Чтение онлайн

Кто-то попытался поднять меня. Я крикнул, чтобы не трогали, что это опасно, - из какого-то давнего и случайного разговора я запомнил, что, если у пострадавшего сломаны шейные позвонки, любое неосторожное движение может привести к параличу.

Я отчаянно старался сохранить сознание, я ждал боли, которая так и не пришла, я попытался пошевелиться, но счел, что лучше будет этого не делать. Я впал в столбняк, в оцепенение, в ступор. Снова попросил не трогать меня, услышал, как завывает сирена, и понял, что могу уснуть и больше не цепляться за жизнь - сохраню ли я ее или потеряю, зависело теперь не от меня,

а от врачей, от санитаров, от везения, от Бога.

Потом я стал слышать голос какой-то девочки: она называла свое имя, так и не отпечатавшееся в моей памяти, просила не волноваться, повторяла, что все будет хорошо и я не умру. Мне хотелось верить ее словам, я молил ее не уходить, остаться рядом со мной, но она сейчас же куда-то исчезла. Я увидел, как на шею мне надевают пластмассовый хомут, а лицо закрывают маской, и опять погрузился в сон, на этот раз - без сновидений.

***

Когда я очнулся, не существовало ничего, кроме ужасного звона в ушах: все прочее было тьмой и тишиной. Потом все поплыло, и я без колебаний решил, что это несут мой гроб, а меня сейчас похоронят заживо.

Я хотел было застучать в стенки или в крышку, но не мог сделать ни единого движения. Какое-то время, показавшееся мне вечностью, я чувствовал, что меня толкают вперед, что я уже ничего не контролирую, и в этот миг, собрав последние силы, издал крик, и он, гулко раскатившись в этом замкнутом пространстве, вернулся ко мне, едва не оглушив. Но я знал, что, закричав, сумел спастись, ибо сейчас же у моих ног появился свет. Стало быть, обнаружили, что я не покойник!

Свет - благословенный свет, избавивший меня от самой страшной муки удушья, - медленно заскользил по моему телу, и вот наконец сняли крышку гроба. Я был весь в ледяной испарине, ощущал неимоверную боль, но был доволен, испытывал облегчение: они спохватились, обнаружили ошибку! Какая радость - возвращение в этот мир!

Свет тем временем добрался до моих глаз, влажная рука дотронулась до моей руки, и златовласый ангел в белых одеждах утер мне холодный пот со лба.

– Не волнуйтесь, - произнес ангел.
– Я не ангел, и это - не гроб, а томограф, и вы не умерли. Мы хотели определить возможные повреждения. Вроде бы ничего серьезного, но все же нам придется за вами понаблюдать.

– Неужели все кости целы?

– Вы сильно расшиблись - сплошные ссадины и кровоподтеки. Вы пришли бы в ужас, если бы могли видеть свое лицо, но через несколько дней все заживет.

Я попытался приподняться, но ангел мягко удержал меня. Тут я почувствовал сильную головную боль и застонал.

– Вас сбила машина. Это вполне естественно, как повашему?

– По-моему, вы меня обманываете, - с усилием выговорил я.
– Я взрослый человек, жизнь я прожил с толком и могу принять любое известие, не впадая в панику. Впечатление же такое, что голова сейчас лопнет.

Еще двое в белом переложили меня на каталку. Я почувствовал на шее какое-то ортопедическое устройство.

– Прохожие слышали, что вы просили вас не трогать, - сказал ангел.
– Прекрасное решение. Поносите некоторое время этот воротник, и, если обойдется без неприятных сюрпризов, можно будет считать, что вы отделались испугом - пусть и не легким и что вам очень повезло.

– Сколько

мне тут лежать? Я не могу задерживаться надолго...

Никто не отозвался. У входа в кабинет меня ждала улыбающаяся Мари - вероятно, врачи сказали ей, что ничего серьезного. Она погладила меня по голове, скрывая ужас, который наверняка внушало ей мое обезображенное лицо.

По больничному коридору двинулся небольшой кортеж - Мари, двое санитаров, везших каталку, и ангел в белых одеждах. Голова у меня болела все сильней.

– Сестра, голова...

– Я не сестра, а дежурный врач. Скоро должен прийти ваш доктор. А насчет головы не волнуйтесь: когда подобное случается, срабатывает защита, и организм перекрывает кровеносные сосуды, чтобы избежать кровоизлияния. А когда выясняется, что опасности нет, они вновь открываются, кровоснабжение восстанавливается, и это приводит к болезненным ощущениям... Вот и все. Если хотите, могу дать вам снотворное.

Я отказываюсь. И вспоминаю слова, будто всплывшие из какого-то потаенного уголка души:

"Голос говорит, что это произойдет не раньше назначенного часа".

Михаил не мог знать заранее. Невероятно же, чтобы все, случившееся на углу бульвара Сен-Жермен и улицы Сен-Пер, было результатом всеобъемлющего заговора, чего-то, предопределенного богами, которые, хоть и заняты сверх меры заботами о нашей разрушающейся планете, бросили все свои дела для того лишь, чтобы расстроить мою встречу с Заиром. Михаил решительно не мог провидеть будущее, если только... если только и в самом деле не услышал голос, если только существует некий план и все обстоит куда серьезней, чем я предполагал.

Все это, пожалуй, чересчур для меня - и улыбка Мари, и возможность внимать голосу, и голова, которая болит просто нестерпимо.

– Доктор, я передумал - хочу заснуть, боль невыносимая.

Она отдает какое-то распоряжение санитару, тот уходит и возвращается еще до того, как мы доезжаем до дверей палаты. Я чувствую укол и погружаюсь в сон.

***

Проснувшись, начал расспрашивать о подробностях происшествия - уцелела ли та женщина, которая шла мне навстречу, что случилось с ее ребенком. Мари сказала, что мне нужен покой, но доктор Луи, мой лечащий врач и друг, счел, что можно и рассказать. Выяснилось, что на меня налетел мотоциклист - это его распростертое тело я видел на мостовой в двух шагах от себя. Юношу доставили в ту же больницу, но и он отделался ушибами и ссадинами. Полицейское расследование установило, что в момент наезда я находился посреди проезжей части и, стало быть, подвергал риску жизнь мотоциклиста.

Иными словами, виновником происшествия был я, однако юноша решил не возбуждать дело. Мари уже побывала у него, поговорила с ним и узнала, что он - эмигрант, работающий в Париже нелегально, а потому боится обращаться в полицию. По счастью, в тот день он был в шлеме, и это сильно уменьшает риск неприятных последствий. Сутки спустя его уже выписали.

– То есть как это - "сутки спустя"? Хотите сказать, что я здесь...

– Три дня. После того как вам сделали магнитно-резонансную томографию, дежурный врач позвонила мне и спросила, можно ли провести вам курс успокаивающих средств. Поскольку вы были взвинчены, раздражены, угнетены, я разрешил.