Забытое имя
Шрифт:
— Тетя Сэлла, да?! — улыбнулся Галахар, отрезая рыбам головы знакомым мне ножом. Прямо таки универсальный ножичек.
В устах мага это прозвучало как признание нашего со Скаром родства. Я поморщилась, но не стала ничего уточнять.
— Я тетю Сэл хорошо помню. Я только из яйца вылупился, она рядом была. Ходить по земле учила, читать и на других языках разговаривать. Я их пять знаю. Да и плавать я из-за нее научился. (до этого боялся) Она же плохо плавает. Вот и пришлось ее спасать. Она
Я покривилась от незначительной боли, однако это скорее легкое неудобство, по сравнению с тем, что чувствовала ранее.
— Сколько тебе лет, Скар? — спросил Галахар, выслушав восторженную оду о моем позоре.
Скар хороший мальчик, но уж больно болтливый. Хотя кто его осудит?! Малыш, скорее всего, торчит здесь не одну луну. Но пока не научится превращаться в город ни одной лапой. Слишком опасно.
— Я считаю плохо, — грустно признался Скар.
— А твоя мама помнит?
— Да, да помнит. Моя мама все помнит. Она может сказать, — чуть ли не пищал от восторга племянник.
— А где она сейчас? — задал до боли знакомый вопрос Галахар.
— Она улетела по делам, — тут же утихомирился Скар, — Через две ночи прилетит. А что?
— Нам завтра с утра уходить надо, — пояснила я.
— А как же я? — растерялся Скар.
— А тебе придется остаться. Маму ждать.
— Я с вами хочу.
— Нет, Скар, — пресекла дальнейшие нюни, — С нами ты не пойдешь. Ты будешь ждать маму и передашь ей, что мы идем в Варонд.
— А это важно? — поняв, что назревает что-то интересное, племянник взбодрился.
— Очень важно, — заговорщически переглянувшись с магом, прошептала я, — И никто кроме нас троих этого знать не должен.
— А что еще маме передать, — очень гордый значимостью своего поручения, подбоченился отпрыск изумрудного дракона.
— Передай ей, что я буду ждать ее в селении Траст, что у реки Драконов… то есть у Сорроговской реки. Запомнил.
— Да.
— Что за Сорроговская река? — отвлекся от готовки Галахар.
— Так драконы называют Драконью реку. В честь одного знаменитого своей неловкостью синего дракона Соррога.
— И что с ним случилось?
— Утонул в той самой реке.
— Ясно.
— А я знаю эту историю! — воскликнул Скар, — Можно расскажу?
Мы с Галахаром переглянулись. Я чуть вздернула подбородок, спрашивая, стоит ли? Маг кивнул, мол, пусть вещает.
— Рассказывай, Скар, мы слушаем.
— Так вот, это произошло лет четыреста тому назад. Тогда синие драконы еще селились по берегам безымянной в то время реки. Они предпочитали нынешним холодным странам теплый песок по берегам тихих и спокойных вод. Они заселяли почти каждый уютный уголок, и там, где сейчас
И вот в одной из кладок вылупился на свет очень смешной, неуклюжий и совершенно не похожий ни на кого дракончик. Он был очень маленький, с короткими задними лапами и еще более короткими передними, длиной шеей, маленькой головой обрамленной шипами точно короной, и большими зелеными глазами. Его единственной гордостью были очень большие и мощные крылья, но и они часто подводили дракончика.
Пока малыш рос, на лежбище не проходило ни дня, чтобы кто-нибудь не подшутил над ним, не посмеялся или не фыркнул от отвращения. Многие драконы не понимали молодую самку. Зачем было оставлять уродца, если он вовсе не приспособлен к жизни. Но драконница готова была защищать своего малыша хоть от всего мира, и не слушала увещеваний старших. Она очень любила своего Соррога. Что в переводе означало — непутевый, смешной. Кто отец Соррога? Эту тайну самка унесла с собой на тот свет.
Самка умерла рано. Ее подкосила странная болезнь, и она сгорела за считанные дни. Но до последней крупицы жизни она защищала дракончика.
Соррог вырос, но остался таким же неуклюжим, как и раньше. Самки не желали создавать с ним пару, сторонились необычного дракона. А он был добр, и только радовался, когда новая пара вила себе гнездо и растила малышей. Он играл с дракончиками, и они платили ему искренней любовью и привязанностью.
Однажды маленький дракончик из чьей-то кладки упал в воду и начал тонуть. Наземные драконы не умеют плавать это известно всем, и Соррог не был исключением. Но он, не раздумывая, бросился спасать малыша.
Дракончик был спасен, но с детства неуклюжий с очень короткими лапами Соррог так и не смог выбраться на берег. Река в том месте не была глубока, но дракон зацепился лапой за подводную корягу. Так и не стало Соррога, а реку в напоминание всем драконам о его подвиге, назвали Сорроговской рекой.
— Сэлла, ты чего? — встревожился Галахар, отрывая меня от своего плеча, — Тебе плохо?
— Я ре-вву-у, — всхлипнула я, и, пряча град слез, вновь уткнулась в его плечо.
— Тете Сэл всегда была очень жалостливой. Не надо было, наверное, рассказывать, — забеспокоился Скар.
— Сэлла, успокойся, это же дело давно минувших лет, — попытался успокоить меня Галахар, но вышло это у него неуклюже, даже грубо.
— А мне-е все равно-о его жал-ко. Его обижали-и, а он ма-аленький, — тихо подвывала я, утирая потоки слез.
— Женщины, — нахмурился маг.
— А я-ик и не отрица-аю, — начала икать, да еще похрюкивать от переполнивших меня чувств.