Чтение онлайн

–  А тебя не пугает перспектива провести остаток дней в такой компании?
– прищурился я.

–  Ну, с тобой мы уже давно все решили, а с ней… К ней придется привыкнуть, - ответила Нолли, но я понял, что она не сказала всего, что хотела.

–  Есть!
– воскликнула Джонс.

–  Что?
– в один голос спросили мы.

Но сержант не удостоила нас ответом. Она отступила от стены и подняла бластер. Через секунду мы увидели темное отверстие на месте незаметной ранее двери.

–  Вперед!
– скомандовала Джонс и первой

ринулась сквозь дымное облако.

Мы последовали за ней. Идти пришлось совсем недолго. Несколько вполне безопасных переходов, и мы снова оказались в круглом зале. Нельзя, конечно, утверждать, но мне показалось, что в воздухе этого помещения витало разочарование. Лабиринт не смог ничего с нами поделать.

«Значит, наш Бог, оберегающий невинных от несправедливой кары, все же сильнее кровожадного Молоха, поселившегося в этих стенах и сделавшего своим идолом высохший костяк!» - не без гордости подумал я.

Впрочем, радоваться было еще рано. Первое, что я заметил, - отверстия, прожженные бластером Джонс, затянулись свежей пленкой.

Джонс распахнула дверь в аппаратную и галантно пропустила вперед Нолли. Здесь ничего не изменилось.

Нолли сразу прошла к пульту, и ее руки уверенно запорхали над клавиатурой. На мониторе сначала возникли сложные кривые, сплетающиеся в фантастические фигуры, а потом побежали строчки текста на неизвестном языке. Нолли сосредоточенно нахмурилась, и ее пальцы еще быстрее забегали по клавишам. Экран снова ответил иероглифами, и если мне не изменяет память, теми же, что и вначале.

Сколько продолжалась битва хакера с компьютером, я не знаю. Когда я проснулся, Нолли по-прежнему была у пульта, но теперь просто стояла, глядя куда-то в пространство.

–  Что с тобой?

–  Ничего…

–  И все же? Что-то случилось?

–  Ничего особенного.
– Нолли пожала плечами.
– Это впервые в моей практике: я не могу войти в базу, не могу подобрать пароль, не могу загрузить… Ничего не могу…

Она в отчаянии хлопнула ладонью по пульту.

–  Эта дурацкая программа составлена на основе чуждой нам логики. Плюс к тому - невероятно сложный язык, в котором, как в китайском, один иероглиф может значить букву, слог, слово и целое понятие. Только для его расшифровки понадобится год. Но и это еще не все. Похоже, что даже эта китайская грамота отягощена сложным шифром. Единственное, что мне удалось, - это понять первую надпись, но она стандартна для всех компьютеров такого класса.

–  Ты имеешь ввиду «Не умеешь - не берись»?

–  Да, что-то в этом роде…

–  Может, поискать где-нибудь еще?
– предложил я и тут же понял, что сказал глупость.

–  Я не могу совершить чуда, - устало ответила Нолли,

–  Может, допросить этого?
– вмешалась в разговор внезапно пробудившаяся Джонс.

–  Не думаю, что это даст результат. Программа очень хорошо защищена от вмешательства извне. Скорее всего она недоступна даже ему…

–  А переписать на какой-нибудь носитель

нельзя?

–  Послушай, - сказала Нолли раздраженно.
– Я все понимаю, но объясни мне, почему ты так печешься о тех, кто тебя уже похоронил? Ты думаешь, что тебе обрадуются? Ошибаешься! Как только ты «воскреснешь», они похоронят тебя снова, но теперь уже наверняка. Так для чего тебе нужна эта информация?

И вот в тот момент я, наверное, впервые увидел Джонс по-настоящему смущенной. Как вы уже имели возможность убедиться, она никогда не лезла за словом в карман, но в тот раз ей действительно нечего было возразить.

–  Постарайся понять, что твоя служба кончилась, - продолжала Нолли.
– Ни ты, ни я, ни он, - она кивнула на меня, - мы никому не нужны, разве что друг другу. Мы лишние… Во всей Вселенной мы знаем тайну, которая может стоить многого…

–  Ну ладно, ладно, - отмахнулась Джонс.
– Убедила.

Она поиграла бластером, посмотрела на пульт, словно собираясь его взорвать, но потом передумала.

–  Раз ничего не можем сделать с компьютером, - решительно сказала она, поднимаясь с пола, - тогда будем выбираться сами.

Она еще раз внимательно посмотрела на пульт.

–  А впрочем… Дай-ка попробую. Хуже не будет…

–  Что ты хочешь сделать?
– испуганно спросила Нолли.

–  Должен же быть у него блок вроде нашего жесткого диска.

–  Что ты в нем найдешь?

–  С паршивой овцы - хоть шерсти клок. Ну-ка, отойди.

Она перенастроила бластер на минимальный импульс и ловко вырезала переднюю панель. Как и следовало ожидать, перед нами открылась та электронная путаница, какую можно увидеть в утробе любого компьютера.

–  Можешь определить, где здесь накопитель?
– повернулась Джонс к Нолли.

–  Мне кажется, вот этот, но зачем…

–  Ни слова больше!
– Джонс поддела блок вырезанной панелью и подтащила к себе. Посыпались искры, но ее это нисколько не смутило.
– Вот и все!

Она опустила блок в карман.

–  Не зря хоть время потеряли.

Она прошла к двери и, взявшись за ручку, оглянулась на нас. Нам нечего было сказать. Теперь Джонс снова была главной в нашем отряде. Мы вышли в круглый зал. За время нашего сна Лабиринт успел залечить свои раны, и уже ничто не напоминало о недавнем допросе с пристрастием.

–  Остановитесь!
– воззвал к нам голос, и я заметил, что он вновь обрел утраченную было уверенность.
– Я предлагаю вам мир на почетных условиях.

Джонс удивленно обернулась к Нолли. В ее глазах можно было ясно прочесть вопрос? «Почему он еще функционирует?»

–  Наверное, у него есть резервная копия или мы достали не то… - ответила Нолли.

–  Интересно, - Джонс замедлила шаги, - что ты можешь нам предложить?

–  Я предлагаю вам стать проповедниками моей религии, и тогда вы беспрепятственно покинете мои пределы. С основами вы уже знакомы, а остальное я расскажу вам в сжатой форме.