Чтение онлайн

— Все взял?

— Да, детекторы у нас свои, патронов дед отсыпал пол цинка, как для меня — многовато. Если учесть еще и харчи, плюс медкомплект, да и еще пару кило всякой всячины — обалденная дробь получается. И это. Я тебе новый «Глок» у Сидоровича выторговал. Хороший. Тридцатизарядный

Антиквар рассмеялся. Он прекрасно знал, как выглядела торговля. По своей прижимистости Чика не уступал самому торговцу, а посему словесные баталии у них возникали постоянно и порой доходили чуть ли не до поножовщины. В итоге Чика громогласно, фирменным басом заявлял, что будет лучше дела со снорками вести, чем с «этим старым жлобом» и расплачивался за заказ. А Сидорович, с красным от натуги лицом, в ответ огрызался, что сегодня ему, то есть Чике, крупно повезло и у него нет настроения с ним возиться, а не то….

Ну и так далее. Сегодняшний день прошел в том же контексте, отличаясь только матерными вариациями на тему ближайших родственников обоих, и куда кто пойдет, если немедленно не закроет пасть.

— Спасибо, брат. Представляю рожу дяди Степы. Надеюсь, хоть не за банку тушенки выторговал?

— Нет, обижаешь. Так круто я еще не умею. Но, как говориться — нет предела совершенству. Ладно. Давай конкретней, что и куда мы топаем и с чего такая спешка. Зуб даю — это из-за «долговца»

Антиквар задумчиво потер подбородок и, вытянув из протянутой Чикой пачки сигарету, прикурил и глубоко затянулся, пуская дым кольцами:

— Почти. Послезавтра на Складах наемники решили замутить маленький «гешефт» на тему: кто быстрей и подешевле продаст пластит. По имеющимся данным, подозревают, что тендер выиграли военные.

— Много?

— Пять килограмм. Чика присвистнул:

— Ни хрена себе! Это что ж они такого рвать собираются?

— А вот это нам с тобой и нашим новоиспеченным другом и предстоит выяснить. И, по возможности, сорвать им это дело. Не исключаю, что и под землю лезть тоже придется.

— Фу, бюреры, — Чика брезгливо поморщился, — терпеть не могу этих гаденышей. Вечно воняют и кидаются чем попало.

— Ото ж. Но это уже детали. Главное — зачем он им. По словам Сидоровича, наймы снюхались с «монолитовцами.» А это уже грустно.

— Да уж. Хорошенький такой бутерброд получается.

— Ага, вкуснее не придумаешь. — Антиквар выпустил дым и уставился на ленивые круги, которые тот начал выписывать над головами разговаривающих.

— Я понял, брат. Крем-брюле нет, значит, будем есть дело, — Чика передразнил крылатую фразу из старого, еще советского мультика. — Когда идем?

— Утром, на рассвете. Можно было бы и сейчас, да башка болит, и, в принципе, нет смысла переться на ночь глядя. Можем до Ростка не успеть, тем паче, я не знаю, как этот Волков ходит, так что запас должен быть.

— Лады, тогда я пошел. От хорошего сна еще никто не отказывался. Кто знает, когда еще нормально спать придется?

— Согласен. Ладно, поспать, действительно не помешает. «Солдат помни! Чем крепче ты спишь — тем скорее дембель!» Посмеявшись пришедшей к слову старой шутке, сталкеры разбрелись на ночлег.

Вышли они, как и предполагал Антиквар, на рассвете. Небо только-только начало сереть, когда облаченные в броню силуэты трех сталкеров двинулись в сторону Свалки. Пройдя мимо видавшего виды ПАЗа, Антиквар, по привычке, пнул того по покрышке заднего колеса, в ответ услышав недовольный голос часового, засевшего в автобусе: — Башкой еще об него стукнись, может ума добавиться? — И улыбнувшись, повел остальных по дороге на север от Кордона. На блокпосту военных перекрикивались часовые, чтобы не заснуть:

— Первый!

— Первый, да! — слышалось в ответ.

— Второй?

— Второй, да! — данная фраза означала, что с часовым все в порядке.

Иногда тишину предрассветных сумерек прорезал звук автоматной очереди, перемешиваясь с криком очередной твари, то ли победившей в схватке с человеком, то ли, наоборот, проигравшей. Зона продолжала жить своей динамичной жизнью, которая не умолкала никогда.

