Чтение онлайн

Нога ныла, плечи нарывало, но повернуть обратно адептка не могла. Будто что-то толкало, не давало остановиться. Не выдержав, Мериам побежала, стремясь скорее покончить с неизвестностью.

Почему Шардаш не двигался? Ладно, пять минут, десять, но не полчаса же! И рядом с ним, вроде, никого.

Задыхаясь, адептка взобралась на бугорок и крикнула: 'Мэтр!'. В ответ - тишина. Сетуя на то, что плохо тренировалась, раз уже сбила дыхание, Мериам подвязала юбку, чтобы не путалась под ногами, и, отплёвываясь от паутины - хоть без пауков, полезла

через заросли кустарника к островку осин, за которым лес редел.

Ноги вынесли к просеке. Адептка сделала передышку и ещё раз раскинула сеть. Шардаш был совсем рядом, шагов пятьсот, не больше. Только раны беспокоили: не вскрылись бы?

– Мэтр!
– ещё раз разбередила эхо Мериам.

Профессор обязан услышать, но крик вспугнул только мелкого зверька, поспешно юркнувшего в нору.

Остаток пути адептка проделала шагом. Пришлось бороться с подлеском, но Мериам мужественно преодолела трудности.

Шардаша адептка заметила не сразу, даже не заметила, а услышала. Внимание привлекла возня за разлапистой елью. На всякий случай заготовив атакующее заклинание, адептка осторожно обошла дерево и вскрикнула, прикрыв рот ладонью.

Профессор сидел на земле, пытаясь высвободить ногу из капкана. Судя по количеству крови, пропитавшей штанину, и бледности Шардаша, в ловушку он угодил давно и выбраться не мог. Сначала это вызвало недоумение, но потом Мериам вспомнила, что по её вине профессор временно лишился магии.

Капкан крепился толстой цепью к стволу дерева и некогда был замаскирован мхом. Зная нюх оборотня, адептка предполагала, что ловушку чем-то обработали, уничтожив запах железа и человеческих рук. Охотники обычно клали на мох приманку, но чем бы прельстился Шардаш? Вряд ли куском мяса. Значит, угодил случайно.

Заплечный мешок валялся в двух шагах от профессора: бросил, потому что мешал.

Шардаш уставился на адептку с таким выражением лица, что Мериам отшатнулась. Только рыка и обнажённых клыков не хватало. Можно подумать, это она его в капкан заманила!

– Как вы здесь оказались?
– профессор продолжал сверлить адептку глазами.

– Пошла вас искать.

– Нашли? Вот и идите обратно, симулянтка!

Мериам мотнула головой, заявив, что не бросит его. Шардаш скривился и отмахнулся. Лицо снова перекосила гримаса боли.

Адептка осмотрела цепь и осторожно пошевелила, однако быстро поняла, что этим лишь причиняет страдания.

Шардаш дёрнулся, видимо, пытаясь сломать дерево или порвать оковы, и тихо застонал, выругавшись. Его челюсти будто свело судорогой. Касание Мериам раненой ноги вызвало не менее бурную реакцию, только уже без брани. Странно и непривычно было видеть профессора беспомощным.

Адептка опустилась перед ним на колени и заверила, что никуда не уйдёт, пока не придумает решение. Теперь она видела капли пота на лбу Шардаша и понимала, сколько бесплотных попыток освободиться предпринял профессор. Увы, ель оказалась крепкой - наклонилась, но не сдалась.

–

Кость... В щепу - пробормотал Шардаш.
– На оборотня ставили, знатно постарались! Так что ничем, Ики, вы мне помочь не можете. Хрупкая раненая девушка с минимальным запасом магии. Забирайте вещи, переодевайтесь и ступайте в деревню, к людям. Закончилось наше знакомство.

– Капкан можно раскрыть, - неуверенно предположила Мериам. У неё тряслись руки.

– Думаете, я не пробовал?
– огрызнулся профессор.
– Там какой-то секрет, а зубья насквозь прошили ногу. Говорю же: кость раздроблена.

Преодолевая волнение и дурноту, адептка пристально осмотрела капкан и заметила нужную пружинку. Похожие ловушки ставил отец, только на белок. Однако раскрыть капкан не получится: нужно, чтобы зубец немного вышел из ноги. Повторяя, что Шардашу сейчас намного хуже, чем ей, нечего падать в обморок, когда профессор, потеряв столько крови, держался, Мериам задумалась. Сердце сжималось при виде бурой лужицы на земле, при каждом подавленном Шардашем стоне. Не выдержав, адептка предложила найти дурман-траву, чтобы хоть как-то облегчить его страдания. Шардаш мотнул головой:

– На оборотней не действует.

И тут Мериам осенило. Во-первых, нужно, чтобы профессор перестал дёргаться. Натянутая в струну цепь делу не поможет. Во-вторых, то, что он не человек, сыграет им на руку. Противооборотное зелье утратило силу - значит, сумеет перекинуться. Ноги, то есть лапы, изменятся, станут больше в обхвате и раздвинут зубцы. Тогда Мериам либо просто разомкнёт их с помощью рычага, либо доберётся до 'секрета'.

Адептка переползла от ноги Шардаша к его лицу и, повинуясь минутному порыву, вытерла покрытый испариной лоб:

– Потерпите немного. Сколько же сил вы потеряли! Давно уже?

– Часа два, - глухо ответил профессор.
– Ики, право слово, что вы можете?

– Всё, - улыбнулась Мериам и попросила: - Смените облик на звериный.

Шардаш глянул на неё как на идиотку, пришлось объяснить. План адептки тут же подвергли критике. Главным контраргументом стала смертельная опасность для Мериам.

– Поймите же, я не шучу, когда говорю, что могу покалечить. Человека во мне не будет, будет зверь, а он в таком состоянии неуправляем. Боль застилает разум, превращается в ярость. И запах может не остановить. Собака в подобном состоянии тоже способна растерзать хозяина. А я даже не собака.

– Я не боюсь, - мотнула головой адептка.
– Вы не тронете меня.

– Вот упрямая!
– со вздохом протянул профессор.
– Сами ведь видели то, что окажется в полушаге от вас.

– Я рискну, - прошептала Мериам, с тревогой глядя в подёрнутые болью синие глаза.
– Я... Не смогу, если не попробую.

В воздухе повисло молчание. Адептка сидела, низко опустив голову, Шардаш смотрел куда-то поверх её макушки.

– Хорошо, - наконец выдавил из себя профессор.
– Одежду жалко, так что, извините.