. В конце концов, у меня женщина есть, – сопротивляюсь, как могу, приводя все новые и новые доводы.
– Знаем мы твоих женщин! В одну сауну, как никак, ходим. Вернее, теперь уже ходили, – грустно добавляет друг. – Депутаты еще и примерными гражданами и семьянинами должны быть. После свадьбы хрен позажигаешь с эскортницами, как раньше.
– А может, ну его на хрен, этот мандат, Федорыч? Займись дочерью, семьей. Тогда ни жениться, ни Таню замуж выдавать не придется, – пытаюсь подойти к решению вопроса с другой стороны.