Чтение онлайн

Ангар на высоту человеческого роста заставлен разнокалиберными зелёными ящиками. Часть ящиков открыта, выставляя напоказ свою смертоносную начинку.

Чего здесь только нет!

Прямо у входа здоровый штабель ящиков с ППШ.

Пропускаю его сразу. На дистанции метров до 150 вполне себе машинка. На мой вкус, стрелять из «папаши» удобно, он достаточно массивен, чтобы при слабом патроне его не уводило. Больше сказать ничего хорошего о нём не могу. Стрелять из ППШ может и ничего, а вот таскать такую дуру неудобно — диск выпирает,

патроны в диске гремят, спиральные пружины наверняка ослабли от времени и с полного магазина он еще нормально стреляет, а вот с половины диска и меньше начинаются перекосы. Хотя, с другой стороны, 71 патрон в диске — это аргумент. Спиральную пружину можно привести в чувство. Лежать автомат в основном в машине будет, так что тяжесть и эргономика не критичны.

Надо бы ценой поинтересоваться, а потом выводы делать.

В следующем штабеле сложены ППС.

Вот другое дело. Творение истощенного блокадным голодом инженера Судаева компактнее, магазин у него падает патроны как надо. И сам по себе магазин удобный, несколько штук запросто можно по карманам рассовать, они нетяжёлые. И на мой вкус, ППС поточнее «папаши» будет.

Что там дальше у нас?

О, РП-46 — мощный девайс, вот только мне совершенно бесполезный. РПД, старший брат, так сказать, тоже мимо.

Штабель ящиков с СКСами.

Опять не пляшет, я на стене в первом зале «калаши» видел.

«Мосинки» с откидным штыком. Тоже не то, особенно если они военного года выпуска.

СВТ. Пара ящиков всего. Видимо, пользуются спросом, раз их так мало. Только вот беда, я с ними дела никогда не имел.

КО-44 тут как повезёт и откровенное говно может попасться, а может и вполне себе нормальный девайс. Полагаться на удачу в таком вопросе не наш метод. Смотрим дальше.

Наганы. Откуда Орден выгребает такой антиквариат? Хотя в восточной Европе много складов с советским оружием осталось. Да и не только в Европе и не только с советским.

С наганом я не дружен. Видел, как человек из него чудеса творил, но тот человек ещё в СМЕРШе служил. Так что смотрим дальше.

Достаю из ящика ТТ.

ТТ мне всегда нравился. Плосковат, правда, но простой, надёжный и, главное, я из него всегда лучший результат выдавал. И цена должна быть смешная. Берем на заметку.

«Макаровы», ну это бред.

«Стечкин».

«Стечкин» у нас по сути уже есть. АПБ даже получше будет, на мой личный вкус. И к нему глушитель крепится, что немаловажно.

«Калаши» пошли — те, которые АК. Неплохо, но лучше что–нибудь поновее.

РПК с банками магазинов. О, РПКС, вот тут стоит подумать. На обратной дороге присмотрюсь к ним поближе.

РПК-74 точно мимо — 5,45 не рассматриваю в принципе.

О, АКМы. Достаю один из ящика, примеряюсь. И металлические магазины есть. Смотрю че почём — 500 экю. Если ничего лучше не будет, надо брать АКМ и не мудрить.

Металлический грохот за соседним штабелем прерывает мои размышления. Мелочь пытается оседлать

станкач неизвестной мне модели. Рискну предположить, «пулемет Станковый Горюнова», я их только на картинках и видел.

На шум из–за штабеля ящиков выглядывает Гельмут. — Совьетский зольдатен, вы есть окрушены, — немец хватает из ящика ППШ без магазина. — Таааааа, советский зольдаен, тафай сдавайся, — Гульмут делает вид, что стреляет из «папаши» по мелким.

— Русские не сдаются! Мочи фашиста! — пыхтящая от натуги детвора пытается за ствол развернуть пулемёт в сторону немца.

Не дожидаясь пока в него прицелятся главным калибром, немец ныряет за штабель и, пригнувшись, заходит в тыл пулемётному расчёту.

— Хенде хох! — Гельмут вырастает за спиной у ребят.

— Урааааа! — пулемётный расчет, размахивая грязными гипсами, бросается врукопашную. С минуту слышно детское пыхтение.

— Подобрали что–нибудь? — немец кладёт «папашу» на штабель зелёных ящиков и сморщившишь трет коленку. На войне как на войне, рукопашная не прошла для «фашиста» даром.

— Не успел закончить осмотр экспозиции. А что вы посоветуете?

— Смотря для чего? — отвечает немец, отправляя детвору обратно играться в пулемётчиков.

— Для жизни. В войну играть с двумя детьми на руках я точно не собираюсь.

— А где ваша… Хм, к русским поедешь?

Вот и правильно, не надо спрашивать — где наша муттер. — Не знаю пока, но думаю — да.

— Что–то из оружия уже есть в наличии?

— АПБ, вертикала 12 калибра и обрез 16.

— Что по деньгам?

— Оружие, последнее, на чем буду экономить, но денег у меня немного, — немец похоже ждал именно такого ответа.

— Гут. Зер гут. Комм, — Гельмут исчезает за ящиками. — Вот, со складов ГСВГ сюда попали. Две последних остались, очень гут для этих мест, — Гельмут открывает прислонённый к стене длинный ящик.

В ящике стоят две СВД. Деревянный приклад и накладки. Явно не штатный, толстый резиновый затыльник на прикладе. ПСО-1 на месте. С виду винтовки как новые.

Собственно, как раз то, что я и искал.

Что меня смущает в СВД, это длина. Быстро из кабины с ней не выскочишь. И не постреляешь из кабины, но кто сказал, что ехать придется в кабине? Я совсем не Рембо, что бы там не говорили про пять трупов. Случись крупного зверя стрелять автоматный патрон ни о чём, имею печальный опыт с «Сайгой».

— Сколько? — вынимаю из ящика правую винтовку.

— Тысяча экю с оптикой и пятьюдесятью патронами на пристрелку. Это немного больше стандартной цены. Но, с этими винтовками я поработал лично и уверен в них полностью. После сезона дождей русских будут принимать на новой базе. Так что мой склад освобождают от советского оружия. На этой базе будут принимать исключительно переселенцев из Западной Европы. А они плохо берут советское оружие.

— Беру. Прилично у вас остатков на складе остаётся. Куда их пристроите?