Антиквар шел впереди, прощупывая детектором аномалий притаившуюся угрозу, Волков пошел вторым, Чика замыкающим, прикрывая спины товарищей, а заодно и сканируя пространство детектором жизненных форм, на наличие всякой живности, поджидавшей удобного момента, чтобы напасть на невнимательного путника. Схему движения распределил сам Антиквар. Сергей без всяких возражений принял подобный расклад. Ему было абсолютно все равно, каким и где идти. У каждого была своя определенная задача. Никакого дискомфорта в движении Сергей не испытывал. Его напарники по случаю были людьми опытными,

а потому можно было не задумываться о том, что происходит впереди или сзади, зная, что твоя спина надежно прикрыта от всяческих неожиданностей. Но, и самому зевать было нельзя. Кто-то может не увидеть того, что увидишь ты, а потому Сергей смотрел в оба, не забывая смотреть под ноги. Задача, в принципе простая. Ведущий впереди ищет проходы между аномалиями, которых на Кордоне не так много, в отличии, например, от Складов или Темной Долины, но вляпаться по самое нехочу можно и здесь. Так что ступать нужно было след в след, полностью повторяя движения впереди идущего. Выброса еще не было, а потому на карте все аномалии были отмечены кодовыми символами, плюс сталкеры, проходившие тут раньше, всегда оставляли наглядные ориентиры. Так, на всякий случай. Вот после Выброса задача усложнится в разы. Аномалии полностью поменяют свое положение, и вот тогда станет по-настоящему трудно. А пока можно было беречь силы.

Пройдя метров триста от деревни, Антиквар вдруг сменил траекторию движения и сошел с дороги, увлекая за собой остальных. Не дожидаясь вопроса Сергея, пояснил:

— Прохода под мостом к старому блокпосту больше нет. Месяц назад, во время Выброса, мост полностью рухнул, завалив там все. Можно было бы, в принципе, пролезть по обломкам, но наверху образовалась какая-то гадость. Пара смельчаков попыталась пролезть, но их туда затянуло с концами. Желающих больше нет, я к ним тоже не отношусь, а потому идем в обход.

Сергей кивнул в ответ. Он многого уже не помнил на Кордоне. Выброс менял ландшафт порой до неузнаваемости и хотя здесь это было слабо выражено, но, тем не менее, обвалившийся мост было явным тому подтверждением. Подал голос Чика:

— Движение на десять часов. Стая слепых собак. Находятся примерно в районе заброшенной фермы. Точное количество определить не могу, метка сливается. Но, движется хаотично, значит вожака или нет или тусовка у них там.

— Добро, — принял инфу Антиквар, — немного ускоримся. Идем в сторону АТП, там, через насыпь был проход между «Электрами». Возле старого локомотива. Надо успеть пройти мимо них, пока они не проголодались окончательно.

Спустившись с холма, отделявшего дорогу, группа направилась немного левее АТП, прямо к насыпи. До нее было уже недалеко, в тумане начали проступать горб железнодорожной насыпи, которую необходимо было преодолеть. Слева виднелись останки некогда огромного моста. От атомной станции во все стороны отходили транспортные артерии, по которым стекалось все необходимое для бесперебойной работы оной. После аварии они служили для обеспечения ликвидаторов. Развалины моста выглядели ужасно. Сергей не переставал удивляться огромной силище энергии, порой выплескиваемой Зоной наружу. Мощнейшие балки несущей конструкции были полностью обрушены. Все выглядело так, как будто маленькому ребенку дали поиграть с новой игрушкой, которую тот, в силу детской любознательности тут же сломал, горя желанием посмотреть, как же там все устроено. Над мостом, разгоняя клочья тумана, зависло странное марево аномалии, про которую говорил Антиквар. Субстанция пульсировала, беспорядочно постреливая странноватого вида протуберанцами зеленого цвета. Она висела очень низко, почти полностью заполонив собой пространство. Естественно, всякий рискнувший сунуться туда, обязательно попадал под ее влияние.

Туман начал потихоньку сходить на нет, пошли веселей. Это был странный туман. Сергей помнил его еще по своему первому разу. Липкий, густой, заполняющий собой все пространство вокруг. Попадая в него, человек начинал испытывать странный дискомфорт, отнюдь не связанный с потерей пространственной ориентации. Нет. В душе становилось неуютно, начинались слышаться потусторонние звуки, приходили видения. Растущее чувство опасности постоянно давило на мозг, не давая возможности нормально думать. И страх, очень похожий на боязнь потеряться и больше никогда не найтись. Научники, исследовавшие этот туман, говорили, что он начинает вытаскивать из подсознания человека его забытые детские страхи, полностью подавляя волю взрослого человека бороться с ними. Конечно — это было дело привычки, однако ее Сергей, не обитавший на Кордоне, не имел и ему приходилось, мягко говоря, не сладко. Антиквар, обернувшись, увидел напряженное лицо Сергея: